Глава 63

Вскоре появился Ся Юаньба с Фэн Цзюэчэнем.

Юнь Чэ, который уже собирался позвать Юаньбу, вдруг сузил глаза.

С одного взгляда было видно, что Юаньба ранен.

– Юаньба, что с тобой случилось? – спросил он.

То, что Юнь Чэ не показывал этого, не означало, что он не заботился о Юаньба.

В последние месяцы он пробовал разные методы, чтобы помочь ему в развитии, но понял, что независимо от того, какие методы он использовал, Юаньба так и не продвинулся в своем развитии.

Юнь Чэ пришел к выводу, что для того, чтобы Юаньба действительно развивался, ему нужно изменить свое мышление.

Если этого не сделать, то вены не смогут пропускать глубокую энергию.

Вены словно обладали собственным сознанием, работа которого зависела от сознания Юаньба.

Если бы они не сочли его достаточно достойным для этого, то никогда бы не позволили ему культивировать.

Юнь Чэ объяснил это тем, что культивирование — чушь собачья!

Юнь Чэ оставалось только беспомощно ждать, когда произойдет что-то кардинальное, что изменит сознание Юаньба как пацифиста.

– А, шурин… Я, я в порядке…

– Ха… – Очевидно, Юнь Чэ не поверил ему. Он перевел взгляд на Фэн Цзюэчэня, стоявшего рядом с Юаньба с надменным видом, и спросил. – Ты его ранил?

– Шурин, ты неправильно понял!

– Я тебя сейчас не спрашиваю, так что сиди тихо. – Юнь Чэ равнодушно ответил и посмотрел на Фэн Цзюэчэня, после чего снова спросил. – Так что, это ты сделал?

Наступила тишина.

Цан Юэ и Юаньба с тревогой смотрели на Фэн Цзюэчэня, который поднял подбородок и высокомерно ответил.

– Ну и что с того?

– О… – Юнь Чэ поднял бровь от удивления.

Вдруг он вспомнил, что этот Фэн Цзюэчэнь был реинкарнацией принца из семьи Вечной Ночи, и в будущем, когда его линия крови пробудится, он унаследует силу этого дьявола.

Вспомнив об этом, Юнь Чэ облизнул губы.

Несмотря на то, что он сам был достаточно силен и мог легко достичь вершины, у него все еще текла слюна при мысли о получении Тома Иллюзорного Дьявола Вечной Ночи, который был для него самым крутым искусством во всем Первобытном Хаосе.

При этих мыслях его глаза сузились, и в них появилось золотистое сияние.

Внезапно на Фэн Чжучэня обрушилось давление, и он даже не успел нанести ответный удар, как его колени подкосились и он упал на колени.

Раздался громкий треск, и земля под коленями Фэн Жучэна проломилась!

– Я не прошу ничего особенного. – холодный голос Юнь Чэ донесся до всех. – Извинись перед Юаньба или умри.

– Ты…! – Глаза Фен Цзюэчена налились кровью, а на лбу выступили вены. Он стиснул зубы и посмотрел на Юнь Чэ с шоком и откровенным убийственным намерением.

– Что? – Юнь Чэ ухмыльнулся, увидев его взгляд. – Куда делось твое высокомерие? Для того, кто причинил вред моему шурину, ты выглядишь очень высокомерным. Это потому, что ты принадлежишь к клану Пылающего Неба?

– Я… убью… тебя…! – Скрипя зубами, он изо всех сил пытался сбросить давление, из-за которого, казалось, он не мог больше поднять голову. В его голосе чувствовалась ненависть и убийственное намерение по отношению к Юнь Чэ.

– Я с нетерпением жду этого. – ответил Юнь Чэ. – Но перед этим сначала извинись перед Юаньба.

– Только через мой… труп! – крикнул Цзюэчен, из его носа и рта потекла кровь. – Я… никогда и никому не поклонюсь по собственной воле!

– … Тогда умри. – Ответ Юнь Чэ был прост. Он поднял руку и направил палец на Цзюэченя.

В тот момент, когда он уже собирался убить его, нежная рука остановила его.

– Брат Юнь… не надо. – раздался обеспокоенный голос Цан Юэ. Она смотрела на Юнь Чэ с нежностью и тревогой.

– Его отец — Глава секты клана Пылающего Неба. Мы не должны провоцировать вражду с ними.

Она знала, что Юнь Чэ силен, и со временем он станет сильнейшим в Империи Голубого Ветра.

Но сейчас он один не смог бы противостоять клану Пылающего Неба. Она боялась, что клан Пылающего Неба может отомстить Юнь Чэ, и она ничего не сможет сделать.

«…»

Юнь Чэ молча посмотрел на Фэн Цзюэчэнь, а затем на Цан Юэ.

Конечно, он знал, о чем она думает, но это заставило его улыбнуться.

Если бы она только знала, что при желании он может уничтожить весь клан Пылающего Неба.

Но, как бы то ни было, убийство Цзюэчэнь не было его целью.

Как бы хорошо ни знала его Канг Юэ, он знал Канг Юэ слишком хорошо. Он уже знал, что она обязательно помешает ему убить Цзюэчэня, и, не желая выглядеть слабаком, решил подыграть ей.

Теперь все будет выглядеть так, будто он оставил его в живых, потому что Цан Юэ умоляла его, а не потому, что боялась убить.

– Раз уж Юэр так говорит, то я не могу отказать, верно? – Хотя ничто не мешало ему заработать хорошие очки у Цан Юэ. – Что касается клана Пылающего Неба… хм. Это всего лишь маленькая секта. Если я захочу, то смогу уничтожить его в любой момент.

Услышав слова Юнь Чэ и Цан Юэ, кровь Цзюэчэня словно вскипела.

Он выпустил свою основу, надеясь хоть немного выиграть у Юнь Чэ, но потерпел неудачу и понял, что Юнь Чэ, несомненно, сильнее его более чем на одну великую сферу.

Однако это не вселило страх в его сердце. Он почувствовал себя еще более униженным.

Давление исчезло, и Юнь Чэ опустил руку.

– Юаньба, иди сюда, я исцелю тебя.

Юаньба, как маленький цыпленок, молча подошел к Юнь Чэ, который использовал Восстановление, чтобы исцелить его.

Цзюэчэнь же с трудом поднялся на ноги. Одарив Юнь Чэ ненавидящим взглядом, он развернулся и ушел, ничего не сказав.

Предполагается, что он будет тренироваться еще усерднее, чтобы победить Юнь Чэ и унизить его.

– Ну что ж… Похоже, теперь только ты будешь представлять Дворец Голубого Ветра…

Юнь Чэ криво улыбнулся, заставив Цан Юэ хихикнуть.

– Разве это имеет значение? – Она уверенно ухмыльнулась. – С братом Юнем, тренирующим Цан Юэ, она ни за что не потерпит поражения!

– Уверенна, не так ли? – Юнь Чэ тоже захихикал. – Не то чтобы ты сказала что-то не то.

В этот момент появилась Вуйоу с Вушаном.

Они посмотрели на присутствующих с растерянным выражением лица, после чего Вушан спросил.

– Что случилось с остальными?

«…»

…

Юнь Чэ, сидя на Маленькой Снежинке, глубоком звере Цан Юэ, обхватил рукой ее мягкий живот и притянул к себе.

Положив голову ей на плечо, он вдыхал ее аромат.

Цан Юэ не стала его останавливать, а лишь еще крепче прижалась к нему, чувствуя тепло и безопасность.

Когда птица уже летела по воздуху, Юнь Чэ вдруг открыл рот.

– Кроме Цинъюэ, моей жены, есть еще одна женщина, о которой ты должна знать.

– Она тоже моя сестра? – спросила Цан Юэ, в ее голосе не было ни капли злости.

Она уже знала, что в жизни Юнь Чэ будет не одна женщина, и то, что она решила быть с ним, несмотря на то, что у него была жена, объясняло, почему она не заботится о других.

Ей просто было интересно узнать, кто эта другая женщина.

До сих пор она понимала, что, с кем бы ни состоял в отношениях ее брат Юнь, у этой женщины было очень удивительное происхождение, как, например, у его жены. Поэтому ей стало интересно, какое происхождение у этой женщины.

– Э-э-э… да. – После небольшой паузы Юнь Чэ кивнул. Он нежно поцеловал ее в шею, заставив Цан Юэ

удовлетворенно вздохнуть и продолжить. – Ее зовут Чу Юэчан, она одна из Семи Фей Ледяного Дворца.

«…» — глаза Цан Юэ расширились.

Она была готова узнать о сестре, но не могла поверить, что Юнь Чэ выбрал женщину, которая больше всех ненавидит мужчин! Ведь она десятилетиями отвергала Хозяина Виллы!

К этому добавился тот факт, что в Ледяном Дворце было запрещено влюбляться в мужчину!

И вот теперь младший завоевал ее сердце… Она не знала, удивляться ли ей умению брата Юня ухаживать за женщинами или бояться.

– Удивлена? – Юнь Чэ захихикал, глядя на эмоции Цан Юэ, и она закатила глаза.

– Скорее, испугалась. Брат Юнь, ты действительно не ставишь перед собой лёгких целей. Что ты будешь делать, если Дворец узнает об этом? Они точно разозлятся. Они не только попытаются помешать сестре Юэчан встретиться с тобой, но и даже станут враждебно относиться к тебе.

– Хмпф.

Юнь Чэ фыркнул. – В конце концов, они тоже культиваторы. А культиваторы больше всего любят и уважают силу. Я уверен, что они с радостью отдадут всех Замороженных Фей твоему брату Юню, если я дам им подходящее приданое.

– Хе-хе. – Цан Юэ захихикала при упоминании о приданом. – Действительно, брат Юнь великолепен. Какая секта не хотела бы иметь отношения с братом Юнем? Это было бы самым глупым поступком с их стороны.

– Да, ты пытаешься меня подмаслить? Что-нибудь хочешь от меня?

Цан Юэ покраснела.

– … Может ли Цан Юэ стать ведущей сегодня?

Юнь Чэ приподнял бровь от удовольствия, когда Цан Юэ продолжила.

– Я… я вчера прочитала книгу и хочу попробовать.

Юнь Чэ с ухмылкой провел рукой по ее животу, отчего она потеряла контроль над своим телом и полностью улеглась на грудь Юнь Чэ, позволяя ему прикасаться к ней там, где он пожелает.

– Конечно, моя дорогая Юэр. Как я могу отказать своей жене?

– Муж…

Хотя они еще не были женаты, Цан Юэ нравилось слышать, как он называет ее женой, а то, что она называла его мужем, вызывало у нее бабочек в животе, и она чувствовала себя неловко.

Если бы не болезнь отца, можно предположить, что она уже вышла бы замуж за Юнь Чэ только для того, чтобы постоянно называть его мужем.

Ведь называя его мужем, она сообщала всему миру, что принадлежит ему, и от этого на ее лице постоянно появлялась странная улыбка. Она почему-то выглядела гордой.

Тем временем Вушан и Юаньба летели позади них со странными выражениями на лицах.

Пока Юаньба кивал головой, гордясь своим шурином, Вуйо чувствовал себя так, словно съел дерьмо. Несмотря на то, что они остались далеко позади, он чувствовал, что с каждой секундой ему становится все более неловко.

К счастью, прошло совсем немного времени, и они добрались до горной области Небесного Меча — места, где находилась вилла Небесного Меча!

Перед глазами предстала величественная горная цепь, окутанная туманной дымкой, от которой веяло мистикой.

Далеко внутри нее виднелись возвышающиеся к небу здания — здесь бушевали намерения меча. Конечно, это не причиняло никому вреда, но показывало зрителям, что это идеальное место для культиваторов, практикующих владение мечом.

Увидев повсюду величественное намерение меча, Цан Юэ вдруг почувствовала зуд в руке. На ее лице появилась бесстрашная улыбка, и она пробормотала.

– Я очень хочу разрубить это намерение меча!

За последние четыре месяца она не только занималась культивированием, но и практиковалась в искусстве меча, поэтому в ней уже пробудилось намерение меча.

На этот раз Юнь Чэ не стал передавать ей свое намерение меча, так как считал, что намерение меча нужно культивировать индивидуально, а не добиваться понимания от кого-то.

В конце концов, каждый человек владеет мечом по разным причинам, и его намерение отражает эти причины.

В то время как намерение Юнь Чэ было острым и свирепым, желающим убить все на своем пути, намерение Цан Юэ было мягким и нежным, когда человек даже не мог понять, что его порезали!

Намерение меча отражало не только ее характер, но и желание сражаться рядом с Юнь Чэ и защищать его от всего вредного. Как молчаливый страж, враг не успевал даже дотянуться до Юнь Чэ, как его уже разрубало на куски намерение меча.