Глава 279 Успокоение

— Центина.

Мужчина взял в руки сверкающий предмет.

[Эволюционировавший Центинель] уставилась на своего похитителя. Эрхарда. Человеческого мужчину, пришедшего в Кровавый Залив, который поклялся уничтожить весь род Центинелей из-за их роли в гибели его семьи. И вот он, посмеиваясь, беседует с одной из Центинелей.

Она была в замешательстве. Ей… это нравилось. Даже если она всё ещё была заперта в магической коробке. В этих оковах. Несмотря на то, что она явно была пленницей, она испытывала к нему чувства. Странные чувства. Это не было похоже на то, что, она чувствовала раньше. И всё же она чувствовала это.

В книгах, которые она получила, это чувство называлось… любовью.

Но была ли это действительно любовь? Возможно, её чувства были запутаны из-за того, что она находилась в изоляции. Несомненно, если бы она была свободна, то, что она чувствовала, исчезло бы.

Эти мысли не давали ей покоя, но сейчас это было неважно. Вместо этого она наклонила голову к Эрхарду.

— Что на счёт Центины?

Повторил он.

— Что?

— В качестве имени. Ты же сказала, что у тебя нет имени, верно?

Эрхард усмехнулся и что-то покрутил в руках. [Эволюционировавший Центинель] нахмурилась.

— Это лучшее имя, которое ты смог придумать?

— Думаю, оно подходит. Ты гордишься тем, что ты Центинель, разве нет? Поэтому такое имя было бы уместно.

— Ну… если ты так считаешь.

Центина некоторое время обдумывала имя, давая ему осмыслиться. Затем она кивнула.

— Это неплохое имя.

— Конечно, неплохое.

Встав на ноги, Эрхард взял в руки странный круглый металлический предмет. Он был похож на тот, который Человек носит для защиты. Центина моргнула.

— Что это?

— Это кольцо. К сожалению, оно не содержит никаких защитных чар. По крайней мере, для тебя. Оно сделано так, чтобы быть довольно прочным.

— Почему ты даешь его мне?

Спросила она, недоумевая. Он покачал головой.

— Просто чтобы ты помнила меня. Примерь его.

Центина приняла его, надев на один из своих когтистых пальцев. Оно отлично подошло. И выглядело как-то… приятно. Она никогда не носила ничего подобного. Да и вообще ничего не носила. Немного полюбовавшись кольцом, она вспомнила слова Эрхарда.

— Помнить тебя? О чём ты говоришь, Эрхард?

Улыбка не сходила с его лица, даже когда он встретился с ней взглядом. Даже когда он объяснял.

— Я не собираюсь больше держать тебя в заточении, Центина. Я освобождаю тебя.

Центина резко села. Она уставилась на спальный мешок, в котором едва помещалась человекоподобная половина её тела.

— Я заснула…

Пробормотала она себе под нос. В какой-то момент после разговора с Сальвос она задремала. Она даже не устала, но ненадолго задремала. Возможно, это было связано с тем, что она много говорила об Эрхарде у неё болело сердце при мысли о нём. Прошло так много времени, и она, в основном, смогла жить дальше. По крайней мере, в том смысле, что она не жила каждый день, думая о нём.

Но после того как Демон раскопала её болезненные воспоминания, Центина ненадолго погрузилась в омут душевной усталости и меланхолии. Она свернулась калачиком в постели Эрхарда и… заплакала.

Даже сейчас по её щекам текли слезы, которые она быстро вытирала. Ей было наплевать на свой внешний вид, ведь монстры убежища не понимали и не заботились о таких вещах. Но ради себя самой она должна была быть сильной.

Центина поднялась на ноги и покачала головой.

— Если Сальвос сдержит своё обещание…

Это звучало как спасение. Как в раю – наконец-то быть свободной после стольких лет. Но она знала, Центина знала, что ей предстоит долгий и трудный путь.

— И поэтому я должна быть сильной.

У каждого была причина, по которой он хотел что-то сделать. Никто не жил без цели, даже если это было просто выживание. В тот момент, когда желание жить исчезало, они переставали быть личностями.

Они бы умерли.

Это было очевидно.

И тот факт, что все в убежище были живы, подтверждал, что они хотели жить. Поэтому я знала, что смогу убедить их следовать моему плану побега. Однако была одна небольшая проблема.

Риск.

Попытка побега была рискованной. Этот риск напрямую противоречил желанию выжить, поэтому добровольцев было трудно привлечь. В конце концов, здесь они были в безопасности. Я возразила, что на самом деле они не были в безопасности, существовала ежедневная угроза, что это убежище в любой момент может быть обнаружено Центинелями.

Но, что ж…

— Это убежище существует уже сотни лет и до сих пор не обнаружено. Оно безопасно.

Гигантские крабы были категорически против моего предложения. Я скрестила руки.

— Это не значит, что его никогда не обнаружат! Это всё равно что сказать, что ты никогда не умирал, и поэтому не умрёшь. Так не бывает!

Они обменялись растерянными взглядами, а потом покачали своими выпученными глазами.

— Это безопасно.

На этом всё и закончилось. Другие монстры в убежище приводили те же аргументы, даже с помощью Вилли и Крон мне было трудно найти кого-нибудь, кто согласился бы стать добровольцем вслед за Галтом. Некоторые из них даже близко не были столь красноречивы, как гигантские крабы.