Часть 39
В правом верхнем углу шлема Оружейника появилось оповещение о том, что до дедлайна осталось 90 минут, и он на секунду отвлекся от инерционного демпфера, с которым возился, чтобы отключить его. Это устройство было одним из основных компонентов его мотоцикла — впрочем, большинство Технарей, построивших любое быстрое транспортное средство, имели нечто подобное. Устройство помогало удерживать пассажира на мотоцикле при движении на максимальной скорости, излучая поле, снижающее воздействие силы тяжести на пассажира, когда транспортное средство достигало порогового значения скорости. Этот прибор был заменен на мотоцикле после того, как он усовершенствовал конструкцию и свое мастерство вождения, потому что чем меньше нужно было задействовать прибор (и чем меньше была площадь его воздействия), тем меньше он воздействовал на другие компоненты, расположенные рядом, и…
Зазвучало 75-минутное предупреждение. Он отмахнулся и от него.
—Теперь, когда прибор был практически резервным, он мог попытаться переделать его и создать инерционный усилитель. Гигантские формы Феньи и Меньи были защищены эффектом «разрушителя», и, по идее, он мог бы обойти его, обманув пределы обычных уравнений кинетической силы. Удар, который в обычных условиях был бы булавочным уколом, можно было бы усилить и превратить в нечто, способное нанести урон сестрам, и таким образом ввести в организм транквилизаторы, которые он первоначально разработал для…
Зазвучало 60-минутное предупреждение. Оружейник отключил его, затем отменил 45, 30 и 15-минутные предупреждения. Ему нужно было просто посмотреть на часы, а эти прерывания не помогали. Это был даже не обратный отсчет до дедлайна, а отсчет до фазы вечера «подготовка к дедлайну». Оружейник физически развернул кресло к полкам, где на проволочной подставке висели его старые часы, и заметил стикер, который он приклеил к циферблату раньше, для напоминания, что ему нужно быть за дверью к 5:45. Да. Спасибо. Так полезно.
«Тебе нужно больше отдыхать», — говорила она. «Время, проведенное вдали от работы, пойдет тебе на пользу», — говорила она. Пока что он испытывал прямо противоположный эффект. Спокойная работа не вызывала стресса, а вот то что намечается уже вызывало стресс. Оружейник снова обратил внимание на полуразобранное устройство, лежащее перед ним. Он осторожно отсоединил провода от контактных площадок; оставалось 43 минуты. Он отделил пару слоев наносхем, которые регулировали инерционное поле; осталось 36 минут. Он осмотрел подключения к источникам энергии и прикинул, какой силовой сердечник в какой алебарде будет наиболее совместим; осталось 28 минут.
С «Моделью 6», — решил он, можно работать. Чтобы освободить место для транквилизаторов, придется удалить полезную капсулу для пены, но он ожидал этого с самого начала, так что это не было проблемой. Более сложным проектом было бы приспособить передовое силовое ядро к инерционному «Усилителю» и снять резак, чтобы установить на его место новое устройство. Но это нарушит работу систем отвода и утилизации тепла в остальной части «Модели 6»… Будет ли «Инерционный форсюзер» выделять столько же тепла? Можно ли его настроить? Где-то у него были записи стресс-тестов демпфера, он мог бы получить приблизительную оценку, а затем потратить некоторое время на непосредственное тестирование новой конфигурации.
Оставалось 20 минут, и на стоящем рядом ноутбуке замигал индикатор входящего вызова. Оружейник потянулся к горячей клавише «Принять», и его палец завис над ней на долгий, необъяснимо тягостный момент. Он нажал на клавишу, и экран засветился, загрузилась программа голосового чата.
— Привет, Колин. Все в порядке?
— Добрый вечер, Дракон. Да, я в порядке, но не думаю, что смогу прийти… сегодня. У меня проект для предстоящей стычки с Империей, мне нужно подготовить его к работе и как следует протестировать. Извини, но, надеюсь, в следующий раз? — все, что осталось от ноября, было поглощено разборкой с Империей если все пойдет хорошо, так что в декабре у него наверняка будет свободное время. Наверняка к январю. Самое позднее — в марте.
— Я так и думала, что ты это скажешь, — ответила она, и палец Оружейника начал нервно постукивать по лабораторной стойке. — Я уверена, что это очень важно. Когда планируется операция?
…ну. — Кхм, пока не планируется. Мы на стадии предварительного планирования. Но очень скоро.
— Мм. Скоро, как «завтра» или скоро, как «на следующей неделе?» — не получив ответа, Дракон продолжила. — Если последнее, то неужели пара часов перерыва может все испортить? Я пойму, если это так, Колин, — возможно. Но он же не узнает об этом раньше времени. К тому же, напомнило ему необъяснимое чувство вины, он ещё даже не знает наверняка, будет ли нанесен удар по Империи. Оружейник вздохнул.
