Глава 252. О, сияющий путь…
Встреча с Королевой Хелен и лордом Аббасом продолжалась ещё довольно долго. Они обсудили огромное множество вариантов развития будущих событий. Её Высочество даже рассказала о предложении Интара аннексировать Атрию, по всей видимости, чтобы услышать его мнение.
Гектор тогда неслабо удивился, по паре причин. Во-первых: это была чертовски важная информация, с политической стороны. Если её оппоненты в обществе услышат о предложении, ничего хорошего это точно не принесёт. Тот факт, что она доверяла Аббасу такие сведения, уже говорил Гектору достаточно об её отношении к сэндлордам.
Во-вторых: он как-то был под впечатлением, что она уже решила не принимать предложение Интара. Учитывая, насколько хорошо восстанавливалась экономика, это уже не требовалось, верно?
С другой стороны, он ведь не экономист. А если добавить то, насколько Гектор был занят в последнее время, наверняка Королева понимает ситуацию в разы лучше него. Значит, если она до сих пор рассматривает предложение, возможно, восстановление проходит совсем не так, как ему казалось.
Или существует какой-то фактор, о котором он не знает.
В чём бы ни было дело, Аббас посоветовал ей не принимать предложение, хотя и признал, что мнение скорее эмоциональное, чем логическое
— Я ничего не имею против Интара, поверь, — объяснил он. — Просто в сердце я люблю независимость. Моя семья вложила в меня этот идеал в раннем детстве и я не думаю, что когда-нибудь изменю ему. Да и не хочу этого.
Королева мягко улыбнулась:
— Сэндлорды Саира объявили независимость двести лет назад, да?
— «На самом деле ближе к трём сотням», — поправил Уорвал, — «но Саир не признавали как страну приблизительно до последних двухсот двадцати лет, так что да»
Королева кивнула, не отводя взгляд от Солнечного Кузнеца:
— А тебе уже… сколько лет, лорд Аббас?
— Сто пятьдесят четыре.
— Господи.
— Мои родители были из основателей.
Его глаза опустились к столу. Он замолчал.
Гектору и не требовались слова, чтобы понять его ход мыслей. Он прожил почти столько же, сколько и его страна. А теперь само её существование было под вопросом.
— … Саир ещё относительно юн, — сказала Королева, — но как страна, а не регион. И не ваши люди. Может, я не настолько хорошо знаю историю как мой муж, но помню, что вам удавалось пережить беды и похуже этой.
— «Это в точку», — поддержал Уорвал. — «Наш халь цел. У нас есть чудесные союзники. И надежда. Я застал времена, когда у нас было только последнее. И то , смотря как посмотреть»
Аббас ничего не сказал, но выражение его лица стало мягче.
Может ему казалось немного странным получать поддержку от женщины, которая гораздо моложе него. На целое столетие.
Гектор даже не представлял, каково это. Возможно, на самом деле всё наоборот. Может быть, прожив такую длинную жизнь, Аббас достиг точки, в которой возраст вообще перестал иметь для него значения. В некотором смысле это было логично. В какой-то момент возраст должен потерять значение, особенно если сверстников почти не осталось.
Это могло объяснить то, почему лорд Аббас никогда не был высокомерен с ним, несмотря на разницу в возрасте.
Или, стоп, а точно дело в этом? Если подумать, Гектор не был уверен, что Аббас знает его реальный возраст.
Он… он ведь не думал, что Гектор нереально стар, да? Асад наверняка должен был сказать ему, верно?
К несчастью, чем больше он думал об этих вопросах, тем лучше понимал, что хорошего способа задать их не существует.
После встречи Аббас с Уорвалом ушли первыми, сев в машину вместе со своими людьми и направившись назад к Кузне. Гектор собирался остаться в Лоренте и полететь обратно с Королевой.
А ещё он наконец-то мог поговорить с ней наедине.
Почему-то казалось, что он много лет не мог поговорить с ней.
Королева видимо тоже ждала этой возможности, потому что не стала тратить время на мягкие вопросы:
— Если Лорент атакуют, ты собираешься воевать ради его защиты?
К счастью, над ответом на этот вопрос Гектор думал уже довольно давно и сам:
— Ну, зависит от условий атаки, но… скорее всего, да. Особенно теперь, когда нужно защищать Кузню.
Королева не отвела взгляд:
— А если я прикажу не участвовать, ты меня послушаешь?
Гектор глубоко вдохнул. Над этим вопросом он тоже думал давно. И, откровенно говоря, до сих пор не знал как ответить:
— Зачем Вам приказывать мне такое?
— Например, чтобы избежать вмешательства Атрии в войну. Или, например, чтобы ты не стал политической пешкой другой страны. А может просто потому, что ты покажешься мне более нужным дома. Имеет ли моя причина значение? Гипотетически говоря, это будет законный приказ от твоей королевы, Гектор.
О. Чёрт. Нужно выбирать слова осторожнее:
— Ну… мы оба хотим защитить Атрию. Но я не думаю, что оставив Лорент врагам, особенно Избавлению, мы сохраним Атрию в безопасности, какие бы обещания они Вам не дали.
Королева замолчала. Возможно, не это она хотела услышать. Или просто размышляла. Лицо у неё было каменным.
Гектор почувствовал, что теперь сам должен задать вопрос:
— Если Моргунов узнает, что сэндлорды тут… и сделает вам такое же предложение, как Каллуму, будто не станет нападать, если отдадите их, Вы примете его?
