Глава 165

— Я искренне верю, что будущее Скайрима станет светлее, когда он покинет Империю…

— А затем что? — резко обрывает его Император лёгким, но строгим голосом, даже не глядя на собеседника, продолжая неторопливо кружить вокруг стола. — Талмор нападёт на Скайрим в ту же секунду, когда ты обретёшь эту свою «свободу». И ты рассчитываешь отбиться? Рассчитываешь преуспеть там, где пала вся Империя?

Император не насмехается открыто, но его тон делает это за него. Его тяжёлые шаги замедляются.

— Ты начал восстание. Ослабил Империю и Скайрим. Своими собственными руками открыл Талмору путь в твои земли. Ты несёшь смерть и разделение собственному народу.

Император останавливается перед троном Вайтрана, вскидывая голову и рассматривая драконий череп над ним.

— Ответь же мне, Ульфрик Буревестник из Виндхельма, сын Хоага Буревестника, Великого Медведя Истмарка…

Рука Императора осторожно гладит флаг Вайтрана, лежащий на троне, а его голос сотрясает зал.

Медленно повернувшись, он подходит к столу и выпрямляется, глядя сверху вниз на Ульфрика таким взглядом, который мог бы сокрушить слабого человека.

— Почему ты должен покинуть этот зал с головой на плечах?

Густая тишина, что опустилась на зал, длилась всего мгновение и была жестоко прервана громким и тревожным звучанием множества рогов по всему Вайтрану.

Балгруф вскакивает, глаза его расширяются от ужаса, когда он узнаёт этот сигнал. На ступени вбегает гонец с побледневшим лицом, в глазах его чистый ужас.

— Мой ярл! Драконы! В небе! — кричит мальчишка, падая на колени и тяжело хватая воздух ртом. — Их десятки!

Вскоре к тревожным рогам добавляется оглушительный рёв, разносящийся над всем Вайтраном.

***

Монета взлетает в воздух, а затем падает обратно в мою ладонь. Я прихлопываю её на стойку.

— Десять орлов подряд.

— Вот же тебе повезло, сукин ты сын, — присвистывает старый Роб, когда я убираю руку в когтистой перчатке.

Я смеюсь и толкаю септим в его сторону:

— Видимо, сами Боги хотят, чтобы я это сделал.