Ранобэ | Фанфики

Реинкарнация Алисары

Размер шрифта:

Том 1 Глава 3 Встреча с семьёй

Думаю, это объясняет отсутствие мужчин. Честно говоря, подсказок было слишком много, но я просто наивно полагала, что у мужчин нет груди. Однако то, что примерно половина людей были на голову выше и что навык «Питательное молоко» — это расовая принадлежность, явно должно было навести меня на эту мысль, учитывая наличие многочисленных пар невысоких и высоких женщин.

И действительно, если присмотреться, между мужчинами и женщинами есть тонкие различия, помимо большой разницы в росте. Например, чуть более крупные руки. Более узкие бедра, хотя все ещё в пределах женских. Грудь меньше, чем «средняя», и ещё несколько вещей, которые я могу отметить.

Это также означает, что беловолосая «женщина» на самом деле мой отец. Всё встаёт на свои места.

В этот момент появились две пары. Они выглядели как люди в возрасте, но они не покрылись морщинами, а словно изящно постарели. Одна из женщин была похожа на маму, поэтому я предположила, что все они — мои бабушки и дедушки. Я предполагаю, что та, у которой голубые волосы и глаза, — бабушка по маминой линии, в то время как у моего дедушки были рыжие волосы и зеленые глаза. А у других двух были белые волосы, у бабушки — желтые глаза, а у дедушки — красные. Они носили такие же платья, как и все остальные, только разных цветов.

— Laeso, — поприветствовали они нас по очереди.

Мы вошли в большой дом, принадлежащий, по моим предположениям, моей тёте. Однако оказалось, что это дом моих бабушки и дедушки по материнской линии, если верить почти реалистичным картинам, на которых мама и тётя изображены в детстве. И всё же, откуда у них синяя краска? Я думала, что её трудно достать? Ладно, в доме была большая общественная комната, в которой легко могли поместиться десятки людей, а рядом находилась кухня, где несколько человек готовили еду.

Мы собрались в гостиной, и вскоре прибыли остальные члены семьи. Ещё больше тётушек, дядей и кузенов — семья больше, чем я думала, и… да, здесь Ньям, но теперь, когда я постигла откровение, ясно, что она — это он.

Лицо Ньяма побагровело, когда он увидел меня на руках у мамы.

“Отлично, уже чувствую неприятности.”

Ньям, на удивление, не доставлял особых хлопот, однако я думаю, что он всё ещё пытается привлечь внимание, учитывая, сколько взрослых вокруг. Хотя я всё ещё получала гораздо больше, но в этом не было ничего хорошего — они снова со мной сюсюкались… чёрт.

Как только все пришли, мы сели на хорошо сделанные и стилизованные стулья, расположенные полукругом — ну, а меня держал на этот раз мой папа. Чтобы начать это мероприятие, родители по команде встали и пошли к центру, чтобы показать нового члена семьи — меня. Когда все выстроились в аккуратный полукруг, я смогла легко получить чёткое представление сразу обо всей семье.

Итого у половины семьи такой же королевский синий цвет волос, как у мамы, тёти и, если верить генетике, у меня тоже. У всех остальных разный цвет волос, а их сочетание с голубыми волосами показывает, что дети с немного большей вероятностью унаследуют синие волосы, даже если это не лазурный оттенок.

Мама и папа вели рассказ несколько минут, вероятно, обо мне и о чем-то ещё. Что-то вызывало у людей смех, и надеюсь, что это не связано со мной. После того, как меня представили семье, мы сели обратно, и папа передал меня маме. Я наблюдала, как всё больше людей подходили к центру круга, чтобы что-то рассказать, показать свои умения или работы. Одна девочка, лет четырнадцати, показала красивое цельное платье в традиционной стилистике с похожей на паутину вышивкой, которая красиво простиралась по всей его длине. Платье обхватывало грудь, соединялось сзади буквой “Y” и имело аметистовый кожух, удерживающий складки вместе. Паутина начиналась слева и оттуда шла дальше.

“Мальчик” — их всё ещё трудно считать мужчинами, учитывая, насколько они женственны, — демонстрировал мастерски сделанный и украшенный барабан, но вместо кожи, похоже, использовалась какая-то обработанная ткань. Также на нём было небольшое отверстие, которое можно было закрыть рукой, чтобы изменить звук. Мальчик продемонстрировал свою умелую игру на барабане, но песню он до конца не доиграл, так как его цель — показать барабан, поэтому я предполагаю, что его профессия — изготовитель музыкальных инструментов.

Как только программа “покажи и расскажи” закончилась, мы начали основное мероприятие по социализации. Некоторые дети убежали играть. К счастью, Ньям ко мне не приставала. Несколько человек ушло на кухню, чтобы закончить готовить еду для всех, и удивительно много людей отошли в сторону, где стали играть музыку. Они, должно быть, репетировали или что-то в этом роде, поскольку все быстро последовали их примеру. Время от времени к ним присоединялись новые, когда кто-то уходил, чтобы отдохнуть от игры.

Начались танцы, и меня передали тёте Свобоный | Мир | Ранобэ на время, пока мои родители танцевали вместе — они, как и многие, были грациозны в своих движениях. И тут до меня дошло: эти люди — художники, они гордятся тем, что учатся музыке и живописи, танцам и ремеслам. Наверное, каждый из них вынужден изучать более одного искусства.

И учитывая, что они поклоняются Мироу, богине красоты и творчества, не стоит удивляться тому, что они серьёзно относятся к красоте, искусству и ремеслам. Хм, если уж и выбирать… Ну, я всегда хотела быть художником — по крайней мере, у меня есть такое ощущение по опыту прошлой жизни. Может быть, я и была им? Не знаю.

Обычно меня уже укладывали в кроватку отдыхать, однако чаще всего я засыпала во время медитации. Но сегодня было семейное собрание, меня передавали от человека к человеку, и я вымоталась. После кормления грудью я отрубилась, а через некоторое время меня грубо разбудили, дергая за уши.

“Иди нахер, Ньям!”

Рыдая, я слышала удаляющийся топот не одного, а двух мальцов. Маме потребовалось много времени и утешений, чтобы я перестала плакать. Я заснула, плача, на удивление порядком утомившись. Я продолжу плакать, потому что если Ньям хочет быть проблемой для меня, то я сделаю его проблемой для всех остальных тоже.

Я проснулась примерно в то время, когда нужно было принимать ванну после работы. Весь семейный круг толпился в купальне, и для того, чтобы выйти оттуда, потребовалось больше времени, чем обычно. Учитывая, как много здесь мест для купания, я сомневаюсь, что кто-то испытывает серьёзные неудобства. После бани все разошлись по домам, и я наконец получила возможность отдохнуть, не опасаясь, что какие-то сопляки будут издеваться надо мной.

• • •

Три дня спустя. Мы рано встали, вернее, я проснулась, когда меня взяли на руки. Вместо того чтобы посетить какое-то новое место, мы вместе с папой отравились на пристань и сели на большую лодку, — большую для этих людей, во всяком случае. На воде были сотни, может быть, даже тысячи лодок, и все они направлялись в одно место — на Храмовый остров. Водопад маначастиц… Он, похоже, всасывался в вершину пирамиды, и по мере того, как мы приближались к острову, я чувствовала возрастание количества маны. Такое ощущение, что воздух становился тяжелее и гуще, как будто находишься под водой.

Храмовый остров был очень близок к нашему. Теперь, при наблюдении издалека, наш оказался один из самых больших, хотя и не такой обширный, как Храмовый. Дракона на этот раз видно не было, наверное, ловил кракенов, или чем там питаются драконы.

Сегодня почему-то особенный день: все, и я имею в виду вообще всех, гребли к Храмовому острову. На воде были тысячи лодок, и все они направлялись к одному месту — Храмовому острову. Мы плыли сквозь морской пар — нас не беспокоила ни жара, ни влажность; на самом деле, это было довольно приятное ощущение.

Мы причалили к острову, где находились склад и несколько других построек. От причала отходили каменные дороги с прорастающей между камнями травой, одна вела к храму-пирамиде, который стоял неподалёку от причала. Другая вела в лес с аккуратно выстроенными деревьями с одной из сторон. Ещё одна дорога тянулась вдаль к нескольким большим ямам в земле, а последняя уходила за горизонт.

Мы подошли ближе к храму, и теперь я могла рассмотреть его получше. Жидкий огонь стекал с вершины подчёркнутого золотом камня, скапливаясь в искусно выгравированных ступенчатых секциях с каждой стороны лестницы, ведущей вверх по гористой пирамиде. По углам были вырезаны желобки, чтобы направлять пламя вниз, в бассейны с огнем.

Из нижней ступенчатой части углов пирамиды вытекали акведуки, которые доставляли жидкое пламя к углам подчёркнутых золотом и окружающих помещение каменных стен с аркой, ведущей к внутреннему входу в Храм. Вход разделяла лестница, ведущая на вершину, где величественные золотые узоры украшали раму не менее величественной двери.

Вершина пирамиды выглядела как драгоценный камень с клубящимися огнями, светившимися из темной пустоты. Её поддерживали четыре золотых столба, а под ней находился бассейн с жидким огнем, который питался от драгоценного камня на вершине. Я увидела слабый кружащийся шторм маначастиц, ниспадающий на вершину пирамиды. Огромное количество маны, поглощаемое артефактом, дало мне понять, что без него в этом вулкане не может быть жизни. Не знаю, как я это поняла, но для меня было очевидно, что мана в воздухе быстро убьет любого, кроме, вероятно, дракона. Как бы подтверждая мои подозрения, я получила уведомление.

︹⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽⎽︹

Динь! Вы приобрели Устойчивость к Отравлению Маной.

Устойчивость к Отравлению Маной: Воздействие большого количества маны высокой плотности может привести к накоплению маны, отравляя вас. Этот навык поможет вам переносить отравление маной.

︺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺⎺︺

Интересно, как долго он там простоял, собирая энергию и защищая мой народ от смерти? Кто его создал? Зачем жить здесь по милости этого храма? Моё любование грандиозным сооружением прервалось, когда несколько человек начали толпиться вокруг меня и родителей: некоторые ворковали надо мной, а другие приветствовали моих родителей, как давно потерянных друзей. Похоже, папа переехал на наш остров некоторое время назад, расставшись с друзьями.

Руналимо, безусловно, любят общественные собрания: то конце каждого дня, то семейные посиделки и теперь вот это. Они любят демонстрировать свою семью, свои творения и навыки. Эти люди, вероятно, очень легко создают связи — придётся ли мне делать то же самое?

Я увидела много бегающих детей и несколько младенцев: похоже, я не единственная, кто родился в этом году. На соседнем пляже была детская площадка с несколькими мячами, и дети собирались там, чтобы поиграть, не интересуясь общением со взрослыми.

Группа подростков раннего возраста играла в какую-то игру наподобие волейбола с четырьмя «сетками». Сетки — это длинные куски ткани, которые держатся на четырех деревянных столбах в земле. Одну сетку устанавливают от земли почти до середины, затем остаётся промежуток, и ещё одну «сетку» привязывают, чтобы перекрыть верх. Между столбами, к которым привязаны остальные сетки, остаётся промежуток, образующий вертикальный зазор и горизонтальный зазор между четырьмя сетками.

Кажется, что прохождение мяча через зазоры приносит очки или что-то в этом роде. Мяч передается с помощью ударов другим игрокам, чтобы попытаться заработать очко для другой команды. Только подающему разрешается держать мяч во время подачи. Похоже, что горизонтальный зазор стоит больше очков, чем вертикальный, так как большинство детей старались попасть именно в горизонтальный.

Также я заметила, что тут и там происходил обмен товарами и монетами. Купцы… купчихи… или как их ещё назвать, похоже, всегда будут делать своё дело, независимо от ситуации.