Королева ответила на вопрос далеко не сразу:
— … Нет, не приму.
Гектор ожидал такой ответ, но почему-то всё равно удивился:
— Вы правда рискнёте разозлить Безумного Демона?
— В первую очередь мы разозлим сэндлордов, — сказала она. — И, говоря откровенно, я не думаю, что мы сможем захватить Аббаса Саккафа и «передать его» кому бы там ни было.
Это было справедливое замечание, на взгляд Гектора. Но он услышал не всё, что хотел:
— Хорошо, тогда… если Моргунов скажет, что передавать их необязательно? Если нам просто нужно будет отказать им в укрытии?
Королева вздохнула:
— Ты пытаешься придумать ситуацию, в которой у меня не будет выбора?
— Вроде того, — улыбнулся он с сочувствием.
Она опустила взгляд к столу и просто смотрела на него, пока размышляла. И продолжала смотреть.
Мельсанз решила включиться в разговор: «В любом случае, это будет очень большая проблема. Верить Моргунову нельзя. Особенно после того, что его люди сделали раньше».
Но Королева продолжала размышлять. Возможно, она до сих пор не знала, как поступит в такой ситуации.
Гектор продолжал ждать ответ, но тишина уже растянулась настолько, что это напоминало пытку:
— … Ну, с хорошей стороны, я не думаю, что Моргунов появится здесь в ближайшее время.
— Я согласна, — вновь подняла она взгляд, — но почему ты говоришь об этом так уверенно?
Вот этих слов он услышать не ожидал никогда:
— Э… я просто думаю, что Моргунов уже получил всё желаемое из Саира. Мне кажется, ему теперь будут интереснее его… эм, «научные» эксперименты.
Пытки Асада Наджира, если говорить точнее, но Гектор решил не вдаваться в жестокие подробности. У Королевы и так достаточно забот на уме.
— Понятно, — сказала она с тревогой в голосе. — Как думаешь, он долго будет занят?
— Моргунов — да. А вот его люди — вряд ли. Я, эм… ну…
Теперь вмешался Гарвель: «Гектор убил Человека Воронов два дня назад»
Глазницы Мельсанз внезапно стали выпуклыми: «Он сделал ЧТО?!»
— «Убил Человека Воронов», — повторил Гарвель. — «У меня на глазах. Это было полное безумие и — если Королева позволит выразиться бранью — просто охренеть как охренительно. Редко я бывал так приятно удивлён исходом битвы»
Королева выглядела удивлённой, в то время как Мельсанз была просто шокирована.
— «Я не…» — Она посмотрела на Гектора. — «К-как?.. Человек Воронов… невероятно опасен»
— «Был», — поправил Гарвель.
— «Ты правда убил его? Навсегда?»
Из-за такой её реакции ему снова стало неловко. Но кивнуть он смог.
— «Альберт Кроу — знаменитый убийца восходящих звёзд. Я лично знала три отличные пары жнецов со слугами, которые погибли от его рук. Мне он никогда не встречался, но в Авангарде я слышала, что любое сражение с ним было настоящим адом. А теперь вы говорите мне, что убили его? Я… не…»
Гектор почувствовал необходимость прояснить:
— М-мне просто повезло на самом деле. Жнец выбрал плохой момент для побега и я смог попасть по нему. Лорд Аббас избил Человека Воронов перед этим, поэтому он был практически добит и так. Поэтому я, эм, просто–
— «Он скромничает», — сказал Гарвель. — «Гектор не только убил Человека Воронов, но и спас жизнь Аббаса. Он в том бою был как сам не свой и получил, на мой взгляд, очень большое влияние в хале Саккафе. Они пели в его честь, когда добрались до Уоррена»
— «Я своим ушам не верю», — сказала Мельсанз, её голос был на грани истерического смеха. — «Это… феноменально»
— «О, ещё как. Но теперь Избавление должно злиться. Боюсь, есть неплохие шансы, что Кровавый Глаз придёт за реваншем»
— «Вы ещё и с ним сражались?!»
— «О да. Очень странные способности были у этого парня. Не представляю, как он вообще делал почти всё, что делал. Хотя Аббас всё равно выбил из него дерьмо»
Челюсть Мельсанз просто повисла.
Гектор не ожидал, что этот разговор превратится в обмен комплиментами. Он очень хотел сосредоточиться на самом важном, но не знал как именно это сделать. Технически, они сейчас об этом и говорили.
— «Никакой полезной информацией о Кровавом Глазе не поделишься?» — спросил Гарвель. — «Хоть что-нибудь»
Мельсанз задумалась на мгновение: «Эм… ну, он тоже знаменит, хотя и по другой причине. Если Алберт Кроу был известен как убийца героев, то Кровавый Глаз за свою немыслимую жестокость. Он не берёт пленных, никогда. По слухам ему так нравится убивать, что временами он нарушает приказы своих начальников из-за своей кровожадности»
— «А. Один из этих»
— «Ага»
— «Как насчёт его сил? Слышала что-нибудь о них? Он использовал что-то вроде преобразования, но я такого никогда не видел. Этот сумасшедший вытащил гребаную ракету из своего рта»
Мельсанз просто выпучила глаза.
Жнецы продолжили разговаривать, но вскоре стало ясно, что Мельсанз больше ничего о враге рассказать не может.
Спустя какое-то время Гектор подумал о другой теме, которую хотел обсудить с Королевой:
— Ваше Высочество, Вы серьёзно рассматриваете предложение аннексии от Интара?