Глава 6. Пробуждение

Глава 6. Пробуждение.

За всю свою жизнь Су Сяофань впервые узнал, что такое настоящая, невыносимая мука.

В тот миг, когда он спиной влетел в распределительный щит, ему показалось, будто в его тело впились мириады муравьев. Электрическая боль пронзила саму его душу. На какую-то секунду Су Сяофань даже захотел, чтобы душа покинула израненную плоть – эту боль невозможно было описать никакими словами. Будь его болевой порог обычным, он, наверное, просто умер бы от болевого шока.

По сравнению с этим кошмаром, прошлая автомобильная авария показалась ему сущим пустяком. Если оценивать боль по шкале, то тогда она тянула максимум на три-четыре балла, а в этот раз – на все тринадцать или четырнадцать.

Но Су Сяофаню все же повезло. Пока он размышлял, способна ли его душа воспарить к небесам, сознание милосердно покинуло его. Он так и не увидел, как ночное небо содрогнулось от молний и грома, словно какой-то бессмертный проходил Преодоление Скорби. Проще говоря, Су Сяофань просто отключился.

Если бы У Чуаньбао и его люди задержались хоть на минуту, они бы увидели, что парень, которого они сочли мертвецом, начал мелко дрожать. По его телу то и дело пробегали электрические разряды. Одежда Су Сяофаня уже превратилась в пепел, но на груди вдруг вспыхнул ослепительный свет, вбирая в себя все бушующие вокруг искры.

Его кулон, сделанный из метеорита, внезапно треснул и буквально впитался в кожу. Плоть Су Сяофаня, обгоревшая от удара тока почти на восемьдесят процентов, зашевелилась. Прямо на глазах начала нарастать новая, чистая кожа. Под потоками ливня обугленные ошметки старой кожи смывались на землю и уносились потоками воды в неизвестном направлении.

…

«Где я?»

Веки казались невероятно тяжелыми. Су Сяофань изо всех сил пытался открыть глаза, но у него ничего не получалось. До его слуха доносились лишь чьи-то приглушенные голоса. Ему казалось, что зовут его по имени, а потом послышался тихий зов: «Старший брат…» Но усталость брала свое. Послушав этот неясный гул какое-то время, Су Сяофань снова провалился в глубокий сон.

Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем он снова пришел в себя. На этот раз открыть глаза получилось. Вокруг все было белым: белые стены, белый потолок и белое одеяло, которым он был укрыт.

«Больница?» – только через несколько минут к нему окончательно вернулось осознание реальности. Он понял, что лежит на больничной койке на боку. Поза была крайне неудобной. Су Сяофань попытался пошевелиться – к счастью, тело его слушалось, – и перевернулся на спину.

— Ох-х-х! — едва он лег на спину, как его пронзила такая дикая боль, что сознание едва снова не угасло. Спину словно прижгли раскаленным железом и истыкали тысячами игл. Парень чуть было не пожалел, что не остался в обмороке.

— Брат? Братик, ты очнулся?! — Раздался у кровати звонкий голос Су Сяосяо. Она дремала на стуле рядом, но, услышав стон, вскинулась и сначала подумала, что ей это снится. Однако брат действительно открыл глаза.

— По… по… — у Су Сяофаня не было сил говорить. Он лишь слабо шевелил губами, пытаясь попросить сестру перевернуть его обратно.

— Поесть? Брат, ты проголодался? — Обрадовалась Су Сяосяо. — Я тут на диете, у меня как раз осталась полмиски жидкой каши. Сейчас я тебя покормлю!

«Какая, к черту, каша!» – мысленно выругался Су Сяофань, едва не плача от досады. Собрав последние силы, он прохрипел:

— Вра… врача!

— Ой, точно! Раз ты очнулся, надо позвать врача! Братик, подожди секунду! — Су Сяосяо поспешно нажала на кнопку вызова на стене.

Лишь через полчаса, после того как прибежавший дежурный врач аккуратно перевернул пациента на бок, проверил пульс и оценил его состояние, в палате наконец все утихло. Уходя, доктор разрешил Су Сяосяо понемногу кормить брата жидкой пищей, чтобы тот быстрее восстанавливал силы.

Услышав о еде, Су Сяофань и сам почувствовал, как у него подвело живот. Он понятия не имел, сколько пролежал без чувств и как вообще оказался в больнице. Последнее, что он помнил, – это тесное знакомство с распределительным щитом, после которого его сознание воспарило… точнее, просто отключилось.

«Черт, у меня что, карма такая – притягивать неприятности?» – тоскливо подумал Су Сяофань. Несколько лет назад попал под машину, теперь вот поджарился на трансформаторе. Что дальше? Метеорит на голову свалится?

Проглотив несколько ложек жидкой каши, которую принесла сестра, Су Сяофань почувствовал, как в теле зарождается слабое тепло. По крайней мере, в горле больше не пересыхало. Правда, двигаться он по-прежнему почти не мог – получалось лишь немного приподнять руку.

— Теле… телефон, — выдавил он.

— Брат, ты лежи отдыхай, какой еще телефон? — Покачала головой Су Сяосяо. — Врач сказал, тебе нельзя напрягаться. Сейчас главное – покой и сон.

— Ка… какое сегодня число? — Превозмогая слабость, Су Сяофань постарался выговорить фразу целиком. Ему нужно было понять, сколько времени выпало из его жизни.

— Сегодня десятое июня, Гаокао уже закончился, — тихо ответила Су Сяосяо. — Брат, ты пролежал в коме целых двадцать шесть дней. Я… я никак не могла связаться с отцом… Ты даже не представляешь, как я испугалась!

Пока вокруг брата суетились врачи, Су Сяосяо держалась, но теперь, когда все успокоилось, страх и напряжение последних недель нахлынули на нее с новой силой. Какая бы бойкая она ни была в обычной жизни, когда дело коснулось жизни и смерти брата, девчонка едва справлялась с эмоциями. Просидеть почти месяц у постели неподвижного брата – это тяжелое испытание. Су Сяосяо уткнулась лицом в край кровати и тихонько заплакала.

— Не… не плачь. Как я… попал в боль… больницу? — Су Сяофань слабо коснулся рукой ее волос. Он хорошо знал характер сестры: она быстро отходила, и если сейчас переключить ее внимание на что-то другое, она тут же успокоится.

— Ой, брат, тут вообще целая история! Это всё благодаря дяде Ню! Если бы не он, тебя бы до больницы живым не довезли, — и вправду, стоило Су Сяофаню спросить, как Су Сяосяо тут же вытерла слезы, подняла голову и затараторила.

Оказалось, что дядя Ню, сидевший в своем магазине, заметил на улице неладное. Как только дождь немного утих, он взял фонарь и пошел проверить двор. Су Сяофаню несказанно повезло: во всем квартале из-за аварии вырубило свет, и в темноте дядя Ню наткнулся на его лежащее тело. Он тут же набрал Су Сяосяо, вызвал полицию и скорую, которая и доставила парня в реанимацию.

По словам врачей, когда Су Сяофаня привезли, его пульс едва прощупывался, сердце могло остановиться в любую секунду. К тому же у него зафиксировали обширные ожоги – пострадало около семидесяти процентов поверхности спины. Не окажи ему помощь вовремя, он бы просто умер от сопутствующих осложнений.

В первые часы врачи даже выдали Су Сяосяо уведомление о критическом состоянии пациента. Су Сяофань целую неделю провел в реанимации, и только когда его жизненные показатели стабилизировались, его перевели в общую палату. Но прогнозы медиков оставались неутешительными: сильный удар током мог повредить ствол головного мозга. Врачи говорили прямо: если очнется – пойдет на поправку, а если нет – останется овощем до конца дней.

— Деньги! — Выдавил Су Сяофань.

Как ни странно, хотя тело его почти не слушалось, голова соображала на редкость ясно. Слово «реанимация» мгновенно вызвало у него ассоциацию с огромными расходами. Когда-то давно их дедушка лежал в реанимации перед смертью, и один день там обходился в десять-двадцать тысяч юаней. За неделю лечения все его скромные сбережения должны были улететь в трубу.

— Брат, насчет денег не переживай, тут нам безумно помог брат Ган, — сразу поняла его беспокойство Су Сяосяо. — Как только тебя привезли, я сразу позвонила брату Гану. Он посреди ночи примчался и привез сто тысяч наличными. Если бы не этот залог, тебя бы даже в реанимацию не положили. Но ты не волнуйся, я ему уже все вернула…

— М-м? Ты связалась с… отцом? — Если в этом мире и был человек, на которого Су Сяофань мог бы опереться в трудную минуту, то только их отец, Су Вэйсюань.

— С папой? Да он, небось, опять в каком-нибудь океане акул ловит, — фыркнула Су Сяосяо. Отец появлялся дома так редко, что она видела его от силы несколько раз за всю жизнь. И если бы Су Вэйсюань каждый раз не привозил кучу подарков и вкусностей, она бы вообще сомневалась в его существовании.

