Глава 624: Братья
Глава 624: Братья
В это время половина плеча Чжоу Туна и рука были отрублены клинком Чэнь Чаншэна, и он даже ослеп на один глаз. Если он был псом, он определенно был диким псом.
Сюэ Синчуань нахмурил брови, отвечая: «Просто успокойся и сосредоточься на восстановлении».
Чжоу Тун продолжил игнорировать его советы. Он с большими усилиями повернул шею, чтобы посмотреть в направлении зала. Видя стул, он знал, что Сюэ Синчуань вел надзор с этого места, и он затих на очень долгое время.
Затем он спросил: «Императрица приходила?»
Многие звезды в ночном небе были яркими, и звездный свет, изливающийся на пол за залом, был подобен воде, он был мирным и тихим.
Сюэ Синчуань сказал после паузы: «Ты ведь знаешь, что сегодня довольно напряженная ситуация в столице. Императрица должна сосредоточиться на движениях Дворца Ли».
«Вот как?» — Чжоу Тун сузил глаза, как старый пес, и боль из его левого глаза вынудила его нахмурить лоб. Его голос задрожал, когда он сказал: «Тогда… сказала ли Императрица что-нибудь?»
В этот раз Сюэ Синчуань затих на очень долгое время, не отвечая на вопрос.
Чжоу Тун приподнял уголок губы, демонстрируя уродливую и даже немного ужасающую улыбку, глядя на него и говоря: «Вот видишь, я действительно как собака. Даже когда я при смерти, хозяин не особо переживает».
Сюэ Синчуань хранил молчание несколько мгновений, прежде чем сказать: «Когда мы были молоды, я говорил тебе, что ты не должен жить таким образом».
Он явно был тяжело ранен, но Чжоу Тун как-то смог получить энергию, чтобы горько сказать: «Если бы я не был таким, смог бы я тогда быть таким, как ты?»
Сюэ Синчуань вновь замолчал.
«С того момента, как я выбрался из чрева, я не мог превзойти тебя. Когда ты был рожден, ты был не меньше, чем восемь цзиней и восемь таэлей. А я? Я даже не весил пять цзиней. Это ничего, и в любом случае, семья была бедной, так что, несмотря ни на что, я должен был воспитываться именно так, но главная жена клана Сюэ не могла родить сына, так что она хотела тайно забрать одного для воспитания и нашла нашу семью… если бы это был я, я бы тоже выбрал белого толстячка, как ты, а не худую обезьяну, как я».
Чжоу Тун продолжил: «Позже основная жена клана Сюэ смогла родить и решила передать клан своему собственному сыну. Боясь, что ты будешь жаловаться, она тайно рассказала тебе об этом перед смертью. Я признаю, что в то время ты хорошо относился к Отцу и Матери, а ко мне относился даже лучше. Ты брал меня с собой в школу и на учебу, но ты никогда не думал, по какой причине я делал вид, что я — твой служитель, когда был рядом с тобой?»
Сюэ Синчуань ответил: «Перед другими людьми я не мог ничего поделать, но в доме я всегда относился к тебе, как к брату».
Чжоу Тун глумился: «Но это только тогда, когда рядом никого не было. Перед другими я лишь мог смотреть, как ты и Сюэ Хэ демонстрировали друг другу любовь и уважение братьев. Скажи мне, как я должен был себя чувствовать?»
Сюэ Синчуань затих, более не говоря.
«Я был рожден с врожденной слабостью, так что я даже не мог поспеть за тобой в таланте культивации. Если бы я не ступил в Департамент для Очищения Чиновников и не встретил того старого призрака в тюрьме, который обучил меня тайной технике Великой Багровой Мантии, и если бы я не устраивал облавы на так много поместий для хищения техник, как бы я возможно смог культивировать до моего текущего уровня? Как бы я смог догнать тебя?»
Чжоу Тун невыразительно уставился на крышу зала и продолжил: «Но с тайной техникой Великой Багровой Мантии есть проблема, и моя последующая культивация была слишком беспорядочной, так что у меня нет надежды сделать следующий шаг в течение остатка этой жизни, пока ты идешь к тому месту, шаг за шагом. Я просто не понимаю; мы оба — близнецы, почему же в нашей удаче такая большая разница?»
«Спустя много лет, когда я вновь встретил тебя в столице, я не ожидал, что ты уже был в Департаменте для Очищения Чиновников… но даже в тот миг, если бы ты начал меняться, все еще было бы не поздно».
«Не поздно для чего? Если бы я не отдал свою жизнь Императрице, если бы я не убивал для Императрицы, я потерял бы благосклонность Императрицы и был бы убит теми людьми».
«Будь налегке, Императрица распорядится насчет тебя», — утешил его Сюэ Синчуань.
Но в глубинах своего сердца даже он не верил в эти слова.
Как раз в это время снаружи зала послышался звук шагов. Это была не Божественная Императрица, а медицинский работник, доставляющий лекарство.
Пройдя тщательный осмотр, служащий медик осторожно поднес к кровати деревянный разнос с миской лекарственного отвара на нем.
С того момента, как послышались эти шаги, Чжоу Тун смотрел на этого служащего медика, его единственный глаз сиял особенно суровым светом. Сюэ Синчуань знал, о чем он думал, какое разочарование, даже отчаяние он испытывал, но он был бессилен утешить его. Он взял миску лекарственного отвара у служащего медика и второй рукой приподнял Чжоу Туна вверх, собираясь скормить ему отвар.
Чжоу Тун взглянул на черный лекарственный отвар в миске, почувствовал священное ци и аромат лекарств внутри, и взгляд на его лице внезапно стал весьма странным.