— Дракон, я… правда, не уверен что мне нужно это делать.
— Тебе не обязательно быть уверенным, Колин, но я думаю, что тебе стоит попробовать, — даже без видеоаватара он мог представить, как она на него смотрит. Оружейник бросил тоскливый взгляд на разобранное устройство, лежащее перед ним, затем начал аккуратно упаковывать его и раскладывать инструменты так, чтобы они не укатились со стола. — Я слышу неохотное согласие?
— Да, — пробормотал он. — Просто… ты ведь говорила, что это обычная встреча, верно?
— Конечно.
— Тогда, Дракон, у меня есть вопрос. И… он прозвучит очень жалко, — Оружейник снова взглянул на часы, нахмурился и расстегнул защелки на шлеме. Колин положил шлем рядом с ноутбуком и спросил: — Что я должен надеть?
Ответ, как оказалось, был таков: джинсы и легкий свитер, который у него где-то завалялся. Колину потребовалось пять минут, чтобы вспомнить, где именно (шкафчик в здании СКП, а не в его лаборатории на Вышке), потому что, хотя Колин знал, где находятся все инструменты, предметы снабжения и готовые устройства на многочисленных скрытых панелях доступа в его лаборатории, джинсы и смесь хлопка и полиэстера не подпадали ни под одну из этих категорий. К счастью, захваченная комната для совещаний, куда направила его Дракон, находилась в здании СКП, так что это не было большой потерей времени. Правда, было немного обидно, что он допустил такую ошибку.
Он стоял за дверью, прислушивался к голосам внутри и вообще чувствовал себя глупо. Колин подавил беспокойство в животе и постучал в дверь. Голоса немного стихли, и Колин смог различить неясные звуки механизмов, гудящих на заднем плане. Звук показался ему знакомым, но он не смог определить его. Через несколько шагов дверь открылась, и в щель просунулось лицо Шахматиста без маски. Мужчина улыбнулся и распахнул дверь шире. — Привет, Оружейник! Дракон сказала, что ты сможешь прийти. Заходи.
— Спасибо, Шахматист, — ответил Колин, не найдя лучшего ответа.
— А, можешь звать меня Дэнни. Здесь все друг друга знают, хотя если ты предпочитаешь Оружейник, то пусть так. Дракон сказала тебе, что будет?
— Лучше просто, Колин. И нет, она не… — Колин замолчал, впервые внимательно осмотрев интерьер комнаты для совещаний. Круглый стол средних размеров, вокруг которого в форме буквы V стояли пять стульев; на столе лежали книги, бумаги и несколько небоевых фигурок Шахматиста. Аватар Дракон приветливо махала ему с монитора, аккуратно прикрепленного к верхушке высокого табурета. Звуки, которые он слышал снаружи, оказались очистителем воздуха и аппаратом для диализа. Оба эти явления объяснялись присутствием директора Пиггот, сидевшей за столом рядом с свободным местом Шахматиста, с карандашом в одной руке и зажженной сигарой в другой. Напротив нее, за свободным местом, которое, предположительно, предназначалось для Колина, сидел незнакомый темноволосый мужчина, сгорбившийся над листом бумаги. Колин на мгновение задумался, пытаясь вспомнить, встречал ли он этого человека; он заметил грубую мантию на крючке для одежды и большой деревянный посох рядом с ней, и мозг Колина тихонько отключился.
— Мирддин?
— Я «Грогнак-варвар» сегодня, дружище «Джим», — покачал пальцем «кейп-волшебник» и ухмыльнулся. — Кстати, Шевалье передает тебе привет.
— П… привет? — связные мысли наконец-то вернулись в сознание. — Разве вы не базируетесь в Чикаго?
— Да, но я договорился со Страйдером. Ему очень нравится фалафель, так что дважды в месяц я оплачиваю ему ужин и кино, а он мне — поездку сюда и обратно.
— Понятно, — взгляд Колина невольно переместился на директора Пиггот, которая подняла бровь и посмотрела на него, не решаясь заговорить. Шахматисту удалось отвлечь ее внимание прежде, чем он успел это сделать. («Эмили, я знаю, что говорю это каждую неделю, но тебе всё-таки стоит бросить курить»). («Это мои легкие, и я буду портить их, как захочу»).
— Сегодня мы начинаем новую кампанию, так что сейчас самое подходящее время для того, чтобы ты присоединился к ней, — заговорила Дракон и жестом указала на единственное свободное место. Её монитор был немного наклонен, так что веб-камера могла видеть весь стол, и все могли видеть её, — рассеянно отметил Колин. — Не обманывайтесь стопкой вон тех книг, все гораздо проще, чем кажется. Давай, садись.
Подождав немного, чтобы дать земле шанс разверзнуться и поглотить его целиком (этого не произошло), Колин сел.