— Это все брат Ган устроил. На следующий же день он пошел разбираться с Энергосбытом… — продолжила сестра.

Из ее дальнейших объяснений Су Сяофань наконец понял, в чем дело. Оказалось, все его больничные счета оплатил тот самый Энергосбыт. И благодарить за это нужно было двоих: дядю Ню и Чжэн Дагана.

В ту ночь дядя Ню не просто вызвал скорую, но и вызвал полицию. Прибывшие полицейские осмотрели место происшествия и зафиксировали, что во время грозы из-за неисправности распределительного щита произошла утечка тока, а мокрый асфальт сработал как проводник. Су Сяофань, по их версии, стал случайной жертвой коммунальной халатности.

Имея на руках полицейский протокол, Чжэн Даган на следующий же день собрал толпу крепких парней и отправился штурмовать местный филиал Энергосбыта. Во-первых, щиток действительно годами не ремонтировался. Во-вторых, ребята Чжэн Дагана действовали грамотно: они ничего не ломали и никого не били. Они просто зашли в кабинеты руководства с термосами в руках и уселись на стулья. Даже когда чиновники вызвали полицию, стражи порядка не нашли повода их задержать – парни просто сидели и молчали.

Не зря говорят: дитя не плачет – мать не разумеет. Под давлением Чжэн Дагана и при посредничестве Специального отдела Энергосбыт сначала перевел больнице двести тысяч юаней на лечение, а затем выдал еще триста тысяч наличными прямо в руки Су Сяосяо в качестве компенсации, пообещав полностью покрыть все последующие расходы.

Когда первые двести тысяч подошли к концу, Чжэн Даган снова наведался к коммунальщикам и вытряс из них еще две сотни тысяч. Как выразился сам Даган: «У этих кровопийц денег куры не клюют, пусть платят по полной».

«Вот оно как, оказывается», – подумал Су Сяофань и облегченно закрыл глаза. Разумеется, он не собирался признаваться, что сам поскользнулся и налетел на этот злосчастный ящик. Раз полиция решила, что во всем виновата утечка тока и мокрый асфальт, то так тому и быть. Объяснение идеальное, дополнять его собственной глупостью он не планировал.

Про У Чуаньбао и его шайку он тем более решил промолчать. Во время прошлой аварии он по глупости сразу признал свою вину, из-за чего виновник ДТП отделался лишь пятью тысячами юаней на лекарства. Лишь позже Су Сяофань узнал, что у того была страховка, которая могла полностью покрыть все расходы на лечение.

— А как же Гаокао? Сяосяо, ты что, пропустила экзамен? — Внезапно вспомнил Су Сяофань и с тревогой посмотрел на сестру. Сам он когда-то пропустил Гаокао из-за аварии, и хоть никогда не жаловался, в душе всегда об этом сожалел. Неужели теперь по его вине и сестра лишилась этого шанса?

— Брат, ты совсем глупенький? Меня же без экзаменов зачислили, зачем мне этот Гаокао? — Су Сяосяо весело показала кончик языка. — Как только тебя положили, я в школу больше не ходила. Пока мои одноклассники последние двадцать дней в поте лица зубрили учебники, я тут у тебя на диванчике спала да отдыхала.

— Спасибо тебе… натерпелась ты, — Су Сяофань попытался погладить ее по голове. Хоть сестра и вела себя беззаботно, он понимал, как тяжело ей пришлось все эти дни.

— Ладно, Сяосяо, поспи тоже, — речь Су Сяофаня становилась все более разборчивой. Ему нужно было побыть в тишине и обдумать слова дежурного врача. Тот ведь сказал, что угроза остаться вегетатиком миновала, но насколько восстановится его тело, покажут только утренние обследования.

«Получить такой разряд и выжить…», – Су Сяофань понимал, что это чудо. В тот миг у распределительного щита он отчетливо почувствовал запах собственной паленой кожи. Но почему тогда, по словам врача и сестры, пострадала только спина? Неужели ему тогда просто почудилось?

«Ой… Это еще что такое?»

Пока Су Сяофань размышлял о своих ранах, в его сознании вдруг отчетливо проступила светящаяся строчка:

[Очки восстановления: 30!]

С сегодняшнего дня главы будут выходить дважды в день: в 10:00 и в 17:00. Кажется, правила изменились, и теперь можно голосовать даже до официальной публикации. Друзья, поддержите автора своими голосами и рекомендациями!

(Конец главы)