Глава 207.

Глава 207.
“С этой лентой на моем дереве, будет казаться, что цветы распускаются даже в середине зимы.”

Ему было так грустно каждый раз, когда он видел деревья без листьев и цветов зимой.

“Я должен сейчас же пойти и прикрепить ее.”

Иос выхватил ленту из рук Рубики и открыл окно.

“Я сделаю тебе еще несколько штук!”

Прежде чем она смогла закончить, он исчез. Он пришел как ветер, а теперь и ушел как ветер.

У Рубики было такое чувство, что теперь у нее появился беспокойный младший брат, которому только что исполнилось пять лет.

“Он ведь вернется, верно?”

“Нет.”

Минос покачал головой.

“Он повесит ее на одно из своих деревьев, а потом поймет, что забыл полить цветы из-за того, что случилось прошлой ночью. Он, вероятно, проведет остаток дня, поливая их.”

”Понимаю. Тогда я сделаю для него несколько лент, когда вернусь домой. Сколько ему понадобится?”

Эдгар взял ее за руку. Ее маленькие и нежные руки были полны ран. Два ее ногтя были сломаны. Прошлой ночью она через многое прошла.

“Ты не должна делать их сама. Посмотри на свои руки. Знаешь, как я был удивлен, когда ты сделала эту ленту?”

“Я все еще единственная, кто может делать их.”

”Просто покажи нашим швеям, как это делается. Если они не могут узнать так много, они не должны заслуживать того, чтобы им платил Клеймор.”

Хотя он и говорил это, ему просто не нравилось, что Иос собирается получить ленты, сделанные ею.

Даже если она сделает ленты после того, как они вернутся домой, он скажет швеям спрятать образец, и делать ленты самостоятельно.

”Ну, у меня действительно болят руки…”

Рубика не знала, о чем он думает, ей просто нравилось, что он волнуется за нее, и она краснела.

Она даже не подозревала, что ее руки так изранены. Как долго он беспокоился об этом?

Она вспомнила о многих вещах, о которых не думала, а не об этой неглубокой ране на лодыжке.

Она не могла даже взглянуть на Эдгара и просто схватилась за юбку. Затем она вдруг закричала: «О, карета, должно быть, уже прибыла. Я пойду и спрошу Карла!”

Потом она выбежала из комнаты. Она выглядела такой невинной, что было трудно поверить, что она искушала его, говоря, что его онемевшие ноги не были проблемой для того, что они хотели сделать.

Средняя часть тела Эдгара снова стала тяжелой, и он отчаянно пытался успокоить ее.

“А, точно.”

Однако все эти усилия ничего не значили, когда Рубика открыла дверь и просунула голову внутрь.

Она была такой милой. О, почему она продолжает это делать? Эдгару захотелось спросить, не пытается ли она заставить его упасть в обморок.

”Минос, разве вы не должны вернуться?”

“Конечно. О, и я возьму эту банку чая.”

Минос понял, что она слишком смущена, чтобы снова войти, и помог ей.

Рубика была благодарна ему за доброту, но Эдгар-нет.