Глава 426: Стыд и сожаление

Цинь Дун произнес с улыбкой:

— Ты действительно хочешь лишить его этим гордости. У мужчины должна быть гордость!

— Я… — Деликатное тело Ю Цуй не могло не задрожать.

Цзо Ранюй мягко оттолкнул Ю Цуй в сторону. Пускай его лицо было полно горечи и грусти, его глаза показывали твердость.

— Цуй-ер, он прав! Если я проиграл, то должен выполнить свою часть ставки. Мужчина поступает, как говорит! — После этого он посмотрел на Цинь Дуна и сказал, — Сделай это!

— Брат Цзо… — Пускай Ю Цуй плакала, она была послушна и отступила в сторону.

Янь Минцю, Лэй Дахай и И Сучжэнь никогда бы не подумали, что вещи разовьются до такой степени. Один за другим они просто теряли фокус, и их разумы становились пусты. Они просто не могли ни о чем думать.

Цинь Дун указал правой рукой на лоб Цзо Ранюя, и в тело парня промелькнул фиолетово-красный свет. Цзо Ранюй мог лишь почувствовать то, как след вечной энергии укореняется в его голове.

Цзо Ранюй никогда не подписывал рабский контракт ни с кем, но он смутно знал о нем. В сердце он не мог не почувствовать печаль. Он чувствовал себя так, словно ясное небо оказалось в очень темных тучах, и все вокруг него вдруг угасло. Изначальные амбиции в его сердце в этот момент исчезли.

Угрюмый вид Цзо Ранюя, его печаль вызывали у людей чувства того, что они не могли смотреть на него.

Цинь Дун вернул палец с улыбкой и сказал:

— С этого момента все, что у тебя есть, мое.

Цзо Ранюй вздохнул, и две линии героических слез упали из его глаз.

Цинь Дун знал, что парень сейчас находился в плохом настроении и не стал стимулировать его ещё больше. Он повернулся и посмотрел на Цю Фэн-ер.

Сердце Цю Фэн-ер было полно вины и раскаяния. Если бы она знала, что своей кражей печати Пяти Драконов у Цзо Ранюя она обрушит на него такую неудачу, она бы не сделал этого. Ею была совершена большая ошибка, и Цю Фэн-ер с трудом могла это вынести. Погрузив голову глубоко вниз, она не имела мужества посмотреть на Цзо Ранюя.

— Ха-ха-ха, я не знаю, как поблагодарить вас, мисс. — Цинь Дун рассмеялся и сказал Цю Фэн-ер.

Та внезапно подняла голову и яростно уставилась на Цинь Дуна. Она сказал: