Глава 247. Возрождение

Цинь Дун посмотрел на него и просто спросил:

— Помнишь меня?

— Ты? — Лун Е внимательно посмотрел на Цинь Дуна. Тогда его взгляд стал свирепым, и он сказал:

— Я помню тебя. Ты тот грязный парниша, который вырвал у меня Есюэ!

Цинь Дун не мог не рассмеяться:

— Парень, ты уже один раз погиб, но ты все ещё не можешь забыть о женщинах.

Слова Цинь Дуна заставили выражение Лун Е быстро угаснуть:

— Ты спас меня от У Аньбана. Так выходит, что это все правда, и это не сон.

— Ох? Думаешь, что то, как ты лежал на полу, это был сон?

Лун Е внезапно показал кровожадный взгляд:

— Если не думать, что все это сон, что тогда делать? У Аньбан превратил меня в пса. Я…! — Лун Е стиснул зубы и задрожал, показав огромный гнев.

Пускай Сутра культивации в три слова смогла помочь Лун Е отыскать себя, она не стерла воспоминания, которые уже существовали в его голове. Другими словами, эта психологическая травма могла быть вылечена лишь через самостоятельные усилия.

Лун Е представлял, что это был ночной кошмар, что помогло ему временно избавиться от боли, но это была лишь временная мера. Этот опыт, словно бомба замедленного действия, глубоко поселился в его сердце, и никто не знал, когда она взорвется. И это не был результат, который желал увидеть Цинь Дун.

— Мусор есть мусор. Не думаю, что в твоей жизни у тебя есть будущее. — Цинь Дун пожал плечами и произнес.

— Что ты сказал? — Лун Е уставился на Цинь Дуна с гневом.

Тот поглумился и сказал:

— Почему ты уставился на меня? Если у тебя есть способности, посмотри так на У Аньбана! Ох, точно, ты ведь не посмеешь.

— Ты несешь чушь…

Цинь Дун выставил вперед палец и покачал им, прервав слова Лун Е. Затем он сказал:

— Не волнуйся, позволь мне закончить. На самом деле я сильно уважаю тебя. Тебя унизили таких сильно, но ты смог отнестись к этому просто как к сну. Ты такой открытый человек, и твоя способность самообмана просто восхитительна. Это удивительно, я поражен тобой.

Слова Цинь Дуна заставили лицо Лун Е стать полным шока и удивления. Уставившись на Цинь Дуна, его губы задрожали, но парень не смог произнести ни слова.

Бесполезный! Вот каким Лун Е считал себя в этот момент. Его душа не могла сдерживать сильные и яростные эмоции, которые бушевали внутри.

Увидев, что у Лун Е все ещё была человеческая гордость, Цинь Дун успокоился. Пускай У Аньбан сильно унизил его, нанеся большой вред душе Лун Е, он не смог полностью разрушить фундамент жизни юноши.

Сделав глубокий вдох, Цинь Дун произнес более мягким тоном:

— Не важно, как бы ты себя не обманывал, то, что случилось, уже произошло. Это навсегда останется с тобой. Даже если ты не будешь вспоминать об этом сам, в один день другие напомнят тебе об этом. Что ты будешь делать тогда? Продолжишь себя обманывать?

— Скажи мне, что я должен делать? — Лун Е внезапно уставился на Цинь Дуна, и его глаза, казалось, могли извергать пламя.

Цинь Дун покачал головой: