Глава 280. Успех!

Цинь Дун решил одолеть Цзю Чжуна и ожидал такого результата. Выслушав слова Пьяного Монаха, Цинь Дун горько улыбнулся, не зная как объяснить себя.

Увидев беспомощное выражение на лице Цинь Дуна, Пьяный Монах хмыкнул и сказал:

— Вонючий парень, и что мне теперь делать?

Цинь Дун рассмеялся и спросил:

— О чем вы?

Пьяный Монах ответил:

— Ты все ещё притворяешься? Твоя культивация так велика, что её достаточно, чтобы ты стал нашим мастером. Хочешь продолжить оставаться нашим учеником?

Цинь Дун показал серьезный вид и сказал:

— Учитель на день, учитель на всю жизнь! Вы и мастер Юэ всегда останетесь моими мастерами, и это не имеет никакого отношения к моей культивации.

Слова Цинь Дуна тронули Пьяного Монаха и Цзинь Пиньюэ.

Мужчина оказался ещё более смущенным и сказал:

— В самом начале это мы принудили тебя, и только из-за этого мы стали твоими учителями. Теперь, когда мы узнали, что твоя культивация намного выше нашей, как мы можем продолжать звать тебя нашим учеником?

— Да! Я не могу не чувствовать стыд, когда думаю о том, как заставила тебя принять меня своим мастером. — Цзинь Пиньюэ произнесла с горькой улыбкой.

— Кто сказал, что мастера могут учить лишь культивации? Мастера могут передать характер, натуру, любовь и поддержку, и это более ценно, чем продвижение в культивации. Двое мастеров, вы не сделали ничего плохого. Если вы продолжите пытаться прогнать меня, я действительно обижусь.

— Сяо Дун, ты… — Слова Цинь Дуна от чистого сердца заставили Цзинь Пиньюэ начать всхлипывать носом. Она повернулась, чтобы не дать Цинь Дуну увидеть её слезы.

Пьяный Монах был человеком любви. Услышав слова Цинь Дуна, он похлопал его по плечу с красными глазами.

Линь Цинфэн был полностью лишен дара речи в данный момент. Изначально Пьяный Монах принял Цинь Дуна в ученики. В тот момент все думали, что культивация Фан Сянь-ер была намного выше, чем у него. Но сейчас выяснилось, что Цинь Дун был не только лучше Фан Сянь-ер, но ещё и намного лучше него. В этот момент в сердце он не только почувствовал чувство разочарования, но даже и небольшой зависти.

Цинь Дун отсалютовал Пьяному Монаху и Цзинь Пиньюэ и сказал:

— Не важно, насколько высока моя база культивации, вы навсегда останетесь мастерами Цинь Дуна. Это никогда не поменяется!

Пьяный Монах и Цзинь Пиньюэ обменялись взглядами, и их глаза наполнились радостью и эмоциями. Они вдвоем кивнули, показав, что согласны на это.

— Парень, как, черт возьми, ты вообще культивировал? Даже я тебе не противник, хотя ты так молод! — Цзю Чжун, казалось, отошел и спросил у Цинь Дуна с сомнением и удивлением.

Глядя на лицо Цзю Чжуна, можно было увидеть, что он не испытывал подавленности и одиночества из-за своей поражения. Его взгляд вернул былую ясность. Цинь Дун также был рад за него. Для мужчины было нелегко так скоро отбросить тень от провала.

С улыбкой Цинь Дун цокнул и сказал: