Глава 43
– Тесть, не слишком ли вы параноик? Очевидно, что я люблю Цан Юэ, а она любит меня. Кто же здесь обманывает? К тому же, с моим красивым лицом, разве не я должен бояться, что меня обманут?
«…»
«…»
Цан Юэ и Цан Ваньхэ потеряли дар речи.
Красивое лицо?
Действительно, он был красив.
Но кто мог обмануть его только из-за лица?
Цан Юэ была принцессой Империи Синего Ветра.
Какое значение имело его лицо по сравнению с ее положением?
Цан Ваньхэ вдруг почувствовал гнев в сердце.
«Мало того, что этот ублюдок обманывает нашу дочь, так он еще и смеет говорить, что мы его обманываем?! Бессовестный!»
Если бы не слабое здоровье, Цан Ваньхэ набросился бы на Юнь Чэ, чтобы побить его.
– Отец, успокойся и дай брату Юню проверить твое здоровье! Если так будет продолжаться, ты покончишь с собой раньше, чем болезнь убьет тебя!
У Цан Ваньхэ на глаза навернулись слезы.
Мало того, что этот ублюдок обманул его дочь, так теперь еще и дочь выступила против него.
«Какой смысл жить дальше? Мой единственный источник утешения уже украден».
Если бы Юнь Чэ услышал его внутренний голос, он бы закатил глаза.
Что украдено?
Разве он не помог ей, спасая свою жизнь? Если бы не он, Цан Ваньхэ умер бы в своей постели!
– Ладно, хватит драматизировать. Позвольте мне проверить ваш пульс, тесть.
– Не называй нас тестем! Так мы быстрее умрем! – крикнул Цан Ваньхэ, заставив Юнь Чэ потерять дар речи.
Покачав головой, он подошел к Цан Ваньхэ и проверил его пульс.
В этот момент дверь королевских покоев толкнули, и раздался громкий голос.
– Вы не должны, его превосходительство!
Все остановились и повернулись, чтобы посмотреть на старика, который грубо появился внутри.
Цан Ваньхэ тоже нахмурился, увидев его.
С недовольством в голосе он спросил: – Старейшина Цюхонг, только потому, что вы являетесь святым врачом империи Синего Ветра, неужели вы думаете, что мы будем терпеть такое грубое поведение?
Цюхонг смущенно кашлянул, после чего его лицо стало серьезным.
Он посмотрел на Юнь Чэ и громко обвинил его: – Его превосходительство, как вы можете позволить какому-то невежественному юноше проводить осмотр себя? А вдруг он ошибется и убьет вас? Судя по его возрасту, ему должно быть не больше 16-17 лет. В таком возрасте что он может знать о медицине?
Цан Ваньхэ вздохнул.
Конечно, он тоже думал об этом и не верил, что Юнь Чэ сможет его спасти.
Только ради дочери он позволил ему делать все, что тот захочет. Но теперь, услышав Цюхонга и поняв, что эта проверка может угрожать его жизни, он задумался о другом.
Но кем был Юнь Чэ? Пока Цюхонг и Ваньхэ обсуждали, давать ли ему проверять себя или нет, Юнь Чэ уже был один на один со своей проверкой.
– Хорошо, папа, я закончил.
– Кого ты называешь папой?
– Остынь, ты усугубишь свое состояние. – Юнь Чэ похлопал Цан Ваньхэ по плечу и отчитал его, вызвав у Цан Ваньхэ приступ гнева. За все годы, что он был императором, никто не смел так с ним обращаться.
– Брат Юнь, ты нашел причину ухудшения здоровья отца? – обеспокоенно спросила Цан Юэ. Она с надеждой посмотрела на Юнь Чэ, надеясь получить положительный ответ.
– Конечно, – улыбнулся Юнь Чэ и осторожно провел рукой по телу Цан Ваньхэ, так как находился по другую сторону кровати от Цан Юэ. – Раз уж я пообещал своей Юэр, то, конечно, обязательно вылечу тестя.
– Брат Юнь…
От вида состояния дочери, от того, как они держались за руки на груди и смотрели друг на друга, словно никого, кроме них, не было, у Цан Ваньхэ участилось дыхание.
Он почувствовал себя так, словно съел что-то отвратительное, и выражение его лица стало некрасивым. Если бы не здоровье, он бы поднял свое тело и укусил Юнь Чэ за руку.
– …Контролируйте дыхание, тесть, а то люди примут вас за животное.
– Ах ты, ублюдок!
– Смотри! – Прежде чем Цан Ваньхэ успел напрячь себя и укусить Юнь Чэ за руку, Юнь Чэ положил руку на грудь Цан Ваньхэ и сказал: – Я сделаю небольшой порез здесь, прикажи своей охране не нападать на меня.
Глаза Цан Ваньхэ расширились от удивления.
Он не думал, что Юнь Чэ найдет охраняющего его человека.
А ведь он был культиватором Императорской ступени!
Юнь Чэ с его силой Истинного Царства не должен был обнаружить его присутствие.
Это заставило Цан Ваньхэ понять, что Юнь Чэ может быть сильнее, чем он показывает.
– Вы не должны, Ваше Превосходительство! – Услышав, что Юнь Чэ собирается сделать небольшой порез на груди Цан Ваньхэ, Цюхонг скривился в лице.
Ему не нужно было, чтобы кто-то другой сказал, что Юнь Чэ, вероятно, узнал о паразите в теле Цан Ваньхэ.
От этого он испугался, и страх охватил его сердце.
Несмотря ни на что, я не могу позволить этому человеку сделать порез на груди Ваньхэ! Это раскроет наши планы!
– Этот человек, не ждет ли он возможности убить Ваше Превосходительство? Сделать порез на груди? Я боюсь, что этот человек может проткнуть сердце Вашему Превосходительству!
Цан Ваньхэ нахмурился. Но прежде чем он успел что-то сказать, Цан Юэ повернулась и посмотрела на Цюхонга с явной неприязнью.
– Старший Цюхонг, если ты сейчас же не заткнешься, я вышвырну тебя из этой комнаты, как только ты откроешь рот!
В комнате воцарилась полная тишина, все смотрели на Цан Юэ с выражением «о».
Все знали, что Цан Юэ — человек мягкий, и на ее лице редко появлялся гнев.
Теперь же, увидев, как она злится на Цюхонга и даже угрожает ему, все потеряли дар речи.
– Хех! Как и ожидалось от моей жены. Такая властная. – Юнь Чэ кивнул головой и тихо прошептал, отчего на лице Цан Юэ появился румянец.
– Я научилась этому у брата Юня…
– Чему ты учил нашу дочь? – Цан Ваньхэ снова почувствовал, что его кровь закипает. «Мало того, что этот ублюдок украл нашу дочь, так он еще и учил ее неправильным вещам!»
Юнь Чэ закатил глаза. – Просто подожди, пока она будет готова, тогда я научу ее всем вещам.
Услышав его намек, Цан Юэ покраснела еще сильнее.
У Цан Ваньхэ повысилось давление.
Единственным, кто потерял дар речи и был озадачен, был Цюхонг. Он не мог понять, что происходит!
Наконец, успокоившись, Цан Ваньхэ посмотрел на Цюхонга и торжественно сказал: – Старейшина Цюхонг, мы понимаем ваше беспокойство и то, что вы очень переживаете за нашу жизнь.
Выражение лица Гу Цюхонга не изменилось.
Заботиться о жизни? Если бы он мог, то хотел бы убить его и покончить с этой драмой.
Если бы Вилла Меча не начала расследование, он бы уже давно убил Цан Ваньхэ.
Просто он боялся возмездия со стороны Виллы Меча, если они узнают об этом.
Именно поэтому он отравил его паразитом, которого невозможно найти никакими обычными способами, вместо того чтобы убить его сразу!
– Но мы доверяем нашей дочери и ее суждениям. Пожалуйста, оставайтесь там и спокойно наблюдайте за нами. Если что-то случится, мы будем надеяться на тебя.
Цюхонг стиснул зубы. К счастью, даже если он и узнал о паразите, это не может быть связано со мной. Остается только вести себя как дурачок.
Кивнув, Цан Ваньхэ снова посмотрел на Юнь Чэ.
Вдруг, увидев его лицо, ему захотелось дать ему пощечину.
Гнев, вызванный предыдущим намеком, все еще не утих.
Ему пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.
– Вы можете продолжать.
Юнь Чэ улыбнулся, чувствуя, как его охватывает глубокое давление императорского уровня.
Очевидно, что король поверил ему, но не стражник.
Если он сделает хотя бы маленький жест, чтобы причинить ему вред, охранник, несомненно, сразу же убьет его.
Безупречным движением он сделал небольшой надрез на груди Чан Ваньхэ.
Над его рукой возникла небольшая вспышка огня феникса.
Как только он приблизил руку к порезу, на лице Цан Ваньхэ появилось болезненное выражение, усиливающее давление на него.
– Отец! – встревоженно воскликнул Цан Юэ.
– Смотри, тесть, ты видишь это?
С болезненным выражением лица Цан Ваньхэ перевел взгляд на свою грудь, и его глаза расширились от ужаса. Не у него, а у всех.
Все смотрели на маленькое паразитоподобное существо, корчившееся и шевелившееся возле раны!
– Что это?! – в ужасе воскликнул Цан Ваньхэ.
– Смерть. – ответил Юнь Чэ.
– Смерть? Какая?
На лице Юнь Чэ появилась ухмылка, и он отозвал пламя феникса, а затем использовал [Восстановление], чтобы залечить рану на груди.
– Не мгновенная, конечно.
«…»