Я застряла с мамой и папой: сейчас я была на руках у папы, пока мама разговаривала с давними друзьями. Папа немного отдохнул от общения и сейчас играл со мной. Он… она? Можно ли их вообще считать мужчинами? Они, по сути, женщины с членами… Знаешь что? Я буду называть их просто «он», меньше путаницы с моей стороны. Пусть будет так. Кажется, было такое слово… вроде, гермафродит? Что-то в этом роде. [1]

В любом случае, папа пыталась… пытался? Пытается играть со мной в прятки, но смешно не было. Я просто отвернулась к более интересным вещам. Папа выглядел удручённым, его красные глаза печально смотрели на меня, а белые уши поникли. Но те резко поднялись, когда у папы появилась идея, и он стал раскачивать меня.

— Вуа-а! — удивленно воскликнула я.

“Пожалуйста, не надо меня так раскачивать. Я и раньше не любила американские горки, а теперь и подавно!”

Папа покорно вздохнул, смотря, как я корчусь и плачу, и что-то пробормотал про себя. Через некоторое время, все вышли на одну из дорог, ведущих к ямам. Когда мы приблизились, я увидела внутри огромный Колизей, украшенный баннерами. Он был не возведён с нуля, а выкопан в земле. Он был огромен, сотни, нет, тысячи людей уже сидели здесь. Я и не думала, что здесь так много людей. Около половины или даже больше, мест уже заняты. Моя семья выбрала ряд посередине, и мы все вместе сели.

Когда подавляющее большинство людей расселось, два человека спустились по лестницам, которые делили публику на два полукруга. На них были великолепные накидки и очень мало одежды, практически бикини. По крайней мере, так было легче понять, кто из них гермафродит, а кто женщина. В данном случае оба — гермафродиты. Оказавшись на песке арены, они приняли боевую стойку.

Начался бой, участники забрасывали друг друга заклинаниями, и в итоге один из них одержал победу. Затем в бой вступили следующие, после чего появился ещё один победитель. Турнир боевого мастерства проводился среди участников всех островов. Некоторые зрители больше болели за бойцов своего острова, однако они никогда не освистывали противника, принимая поражение с достоинством. Чемпион может быть только один.

Чувство удивления захлестнуло меня при виде боя, но не из-за него, а из-за демонстрации сверхъестественных способностей. Это подтверждало тот факт, что я действительно нахожусь в мире, наполненном фантастическими вещами. Какая-то часть дремлющей прошлой жизни — я не уверена, какая именно — была очарована магией. Это ведь естественно, да? Ветер или вода не настолько впечатляющие. Магия и духи — да, они очаровывали меня. Мне были интересны не «мирские» вещи, а боевая доблесть воинов, их невообразимая скорость и сила, что может отправить кого-то в полёт до каменной стены, столкнувшись с которыми они остаются в живых — для меня это фантастика.

• • •

После того, как боевой турнир завершился, начались состязания в олимпийском стиле. Гонки на скорость, соревнования по метанию — всё в таком духе. Поскольку все участники могли соревноваться одновременно, соревнования проходили гораздо быстрее.

За этим тоже было интересно наблюдать. Не за самими соревнованиями, а за сверхспособностями участников. Во время забегов бегуны превращались в размытые пятна — они должны быть одеты в одежду разных цветов, чтобы их можно было идентифицировать по ним. В силовом метании они бросали валуны, а в магических конкурсах люди вызывали красиво танцующие языки пламени, огоньки или то, в чём специализировались участники.

К концу дня большая часть состязаний окончилась: от боевого турнира до танцев. Я почти заснула на полпути, вскоре после вечернего купания.

Вечером, с наступлением сумерек небо окрасилось в оранжевые тона и снова началось общественное мероприятие. Я думаю, они обсуждали сегодняшние события и состязания и поздравляли с достижениями участников их острова. Было скучно, поэтому я снова заснула.

——Примечания——

Автор у себя в комментариях отвечал, что «мужики» могут быть не только мужиками, так что 40% — гермафродиты. Живите с этим

Реинкарнация Алисары

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии