Глава 283. Воссоздание

Звёздная искра преодолела сотни ли, обрушиваясь сверху, и вместе с ней пришло властное мысленное намерение «упокоения в земле». Юй Цы не смог ему противостоять; мощный напор вдавил его глубоко в почву. Всё его дыхание и обмен веществ замерли, словно у мертвеца, однако его сознание оставалось кристально чистым, лишённым суеты, страха или тревоги, пребывая во Внутренней пустоте сердца.

Внутренняя пустота сердца уже не напоминала прежний безмятежный пейзаж — она даже перестала быть «пустотой» в привычном смысле слова. Теперь это был сгусток бурлящей первозданной энергии хаоса. Прежние образы — ясная луна, горные леса, маленькое озеро и Рыба-Дракон — растворились в этой мешанине, утратив свои очертания.

Это стало результатом того, как Чёрный Прилив ужаса сжёг его душу и изначальную энергию, обрушившись на Внутреннюю пустоту сердца. И хотя Чёрный Прилив отступил, восстановить всё в одночасье было невозможно, да и сам Юй Цы пока не стремился к этому. Он отчётливо чувствовал: пусть эта энергия хаоса сейчас была ещё более нестройной, чем во время атаки ужаса, в ней таилась кипучая жизненная сила, нечто зреющее внутри.

Постигнув в миг между жизнью и смертью саму суть этих переходов и изгнав великий страх перед концом, Юй Цы вошёл в легендарное состояние божественного прозрения. Те сокровенные истины, что прежде ускользали от него, теперь озарили разум ярким светом, становясь понятными и простыми.

— Использование Энергии Истинной Формы Небесного Дракона для создания ментального образа всё же имело фатальный изъян.

Опора на внешнюю силу никогда не была истинным Путём. Если бы ментальный образ возник из его собственного озарения, сплавившись воедино с его формой и духом, он бы не поддался воздействию Техники Десяти Сторон Абсолютной Тюрьмы, Сотрясающей Духов и Богов. Раньше Энергия Истинной Формы Небесного Дракона была слишком могущественной и обладала множеством чудесных свойств, скрывавших трещины, но столкновение с по-настоящему великим мастером мгновенно обнажило проблему, едва не утянув Юй Цы в бездну вечных мук.

— Теперь я это понимаю, и ещё не поздно.

Духовное озарение Юй Цы сияло всё ярче; он обрёл твёрдую уверенность.

— Прежде я заблуждался. Создать ментальный образ и трудно, и легко одновременно. Говорят, Истинный Путь предельно прост. Нам, культиваторам, нужно лишь стремиться к совершенной чистоте и единству. Чудесного понимания сути жизни и смерти — одной этой крупицы достаточно, чтобы представить итог моих десяти с лишним лет практики. Сочетая это с плотью и духом, я использую это понимание как фундамент, чтобы заново выковать ментальный образ и воссоздать Пустоту!

Эти истины звучали просто, но если бы Юй Цы не провёл несколько месяцев в секте Отречения от Пыли, внимая наставлениям господина Чжу и постепенно постигая сокровенные принципы, он никогда бы не смог осмыслить их столь ясно. В тот миг, когда он был готов начать перестройку Внутренней пустоты сердца, в его голове вспыхнула ещё одна мысль:

— Постойте, говоря о господине Чжу… я же что-то упустил!

Нынешнее состояние божественного прозрения было поистине драгоценным: оно не только позволяло разрешать сомнения, но и дарило тончайшее чутье. Стоило Юй Цы уловить проблеск истины, как она тут же обрастала логикой и фактами. Мгновение — и туманная догадка обрела чёткость.

— Понимание сути жизни и смерти было выковано мной в бесчисленных испытаниях, оно реально. Использовать его как остриё кисти, чтобы объединить и подчинить мириады ритмов боя в теле, — это правильный способ начертать ментальный образ. Однако сама логика начертания была слишком глубокой. Я использовал грубую структуру «Инь-Ян и три периода», а затем привлёк Энергию Истинной Формы Небесного Дракона. Мне повезло, я добился успеха, но основа оказалась шаткой именно из-за моего недопонимания сути и попытки пойти коротким путём. Если бы я усердно изучал каноны Школы Сокровенного Пути и постигал тайные истины три года или пять лет, всё могло быть иначе.

Юй Цы продолжал рассуждать:

— С другой стороны, я поздно встал на Путь, и в понимании сокровенных истин у меня есть врождённая слабость. Старшие наставники направили меня в Отдел Практики, вероятно, разделяя это мнение. Значит, чтобы соответствовать моей основе — союзу формы и духа, — создание ментального образа должно опираться на то, что наиболее реально и неоспоримо. Что же это? Конечно, то, в чём я наиболее стабилен, в чём я мастер, на что могу положиться… Ха, я понял!

Вот оно как!

Стоило этой мысли зародиться, как вспыхнули тысячи искр света. Раздался оглушительный удар грома, и облака хаоса в его душе разошлись, подобно тому как Паньгу сотворил небо и землю. Чистое отделилось от мутного, зародилась духовность, пробудилась жизнь. И пусть это было лишь краткое видение, в нём угадывалось величие сотворения мира. В мгновение ока пустота обрела границы, хотя внутри она была пока серой и безмолвной.