Глава 328 — Богиня Солнца, Солари

В мире, называемом Небесами, было семь Архангелов.

Вначале их было не семь.

Первой родилась Ауриэль, Архангел Суда.

Она родилась из-за необходимости.

До нее Небеса были миром, где распространялось зло из хаоса, так что не будет преувеличением назвать его похожим на ад.

Желания ангелов породили ее.

Надежды ангелов, стонущих под натиском зла, привели в этот мир Архангела Суда.

Ауриэль судила мир.

Выковав своими руками сотню мечей, она вместе с ангелами, последовавшими за ней, вскоре уничтожила зло, пропитавшее Небеса.

Она очистила мир.

Стоя перед хаосом, она инстинктивно поняла, что ее миссия окончена.

Потому что среди ангелов родился второй Архангел.

Роль Ауриэль заключалась в том, чтобы судить.

Теперь, когда суд над злом был окончен, восстанавливать мир предстояло другому Архангелу.

Один за другим рождались новые Архангелы.

Рагуэль, Архангел Справедливости.

Эроса, Архангел Любви.

Рафаэла, Архангел Исцеления.

Сариэль, Архангел Смерти.

Гавриила, Архангел Луны.

И последний Архангел, Солари, Архангел Солнца, которая принесет свет всему небесному миру.

Ауриэль любила и лелеяла всех своих братьев и сестер, Архангелов, но особенно она любила Солари.

– Солари…

На самом высоком месте Небес.

Ауриэль стояла с висящим на поясе мечом и смотрела на Плеяды, а затем перевела взгляд вдаль.

Она смотрела на Ад, в который попала давным-давно, как раз перед тем, как он поглотил Небеса.

Солари больше не существовало.

Она уже потеряла свою жизнь сотни лет назад.

Эроса, Архангел Любви, и Гавриила, Архангел Луны, спустившиеся вместе с ней в Плеяды, тоже больше не существовали.

Семь Архангелов превратились в четырех, и Ауриэль поклялась отомстить за Солари.

– Ауриэль, ты здесь?

На осторожный оклик Ауриэль повернула голову. Не глядя, она поняла, кто это.

Это была Рагуэль, Архангел Справедливости.

– Я хочу тебе кое-что сказать.

Ауриэль кивнула. Ей и самой было чем поделиться с Рагуэль.

– Пойдем сюда.

Рагуэль мрачно улыбнулась, когда Ауриэль мягко позвала ее.

Ей было не по себе от перемен, произошедших с Ауриэль после того, как Солари распространила свой свет и умерла.

Но им нужно было поговорить о движении Ада.

О движении владык, которые превратились из семи в пять.

Выслушав рассказ Рагуэль, Ауриэль на мгновение закрыла глаза.

Она вспомнила лицо Солари, которая всегда ярко улыбалась, как солнце.

– Привет?

Архангел с рыжими волосами.

У нее была яркая улыбка и приятный голос, от одного взгляда на который становилось легче.

Под ореолом света скрывалось игривое лицо, похожее на сияние утра.

Корделия на мгновение потеряла дар речи.

В записях часто упоминалась внешность Солари.

Солари была самой красивой и очаровательной из семи Архангелов, и даже демоны Ада не могли не любить ее.

Это не было ложью. Это была правда.

Добродетель.

Женщина, которая была не просто красива, как и любое другое выражение, не подходила ей иначе, как добродетель.

Но в то же время она была очень дружелюбной.

С ней можно было поговорить в любой момент, как со старшей сестрой или подругой.

У нее было восемь крыльев и золотой нимб, символизирующий славу утра.

Корделия неосознанно сложила руки вместе.

Она хотела помолиться.

Однако Солари слегка сузила брови, словно ее обеспокоили действия Корделии, и вскоре с озорной улыбкой сказала.

– Я повторю это еще раз. Привет.

И когда она слегка взмахнула рукой, Корделия тоже пришла в себя. Корделия неловко подняла голову и поприветствовала собеседницу.

– З-здравствуйте. Т-то есть, доброе утро!

Когда Корделия поприветствовала ее с покрасневшим лицом, Солари рассмеялась, как Кайса.

– Мило.

– Э-э-э… д-да?

Отвечать было не обязательно, но она все равно ответила, и Солари расплылась в улыбке еще ярче.

– Хаа~ так повезло. Ты такой милый и очаровательный ребенок.

Солари пробормотала, словно разговаривая сама с собой, и молча села.

Под голубым небом дул ветер, и лепестки разлетались по белому цветочному полю.

Солари сделала жест рукой.

Ее глаза говорили Корделии, чтобы она подошла и села здесь.

Корделия на мгновение замешкалась, но вскоре набралась смелости. Немного поколебавшись, она подошла к Солари и присела рядом с ней.

– Подойди ближе. Я хочу обнять тебя.

– Простите? Э-э… да.

Корделия была кем-то из рода Солари.

Возможно, эта метафора несколько чрезмерна, но Солари была для Корделии как старшая сестра, мать и далекая прародительница.

– Да, ты милая. Ты теплая. Ты так же милая.

При этих словах Солари лицо Корделии покраснело еще больше.

Это было связано с тем, что она испытывала восторг от комплиментов Солари, а не с тем, что ее обнимали, как плюшевого медведя.