Глава 303

Тяжело вздохнув, Нед Старк вошел в свой соляр, примыкающий спальне, и сразу же уселся в удобное кресло, стоявшее прямо перед очагом. Пир по случаю прибытия в Винтерфелл гостей из разных Домов затянулся до самой ночи. Слишком затянулся, на его вкус. К тому же, даже из своих покоев он мог слышать, что пиршество всё ещё продолжается.

— Одни боги ведают, чего нам будет стоить эта ночь. – Вздохнул он, чувствуя, как начинает болеть голова. – И во сколько нам обойдется оставшееся время их пребывания здесь. Одно посещение великого дома обойдется недешево. А три сразу?.. Единственным спасением является тот факт, что все Дома, по крайней мере, осознали, какое бремя они взвалили на нас, и попытались облегчить его, принеся либо монеты, либо свои собственные запасы продовольствия. Но даже с их помощью… мда.

Услышав негромкий вой, Нед повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Винтер прокралась в комнату и опустилась на живот перед огнем. Старк всё ещё не привык к изменившейся волчице, с которой год хорошего питания сотворил настоящее чудо – тело заметно уплотнилось, и в целом она выросла минимум на руку, если не больше. Теперь она могла лечь на пол и положить голову на подлокотник его кресла, не напрягая шею. Щенки в свою очередь подавали признаки того, что в будущем станут такими же большими, если не больше, чем их мать.

— Я понял тебя, девочка. – Кивнул Нед, когда Винтер снова заскулила, чувствуя, как усталость пробивается сквозь странную связь, которую он ощущал с волчицей. – Я в любое время соглашусь на войну, лишь бы не разбираться с политикой благородных домов и Игрой, в которую они все так любят играть.

Винтер надулась и перевернулась так, что легла на бок животом к огню, пытаясь согреться.

Несмотря на то, что Нед не заботился и даже не хотел играть в политику с югом, он не был невеждой. Он прекрасно знал, почему эти дома пришли в Винтерфелл. Они хотели власти. Точнее, им нужна была власть колдуна. А поскольку Нокс… человек сложный, и его, мягко говоря, сложно поколебать, они нацелились на следующее поколение – его детей и тех, кого Нокс обучал Силе. Наряду с силой колдуна, они также хотели узнать, как Северу удалось возвыситься за несколько лет, в надежде повторить их успех. И они даже не пытались быть сдержанными в своих желаниях, что раздражало Неда больше всего.

На протяжении всего пира Уиллас Тирелл не отходил от Сансы, развлекая юную дочь рассказами о Хайгардене или Просторе. И если он не составлял дочери компанию, то это делали либо Гарлан, либо Маргери. Неужели они действительно думали, что он не заметит и не поймёт их намерений? Или им просто все равно? Его милой рыжей волчице всего два с десятком лет, едва ли её можно считать женщиной. Конечно, многие высокородные дамы в её возрасте либо находились уже находились на стадии переговоров о браке, либо уже были помолвлены. Но все же… Она его дочь, черт возьми!

Ланнистеры вели себя намного хитрее, и цели преследовали иные. Вероятно, это объяснялось тем, что их потребность в прилитии магической крови к роду Ланнистеров не столь сильна, как у Тиреллов, учитывая, что Джой Ланнистер стала аколитом Нокса. Но они по-прежнему делали всё возможное, чтобы узнать секреты Севера, некоторые из которых, как он знал, удалось разгадать Тириону Ланнистеру. Он хотел ограничить передвижения полумужа в Винтерфелле, но Нокс посоветовал не делать этого. Он заверил Неда, что у них есть защита от того, чтобы Тирион не украл и не распространил некоторые из самых прибыльных секретов Севера. Хотя, когда он узнал, что это была за защита… честно говоря, впервые ему захотелось ударить своего друга. Они, сами того не подозревая, заполучили тайную дочь Тириона Ланнистера, благополучно находящуюся в Винтерфелле и работающую на колдуна. Единственное, что остановило его от удара по другу, это то, что он заявил, что им не нужно держать девушку в заложниках, чтобы заставить полумужа молчать. Скорее наоборот – им нужно обезопасить ее от остальных львов, так что Тирион молчит не из-за того, что его единственная дочка в заложниках, а потому что он благодарен, что дочь фактически спасли, пусть и таким странным методом.

