37. Конец

Конец

Это то, как они завершают историю.

Улыбка

Джотто не может оставаться долго. Или, скорее, дух Джотто не может оставаться надолго. Он мягко подбадривает Тсуну, открывает кольца Вонголы и уходит.

Но не раньше, чем он поднимает глаза и встречается взглядом с Норико. Не раньше, чем он улыбнется той убийственно знакомой, невероятно красивой улыбкой давно минувших времен, и не раньше, чем она заметит узнавание в его глазах и почувствует, как все ее стены одновременно треснули.

Это нечестно. Это просто…

Норико на мгновение закрывает глаза и напоминает себе, что остальные наблюдают. Реборн, Мукуро, Занзас и Кея уже что-то заподозрили. Не стоит давать им ещё больше доказательств.

Она чувствует облегчение, когда слышит зов Затмения, и добровольно уходит, позволяя себе погрузиться в беспощадность основательницы Червелло.

Потеря

Арбитру запрещено судить тех, кто всё еще на ногах и сражается. Ее работа не состоит в том, чтобы принуждать подчиняться, но проигравшие попадают под ее юрисдикцию.

Когда Тсунаёши из Вонголы стоит прямо перед преклонившим колени Бьякураном из Мельфиоре, и выглядит яростно и разъяренно из-за потери Юни и Гаммы из Джиглио Неро, и он полностью охвачен мощью Небесного Кольца Вонголы, уже ясно, кто победитель.

Бьякурану тоже ясно, потому что он улыбается, насмехаясь даже будучи проигравшим, и поднимает голову, смотря прямо на нее.

Савада Тсунаёши ждет, сдержавшись от последнего удара, несмотря на резкие заявления Солнца Аркобалено Реборна и презрительные насмешки лидера Варии, Занзаса. Его сверхинтуиция подсказывает, что окончательное решение должно исходить не от него.

Судья окутана серебряной вуалью, делающей мир одновременно восхитительным и безжизненным, слишком резкой и тем не менее прозрачной. Ее внимание сосредоточено на двух участниках, Неба Вонголы и Неба Маре, и она делает шаг вперед. Потом еще один.