Глава 5

Это происшествие с учениками школы Сильного дракона начало целую цепочку событий. Но я об этом не знал и даже порадовался, что в классе Сэ Хи появился переведенный ученик.

Высокий кареглазый блондин с вьющимися волосами и смазливым личиком. Пожалуй, больше всего меня порадовало, что ни Сэ Хи ни Джини не вливались в ту толпу, что каждую перемену бегала за ним. Даже на мгновение появилось чувство гордости за «своих девочек», но я быстро его прогнал, потому что повода называть девочек «своими» я не получал. Гормоны, что ли буйствуют?

И вот два островка, дрейфующих по коридору столкнулись.

— Ты, наверное, Ли Сиун? — спросил блондинчик, за спиной которого стояло аж семь девчонок, смотрящих на него с обожанием.

— Да, а ты? — Сэ Хи как-то незаметно оказалась у меня за спиной, а Джини сместилась влево. Новенький как-то понимающе усмехнулся, глядя на это.

— Ю Джигун, — он протянул мне руку, и я её, конечно же пожал. Высокие договаривающиеся стороны сделали выводы и разошлись.

А по пути домой Джини подтвердила, что моя паранойя не уникальна.

— Подозрительно это все, — сообщила моя сопровождающая.

— В общем-то я с тобой согласен, но хотелось бы услышать причины, — самого меня, начавшего интересоваться всякими комиксами про ОЯШей и суперсилы, напрягал сам факт появления переведенного ученика. Там с этого начинались самые крутые повороты сюжета.

— Он перевелся в середине семестра, — как и ты, Джини, но это опустим. — И его движения… Они слишком плавные.

— Муримин? — в общем, не удивительно, но от какой стороны?

— Не уверена, — печально кивнула девушка. — Тут нужно больше опыта, чем у меня есть… Вот если бы я пожала ему руку — могла бы сказать точнее.

— Одна из пяти сильнейших молодых мастеров клана Суну признает свою слабость? — больная для девушки тема, с учетом того, что в этой пятерке она пятая. Вот и сейчас Джини в гневе замахнулась своим тяжелым кулаком. — Успокойся, успокойся. Ты же прекрасно знаешь, что нельзя быть самым сильным. Зато можно знать свои слабости и учиться их прикрывать. Это естественно.

— Тц, — характер у девушки импульсивный, и отходит она так же быстро, как и распаляется. — Ты говоришь, как мой дед. Ты еще расскажи про одну ногу в могиле и принятие смерти как части жизни муримин… Как это — не бояться смерти?

Угу. Долгое общение со Старейшиной Квоном ведет к просветлению. С высоты его жизненного опыта любые твои неприятности кажутся настолько мелкими, что даже погоревать нормально не выходит.

— Кто говорил об отсутствии страха, Джини? — как-то само собой сложилось, что повторенные мною истины, высказываемые Квоном, находят у девушки больший отклик, чем слова самого дедушки. Никак не могу понять, с чего бы это? Может её впечатляет, что ровесник с видом опытного головореза говорит ей заумные вещи? — Просто ты должна понимать, что смерть может прийти в любой момент. Любой противник должен восприниматься как сильнейший и тогда ты будешь готов к любым неожиданностям. У меня подобный опыт появился естественным путем — за неделю я успел подраться с Мамунги, Со Чхоном, Кан Соном, Ли Гюбомом, поучаствовал в стычке на крыше… До тех парней из школы Сильного дракона всех противников я воспринимал как смертельную опасность. Даже те недоумки, что стояли в кордонах как загонщики, легко бы скрутили меня, если бы ожидали такого сопротивления с моей стороны.

— А что ты думаешь теперь?

— Ты же помнишь, что сказал Старейшина Квон? — о том, что наговорил подчиненным старик можно рассказывать долго, но логика в его словах была, а потому все поверили. — Без Ки-центра я не могу накапливать направлять и высвобождать Ки, но процесс восполнения уже стал естественным, поэтому Ки рассеивается в моем организме, укрепляя его даже сейчас. Без всяких усилий с моей стороны я нахожусь где-то на уровне старшего ученика Железного Кулака. И вот тут проявляется проблема рефлексов — тот мечник даже не смог меня ранить своей железкой, поэтому я боюсь, что чувство постоянной опасности может притупиться, а чувство защищенности — наоборот раздуться. В итоге это приведет к моей смерти. Пока я помню об этом, но чем больше слабых противников я встречу, тем сложнее будет держаться… Старейшина Квон называл это «кризисом мастера», потому что ученики мастеру не противники, а сразиться с другим мастером… не у всех хватает духу. Потом появляется ложное чувство всевластия и в итоге — смерть.

— Неприятно, — да, Джини, я в курсе, что у тебя начался подобный кризис. Квон лично просил вернуть тебя на путь саморазвития. Быть в таком молодом возрасте одной из лучших мастеров клана, с которой из-за личности её дедушки мало кто хочет сразиться — плохо для твоего кунг-фу (п.а. еще одна цитата. Не помню, откуда).

Обед дома, отработка удара под присмотром Квона, сопровождающаяся различными философскими сторонами боевых искусств, ужин дома — все как всегда.

Сегодня я узнал о том самом «секрете» длинного комплекса. Оказывается, весь комплекс состоит из пар «старт-финиш», то есть, конечная позиция первого шага является начальной для второго, и, при этом, первый шаг можно не делать. Наоборот, чтобы выполнить весь комплекс целиком, необходимо изменить финиш-позы на промежуточные специальными техниками распределения.

Квон был сильно удивлен, когда узнал, что эти самые базовые техники мне неизвестны. Оказывается, закольцовывать Ки в меридианах тут учат сразу же после того, как ученик учится гонять энергию по организму.

Все дело тут в меридианах. В отличие от меня, управляющего внутренней энергией интуитивно, простые муримин направляют энергию по меридианам, которые, при всей своей полезности, являются односторонними. То есть изначально все попытки распределения энергии у муримин приводят к выплескиванию Ки в окружающую среду. Ученики, пока не могут закольцевать энергию в теле, быстро истощаются и не имеют того самого «Ки усиливает тело, которое наполняет», потому что энергия сразу же покидает тело.

Для меня же в обычных условиях проще простого держать энергию внутри, но именно этот комплекс (другие похожие или хотя бы описание этого сейчас разыскивает Квон) заставляет мою Ки бурлить и покидать тело самостоятельно — я лишь задаю направление движениями. Вот и получается, что не имея начального знания я не могу выполнить комплекс, в отличие от муримин, которым контроля, сравнимого с моим, приходится добиваться десятилетиями.