Глава 939

Глава 939. Ян Юаньшу

Пурпурная Облачная Вершина окуталась облаками и туманом и даже божественное чувство не могло проникнуть через них. Под лунным светом гора казалась тенью монстра, поглощающего весь свет.

Лицо Нин Кэюэ становилось все более и более неприглядным. Ограничивающее заклинание в горах изменилось. То, что она видела сейчас, было уже не устроено Красным Лунным Городом. Тогда, возможно, те, кто стоял на защите Красного Лунного Города, были уже мертвы.

Снежинки заполнили небо, и атмосфера между землей и небом становилась все тяжелее.

На ее лице играла крайняя мрачность. Вскинув руку, она собрала золотой свет в свет клинка и обрушила его прямо на гору.

«Шипение!»

Не последовало ожидаемого огромного толчка. Вместо этого луч света ограничения был разорван, как кусок ткани, как будто гора сбросила с себя свою одежду, обнажив свою белую плоть.

Нин Кэюэ мгновенно превратилась в золотой свет и проникла внутрь. Спустя несколько вспышек она предстала на вершине горы, сияя в лунном свете, как закатное солнце.

Перед ее глазами явилась трагическая картина. Все ученики Красного Лунного Города были мертвы.

Вход в древние небесные владения преграждал слой белого тумана. Он казался дымом, выходящим из входа, и никому не было суждено туда войти.

Лицо Нин Кэюэ оставалось пугающе спокойным. Подойдя к одному из тел, она наклонилась и нежно подняла его.

Это был Цзян Биели. Его сердце было пронзено, а вокруг его тела не было ни малейших признаков боя. Он был убит с одного удара.

Смертоносный император седьмого уровня был убит с одного удара.

Глаза Цзян Биели были полны страха. Было очевидно, что он умер с чувством обиды.

Внезапно рука Цзян Биели, висящая без сил, задвигалась, будто в конвульсиях.

Нин Кэюэ была потрясена и поспешно схватила его за руку. Возможно, у нее еще был шанс выжить.

В этот момент Цзян Биели открыл глаза, и из них вырвался зеленый свет. Он сплюнул полный рот густого ядовитого дыма.

Нин Кэюэ отреагировала очень быстро. Луч ци императора вырвался из ее тела и встал перед ней преградой, но дым смог разъесть ци императора и в мгновение ока добрался до нее.

«Свист!»

Выкрикнула Нин Кэюэ. Внезапно появилась странная нота и развеяла ядовитый дым. Нин Кэюэ поспешно отступила на несколько метров и начала настороженно осматриваться.

Все тела на вершине горы пришли в движение. Они поднимались с земли, покачивая головами. Движения их были очень медленными, а мигающие зеленым цветом глаза доказывали, что они уже были мертвы и контролировались кем-то.

«Кто это?»

Умри! — грозно и сердито выкрикнула она. Ее намерение убить хлынуло наружу, не встречая сопротивления, проносясь подобно резкому ветру.

Все они были учениками Красного Лунного Города. Их не только убили, но и использовали чужие тела. Сердце Нин Кэюэ горело гневом. Она распространила свое божественное чувство во все стороны, но не смогла никого найти.

Казалось, что ограничения горы могли использоваться оппонентом, чтобы скрыть свои следы.

Десятки тел уже стояли на ногах, а их аура начала возноситься. Она смешивалась с крайне неприятным запахом гнили, который вызывал тошноту.

Лицо Нин Кэюэ было таким мрачным, что с него вот-вот могла начать капать вода. Она сложила руки, изобразив ими флейту, и нежно поднесла их к уголку рта. Она начала наигрывать мелодию, похожую на журчание воды и росу на бамбуковых листьях. Под снежным покровом это звучало потрясающе.

Атака трупов, источающих запах гнили, прекратилась, словно они прислушивались к мелодии.

Время бежало незаметно, а мелодичный звук флейты слегка изменялся, как элегия, для кого, ради кого.