Глава 144

Скендер чувствовал, что он задыхается.

– Уходи! – прокричал он Лукреции. 

– Не все является ложью, Скендер. Ты родился с естественной способностью различать хорошее, плохое и зло. Ты действительно думаешь, что у Рамоны были плохие намерения?

Он посмотрел вверх, его дыхание выходило рваными выдохами. Боль в груди душила его. 

– Она отправилась к Константину, чтобы спасти тебя от превращения в Разрушителя. Она ушла от тебя несмотря на то, что была напугана, и пошла к тем самым существам, которых она боялась, так как это был единственный оставшийся вариант. Если бы ей было все равно, она позволила бы тебе защитить ее, несмотря ни на что.

– Должно ли это заставить меня чувствовать себя лучше? – спросил он. 

– Я знаю, несмотря ни на что, это бывает очень больно, но некоторые виды боли дают тебе силы продолжать. Рамона верила в тебя. Ничто из того, что она сказала вам, не было ложью. Она заботилась о вашей безопасности и не хотела твоего превращения в Разрушителя, потому что она хотела, чтобы ты стал Защитником, которым должен был стать. Твоим счастьем было ее решение. Ей было бы грустно видеть тебя таким. 

Его челюсть дрожала, и комок в горле становился больше. Он больше не знал, во что верить. Неужели Константин лгал? Он видел это своими глазами. Он не был похож на человека, который был несчастлив в любви. 

Лукреция вздохнула: «Я хотела бы объяснить это. Я жила среди людей так долго, но всё еще не могу понять это, поэтому тебе, вероятно, будет трудно понять, но люди разные, когда дело доходит до вопросов сердца. Они очень сложные. В то время как наши сердца тянутся только к одному, и боль от движения вперед слишком велика, люди разные. У них нет демона, который борется с ними при уходе от человека, которого они выбрали. Им легче снова полюбить. 

– Снова любить? Как это возможно? – Он любил ее в течение пятисот лет, а она смогла снова полюбить так скоро? Через несколько месяцев? Если это было так, получается, она никогда не любила его. Она не могла этого сделать. Он предпочел бы, чтобы она этого не сделала, если могла так легко уйти от него. Он предпочитал быть тем, кто неправильно истолковал все это. 

Лукреция просто наблюдала за ним, зная, о чем он думает: «Она была пророчицей. Не забывай об этом. Она бы знала, есть ли у вас с ней совместное будущее или нет. 

Скендер вдруг вспомнил слова Рамоны: «Однажды ты станешь королем. Король Александр. Я не могу быть твоей королевой». – Она знала, что они не будут вместе. 

– Может быть, она даже видела для тебя другую женщину в будущем. 

– Нет, – покачал он головой. Он даже не хотел об этом думать. О том, что она видит это, и о том, что это правда. Он не хотел, чтобы в его жизни не было женщины, и если она видела ее тогда, то, вероятно, он женился по политическим причинам. Его голова пульсировала от боли от всех мыслей. 

– Если она видела эти вещи, то это, должно быть, было больно и для нее. Может быть, во всей этой боли она каким-то образом нашла счастье, даже на короткое время. Может быть много объяснений ее изменившихся чувств, но в одном ты можешь быть уверен, и это то, что ты знаешь. Ты знаешь, что она была искренним человеком, доброй душой, и ты знаешь, что она хотела бы, чтобы ты тоже нашел свое счастье.

Скендер не мог думать. Не мог решить, радоваться ли, что она нашла хотя бы немного счастья перед смертью, или чувствовать боль, что ей все равно пришлось умереть так мучительно. Что она знала свое будущее и выдержала то, что они должны расстаться. Чтобы им не суждено было быть вместе. 

– Я надеюсь, что вы не говорите мне все это, чтобы достичь чего-то. – Скендер посмотрел на Лукрецию. 

Ее губы слегка дрогнули в уголках: «Так и есть. Я не трачу свое время на пустые разговоры. Мне нужно, чтобы ты слушал меня внимательнее, чем когда-либо, Скендер». – Глаза Лукреции прищурились, ее взгляд стал твердым.

– Я говорю тебе все это, чтобы ты знал всё и страдал от этой боли сейчас, чтобы потом мы могли двигаться дальше. Проклятие уже находит лазейку, и твой Разрушитель медленно захватывает власть. К сожалению, только тот, кто наложил проклятие, может разрушить его, но мы все знаем, что она уже мертва. Таким образом, ты должен жить с этим, а это означает, что ты должен научиться жить с ним, чтобы он не контролировал тебя.