Глава 123.2

Глава 123.2

Покачивающийся паланкин, наконец, прибыл ко входу в резиденцию принца Цзина.

Чжао Цзе был одет в малиновую мантию, украшенную золотыми лотосами и символами счастья. Цветы на его халате были точно такие же, как и на платье Вэй Ло. Он плавно и непринужденно слез с лошади. Затем он взял лук, украшенный костями животных, у мальчика-слуги и выстрелил стрелой в дверцу паланкина (что означало преодоление трудностей, прежде чем увидеть невесту), прежде чем взять завязанную красную шелковую ленту из рук старшей принцессы Пин Ян, чтобы вывести Вэй Ло из свадебного паланкина.

Вэй Ло не видела дороги, поэтому медленно шла. Он вел ее, и она перешагнула через седло*, через жаровню**, поклонилась небу и земле***, а затем они направились в комнату новобрачных…

* символизирует безопасный брак, потому что один из китайских иероглифов в слове «седло» такой же, как в слове «безопасность»

** символизирует сжигание неудач

*** древняя свадебная церемония, которая в некоторой степени эквивалентна произнесению клятв на современных свадьбах

Толпа людей провожала Вэй Ло в комнату новобрачных. Она вздохнула с облегчением лишь тогда, когда села на алое одеяло.

Наконец-то все закончилось.

Свадебная комната Вэй Ло и Чжао Цзе находилась в центре резиденции принца Цзина. Двор назывался Чжан Тай. Комната была так же великолепно украшена, как и в резиденции герцога Ина. Повсюду были ослепительные красные пятна: красные свечи, красные фонари, красные одеяла и красные занавески.

На их лицах играл радостный красный свет, отражавшийся от окружающей обстановки.

Чжао Цзе взял нефритовую палочку у подружки невесты и медленно приподнял вуаль Вэй Ло.

Вэй Ло подняла глаза и, наконец, увидела Чжао Цзе, завершив церемонию с красным шелком. Она не видела его полгода. Казалось, Чжао Цзе похудел. Черты его лица стали яснее, а его героический дух был пугающим, но опьяняющая улыбка на губах уменьшила холодность его бровей, и он выглядел теплее.

В комнате все еще находились другие люди, поэтому Вэй Ло слишком стеснялась продолжать смотреть на него. Она быстро опустила глаза.

Женщина подразнила: «Жених слишком потрясен красотой невесты. Он даже забыл как моргать».

Вэй Ло: «…»

На лице Чжао Цзе появилось непривычное волнение. Вскоре он улыбнулся, но не опроверг ее слова.

Подружка невесты приказала служанкам осыпать Вэй Ло и Чжао Цзе арахисом, семенами лотоса и остальным. Это был символический жест, чтобы пожелать им удачи и богатства и благословить их на скорейшее рождение детей.

Чжао Цзе все еще должен был пойти во внешний двор, чтобы разобраться с гостями. Он ушел, выпив супружеского вина. Вэй Ло осталась в комнате с несколькими женщинами.

Все эти женщины были старшей родней Чжао Цзе. Вэй Ло встречалась с некоторыми из них раньше. Ей было неловко говорить, поэтому она просто сидела на малиновом одеяле, расшитом драконами и фениксами, и внимательно слушала их болтовню.

Вэй Ло немного проголодалась, поэтому она не запомнила большую часть их слов. Она сидела, опустив голову, и застенчиво улыбалась.

Тетя Чжао Цзе по материнской линии, жена маркиза Суй Яна, была человеком с теплым сердцем. Она познакомила нескольких женщин с Вэй Ло, и Вэй Ло поприветствовала их одну за другой. Только в этот момент Вэй Ло заметила, что у Чжао Цзе было много тетушек по материнской и отцовской линиям.

Было даже несколько женщин примерно того же возраста, что и Вэй Ло. Она не была знакома с ними, поэтому не знала, о чем с ними поговорить.

К счастью, они не задержались надолго, и Вэй Ло наконец-то смогла отдохнуть.

Цзинь Лу подошла к ней и спросила: «Мисс, вы хотите переодеться и привести себя в порядок?»

Вэй Ло казалось, что украшения на ее голове и одежде весят десять килограммов. Она так устала, что ее шея чуть не согнулась пополам. Она прислушалась к словам Цзинь Лу и пошла в ванную комнату, чтобы принять ванну и помыть волосы. Она надела новую одежду и вышла из ванной.