Глава 83

Рэйвен вернулся в свою комнату, слезы текли по его лицу. Наконец, он выпустил свои чувства наружу. Он почувствовал облегчение, но в то же время боль усилилась. Он заставил еще одного человека страдать из-за него, но рассказать, что он сделал со своей сестрой, вслух, было самым болезненным наказанием, которое он получил за все годы своего наказания. Протащив себя по коридорам, он, наконец, вошел в свою комнату и заперся. Он сидел, прислонившись к двери, и впервые позволил себе по-настоящему заплакать. Странные звуки, которые он никогда раньше не выпускал, чтобы облегчить боль в сердце.

– Прости… – он рыдал. – Мне очень жаль…

Его сестра, должно быть, так плакала одна, в то время как страдала, истекая кровью. Она, должно быть, была такой несчастной и одинокой. Лукреция дала ему представление о том, через что прошла его сестра. Но это было только подобие. Он знал, что в действительности это было гораздо больнее, если кто-то, кто должен был заботится о ней, был причиной этого ужаса.

Рэйвен крепко схватил себя за волосы, стиснул зубы, чтобы остановить звуки, исходящие от него, но не мог. Он плакал до тех пор, пока его тело не перестало содрогаться, пока он даже не мог дышать, он постоянно стонал: «Мне жаль». Что бы решило слово «Извини»? Он не был достоин того, чтобы говорить эти слова. Он чувствовал тошноту и телепортировался наружу, прежде чем его желудок повернулся, но рвоты не было. Его желудок был пуст. Небо грохотало, но дождь всё не начинался. Даже дождь отказался присоединиться к нему в его крике.

Не выдержав боли, он телепортировался в пещеру Лукреции. Он пришел сюда, чтобы умолять о смерти, но вдруг почувствовал, что не заслуживает этого. Он хотел, чтобы она наказала его.

– Лукреция! – Он закричал, но потом поинтересовался, что делает. Почему он беспокоил людей только потому, что ему было больно? Почему он был таким эгоистичным?

Лукреция предстала перед ним, одетая в ночную рубашку. Он нарушил ее сон. Он всегда думал, что женщины не спят, как дьявол. Демоны могли оставаться без пищи в течение очень длительных периодов времени, но сон был необходим. Им не нужно было спать каждую ночь, но, по крайней мере, две или три ночи каждую неделю. Рэйвен просто стоял, глядя на нее, и она смотрела на него суженными глазами.

– Меня нужно наказать, – он задыхался.

– А что плохого ты сделал?

– Ты всё равно любишь наказывать.

Она усмехнулась: «Я люблю наказывать за неправильные поступки, а ты, мой дорогой, сейчасделаешь больше правильного, чем когда-либо. У меня нет желания тебя наказывать». – Она положила руку ему на грудь.

Рэйвен задыхался. Лукреция подошла к нему ближе и снова положила руку на его грудь.

– Это обновление, – сказала она ему, но он не мог успокоиться. Он чувствовал, что тонет, но паника понемногу улеглась.