Глава 839: Ах, Цюшань…
Глава 839: Ах, Цюшань…
Старый Хозяин Танг спокойно смотрел на Цюшань Цзюня. Он смотрел в течение очень долгого времени, как будто осматривал странный камень, в котором, казалось, не было ничего приятного, как на него не посмотри.
Цюшань Цзюнь улыбнулся и сказал: «Эта просьба очень странная?»
Старый Хозяин Танг ответил: «Она действительно очень странная, потому что за воротами стоит Чэнь Чаншэн, а не Сюй Южун».
Цюшань Цзюнь объяснил: «Ах, я думаю, что у Чэнь Чаншэна очень разумная просьба».
Старый Хозяин Танг спросил: «Почему?»
Цюшань Цзюнь улыбнулся и ответил: «Ах, потому что ваш второй сын отравил своего старшего брата».
Старый Хозяин Танг презрительно сказал: «Что ты знаешь?»
Цюшань Цзюнь ответил: «Я не видел этого, Младшая Сестра не видела этого. Ах, но он — Чэнь Чаншэн. Ах, разве он не ученик Шан Синчжоу? Ах, если я не поверю ему, то кто поверит?»
Глаза Старого Хозяина Танга все еще были прищурены, выражение в них было древним колодцем во внутреннем дворе: глубоким, умиротворенным, и становящимся холоднее и холоднее из-за снега.
Голос из его губ тоже был достаточно холодным, из-за чего волосы вставали на дыбы.
«Даже если это правда, и что? Император Тайцзун убил всех своих братьев, но он все еще принес мир и процветание, становясь мудрым правителем, прославленным во все века».
Старый Хозяин Танг невыразительно сказал: «Даже если мой второй сын отравит меня до смерти, все в порядке, пока имущество семьи остается нетронутым».
После этого ответа улыбка Цюшань Цзюня сошла с его лица, когда он спокойно уставился Старому Хозяину в глаза.
«Ах, но ваш второй сын в сговоре с демонами».
С того момента, как Цюшань Цзюнь вошел в старое поместье и начал разговаривать со Старым Хозяином, его тон был обычным и естественным, а его поведение было, как у милого и послушного юниора.
Многие его слова начинались с ‘Ах’.
Ах, непослушный сын.
Ах, какой стыд.
Ах, довольно мило.
Ах, логично.
У молодых людей и девушек юга были очень приятные акценты, полные ‘Эх’, ‘Ох’ и ‘Ах’.
В это время, хоть он и использовал ‘Ах’, ощущение от его слов было совершенно другим.
Снежные бури севера были слишком большими, так что если кто-то хотел, чтобы приказы были услышаны издалека, он должен был кричать, чтобы солдаты услышали.
‘Бегиааааааа!’
‘Впередааааааааа!’
‘Убейаааааааа!’
‘Быстрее спаси меняаааа!’
Цюшань Цзюнь не говорил эти слова, а выкрикивал их.