Глава 226. Раскопки

С того самого мгновения, как пальцы Юй Цы коснулись холодной поверхности зеркала, его божественная воля пришла в движение. Пройдя сквозь драгоценный артефакт, она вырвалась наружу чередой звёздных искр — их было около десяти. Рассыпавшись во все стороны, они быстро отыскали поблизости подходящих живых существ, ставших для Юй Цы временными носителями его восприятия. Расположив их максимально равномерно в радиусе десяти ли, он фактически разделил джунгли на несколько секторов для наблюдения.

Способность «Зеркальный Образ» была недоступна уже несколько месяцев. Пройдя путь от растерянности до активного поиска новых решений, Юй Цы постепенно нащупал верные методы. То, что он делал сейчас, было его собственным способом справиться с разрозненностью восприятия: он намеренно разбил территорию на контролируемые зоны.

Вторая волна звёздных искр божественной воли вырвалась из зеркала. Ни Хэ Цин, ни Гань Шичжэнь, стоявшие рядом, до сих пор ничего не почувствовали.

Хотя у этого разрозненного восприятия не было четкой иерархии, Юй Цы заранее задал искрaм определенную последовательность, чтобы внести порядок в поступающие данные и облегчить наблюдение.

Нахмурившись, он некоторое время анализировал отклики. В зоне охвата божественной воли не было и следа демонов. Впрочем, Юй Цы этого и ожидал. Он не надеялся вот так просто выследить врага; его действия были скорее предлогом, чтобы открыто продемонстрировать медное зеркало.

Некоторое время назад Хэ Цин, упоминая его Зеркало Божественного Отражения, позволила себе довольно едкую иронию. Тогда Юй Цы, застигнутый врасплох её проницательностью, не нашел что ответить и почувствовал себя уязвленным. Теперь же, выставив зеркало напоказ, он словно признавал свои прежние ошибки и демонстрировал искренность помыслов.

Он намеренно позволил Хэ Цин понять, что в его мыслях больше нет тайн. Почувствовав это, женщина-практик бросила на него короткий взгляд:

— Это и есть то самое сокровище, что позволяет тебе наблюдать за врагом издалека?

Юй Цы кивнул. Впервые показав зеркало постороннему, он, к своему удивлению, не ощутил дискомфорта. Напротив, на душе стало непривычно легко. Зеркало Божественного Отражения, казалось, отозвалось на его чувства, испустив мягкое тусклое сияние.

— Связь человека и артефакта безупречна, словно две части одной печати, — заметила Хэ Цин. — Освящение этого Артефакта Закона следовало принципу «один артефакт, один метод»?

— Да.

— Известно ли тебе его происхождение?

Юй Цы лишь покачал головой.

— Хм, — Хэ Цин задумчиво хмыкнула. — Судя по отделке, вещь очень древняя, но её структура повреждена, какая жалость… Когда освободишься, поищи сведения в архивах на горе. Кто знает, быть может, тебе удастся восстановить его целостность.

Сказав это, она закрыла глаза и замолчала. Очевидно, она сосредоточилась на управлении Небесной Тюрьмой Закона, вновь прочесывая окрестности в поисках демонических следов. Юй Цы же на некоторое время впал в оцепенение. И это всё? Она даже не пожелала рассмотреть его поближе, лишь скользнула взглядом — и на этом вопрос был исчерпан. Всё оказалось гораздо проще, чем он себе воображал.

Юй Цы даже почувствовал легкое разочарование. Неужели в глазах таких людей, как Хэ Цин, это зеркало настолько ничтожно? К чему тогда были все эти его прежние предосторожности, когда он прятал его у самого сердца, боясь обнаружения?

Юй Цы горько усмехнулся над собственной мнительностью, но вместе с тем почувствовал, что его дух стал ещё более открытым и свободным.

В это время один за другим начали прибывать главы четырех сект города Цзюэби. Первыми явились братья Ши Сун и Ху Дань. Подвластные им Врата Тысячи Духов уже полностью перешли на сторону секты Отречения от Пыли, став её верными вассалами. В награду за преданность Хэ Цин оказывала им доверие: Ши Сун и Ху Дань были единственными в городе, кто примерно представлял себе истинные замыслы наставницы.

Следующим прибыл глава Врат Меча Нерождённых Дун Янь. Последнее время он не занимался мирскими делами, целиком посвятив себя затвору. Он спешил освятить Артефакт Закона, полученный на Пире обмена сокровищами, особенно тот Меч-ядро. Сейчас артефакт уже обрел некоторую мощь, и мастерство Дун Яня заметно возросло: когда он появился, окружающие ощутили исходящую от него холодную, острую ауру. Впрочем, он всё ещё не забыл о том обломке клинка, что был у Юй Цы, но тот был слишком занят в последние дни и не планировал никаких сделок, так что Дун Янь остался ни с чем.