Но если действия Ланнистеров и Тиреллов раздражали, то присутствие Мартеллов вообще не давало покоя. Отношения между Севером и Дорном значительно улучшились за годы, прошедшие после прибытия Нокса, но всё ещё оставались напряженными после того, что постигло Элию Мартелл и ее ребенка в конце Восстания. На первый взгляд казалось, что правящая семья Дорна прибыла на север, чтобы сделать именно то, о чем они говорили: обсудить дальнейшую торговлю с Севером в надежде расширить торговлю стеклом дальше на юг, возможно, даже в Соторис или на Летние острова. Но присмотревшись, можно понять, что это не всё, чего они добиваются. Принцесса Арианна ясно дала понять почти всем о своих намерениях по отношению к Джону. И это его беспокоило.

Существовала большая вероятность того, что интерес девушки к Джону действительно искрений. И это не так уж плохо. И пусть Нед отчаянно хотел удержать Джона на Севере, возможно, даже сделать его лордом одного из недавно освободившихся замков, например, Дредфорта, он знал, что всё, что он предложит Джону, не будет соответствовать шансу стать следующим принцем-консортом Дорна. Этот брак также поможет восстановить отношения между Севером и Дорном и даст им надежного торгового партнера. Но в глубине его сознания всё ещё оставалось подозрение относительно возможного союза между этими двумя. Из-за того, кем Джон на самом деле является. Если Мартеллы каким-то образом узнают истинное происхождение Джона, они могут попытаться продвинуть его к трону. Нет. Им даже не придется этого делать. Им просто нужно было бы распустить нужный слух. И как только весть об этом дойдет до Роберта, гнев друга сделает всё за них, ведь он знал, что король немедленно потребует голову Джона за то, что он сын Рейгара. А как только это произойдет, Дорн возьмет в руки оружие, чтобы защитить своего принца-консорта, как и те, кто всё ещё хранит верность драконам. И тогда либо он, либо Робб окажутся перед выбором: Роберт или Джон.

Он знал, кого выберет Робб. Знал, что многие северяне последуют этому выбору. Не потому, что Джон сын Райгара, но потому, что он сын Лианны Старк. И потому, что он прославился на Севере благодаря своим деяниям. Но что действительно удручало во всем этом сценарии, так это не перспектива войны, а скорее то, что он сам не знал, кого выберет. Своего брата по духу? Или племянника, который стал его сыном?

«Нет. Ты точно знаешь, кого выберешь. В конце концов, ты сделал этот выбор много лет назад, когда пообещал Лианне на смертном одре, что будешь защищать его ото всех. Если Роберт когда-нибудь узнает о его истинном родстве и потребует казни… я подниму меч против друга и объявлю Джона своим королем. Паршивое решение. Но я сделаю его без колебаний»

Откинув голову на спинку кресла, Нед закрыл глаза и позволил своим чувствам улетучиться.

А спустя мгновение уже сидел прямо.

 «Ну да… с чего бы я вдруг решил, что мне сегодня дадут хоть минутку покоя?»

— Милорд. – Обратился один из охранников. – Ле…

Я знаю, кто там… что ж вы до сих пор не привыкнете-то. – Нед взял паузу, чтобы успокоиться. Он знал, что этот разговор выйдет весьма и весьма непростым. – Проводи леди Тирелл.

Несколько раз вдохнув и выдохнув, Нед поднялся на ноги и взглянул на охранника, который провёл вдовствующую леди дома Тирелл. Винтер лишь едва приподняла голову, после чего улеглась и закрыла глаза.

— Уже довольно поздно, леди Тирелл. – Сказал Нед, вежливо приветствуя старуху.