Глава 371

Обхватив жену одной рукой за талию, а другой — за руку, Нокс повел Ниру на вальс к прочим гостям на площадке, что двигались в такт мелодии, доносившейся из глубины зала.

Свадебное пиршество шло полным ходом, и уже не один человек из толпы, перебравший эля или вина, был вынужден вернуться в свои покои. Свадьба Ашера и Гвин была, бесспорно, в центре внимания, однако же брак не был единственной причиной для празднования. Нед объявил на открытии пира, что он согласился на помолвку Сансы и Уилласа, а Роббу удалось не только пройти Испытание Силы и стать учеником Нокса, но и привезти доспехи и останки Брана Строителя, основателя дома Старков, чтобы его можно было должным образом упокоить в Винтерфелле. Учитывая целых три знаменательных события, неудивительно, что праздник вышел настолько… бурным.

Но, несмотря на безудержное празднование вокруг, ни Нира, ни он сам не чувствовали себя столь уж радостными. Никому не хотелось говорить об этом, но оба думали о своей собственной свадьбе… о катастрофе, о последующих потерях.

— Неужели я ужасный человек, Алим? – Прошептала Нира, прислонившись головой к его груди, когда музыка замедлила темп.

— Почему? – Спросил он, прижимая ее к себе.

Он чувствовал печаль жены.

— Потому что именно такой должна была быть наша ночь. Время для праздника. Время для радости. И сегодня с нами должен был быть наш сын Кхем. Но его нет среди живых. И думаю лишь я об этом: почему эта церемония полна радости и счастья, в то время как наша была полна печали. Я… я ужасный человек, да?

«Наверное, сейчас не время вдаваться в психоанализ и рассказывать про ассоциативные цепочки…»

Нокс прижал жену к себе и легонько стукнулся своим лбом об её.

— Нет, Нира, ты не плохой человек. Поверь, я очень хорошо разбираюсь в ужасных людях, и ты не одна из них. Твои мысли и твоё горе просто подтверждают очевидный факт – ты человек. Нам свойственна печаль.

Он почувствовал, как его жена кивнула ему в грудь, сделав несколько длинных вдохов, во время каждого из которых плохое настроение, пронизывавшее ее существо, медленно рассеивалось.