Глава 1604

Увидев срочность на лице Великого Мудреца, Е Цзычен достал свой телефон. В чате подготовки к войне не было новых сообщений, так что Великий Мудрец, очевидно, говорил о Сервере Красных Пакетов Небесного Двора и Подземного Мира.

Босоногий Бессмертный: Что именно?

Ву Ган: Я чувствую такое сильное давление, что меня бросает в дрожь.

Фея Бессмертного Персика: Вах, это правда? Я все еще в моем персиковом саду, и я не могу его увидеть.

Кухонный Бог: Кажется, происходит что-то важное.

Лу Дунбинь: Что происходит? 

Железный Костыль Ли: Для чего именно этот гроб?  

Бог еды: Это гроб? Я думал, это гора!

Нефритовая Дева: Мне страшно!

Золотой мальчик: Не бойся! Я защищу тебя!

Фея Бессмертия Персика: @ Королева-мать, миледи, вы знаете, что происходит?

Босоногий Бессмертный: Она пошла приветствовать людей, которых прислал император Е, так что даже если вы напишете ей @, она не сможет ответить сейчас. Но это странное явление появилось в Бессмертном крае, так что она обязательно увидит его.

Лу Дунбинь: Будда что-нибудь открыл?

Босоногий Бессмертный: Нет! Боюсь, я тоже не могу продолжать с вами беседу, мне пора возвращаться в Буддийский домен. Когда я получу указания от Будды, я обязательно поделюсь ими в чате.

Фея Бессмертного Персика: Спасибо, великий бессмертный. 

Когда Е Цзычен прочитал эти сообщения, он был озадачен. Основываясь только на их разговоре, он понятия не имел, к чему они клонят. Однако он чувствовал всю серьезность ситуации. 

«А я-то думала, что что-то случилось в чате группы подготовки к войне». Пу Цзинвань поджала губы. Она не была частью Сервера Красных Пакетов, поэтому, естественно, не знала, что там происходит.

Ян Цзянь и Великий Мудрец ничего не ответили. Они просто читали сообщения в торжественной тишине. Е Цзычен прокрутил вверх журнал чата. Только тогда он увидел источник всеобщего шока и замешательства.

Это было видео, вернее, клип. Обычный небесный солдат снял его и поделился им в чате.

Когда он открыл его…

На экране дневное небо мгновенно стало абсолютно черным, а ветры завывали, как заунывные крики мстительных духов.