Глава 52. Эпилог. Сад Нарциссы
Маленький домовик лучезарно носился среди цветов в своей безупречно чистой накидке из дамасской ткани с золотыми кисточками, служившей ему одеждой. Он следовал за стройной женщиной, несшей искусно сплетённую плетёную корзину и одетой в мантию, белую, как нарциссы, покачивавшие головками и источавшие вокруг себя цветочный аромат. Каждый раз, когда женщина наклонялась и протягивала тонкую руку к какому-нибудь цветку, домовик щёлкал пальцами, и шипы исчезали, а стебли легко отделялись. Тогда женщина брала цветок и осторожно укладывала его рядом с остальными в корзину. Лилии, нарциссы и розы — все белые. Всегда белые.
За её спиной гордо возвышался величественный и роскошный Малфой-мэнор, словно замок дамы и её верного слуги. Солнечный свет отражался в высоких окнах, покрывавших фасад, а за стеклом за женщиной наблюдала тёмная тень, почти незаметная на фоне яркого света. Жёсткие черты лица смягчались линиями тоски, а серые глаза были наполнены тёплой печалью.
Он молча следил за ней, словно безмолвный часовой, ожидая.
В саду Нарцисса спрятала кончик тонкого носа в белой розе и вдохнула её аромат, закрыв глаза. Затем, перекинув корзину с цветами через руку, она подошла к одной из изящных каменных скамеек, украшавших сад, и элегантно опустилась на неё. Белую розу она положила в стороне, на камень, отдельно от остальных своих цветов.
Позже Люциус придёт за этой розой, потому что знает: Нарцисса оставит её там, как делает каждый вечер. Он знает это, потому что всякий раз, когда она выходит в сад собирать цветы, наблюдает за ней из одного из окон. Тогда, словно по заранее оговорённому знаку, Люциус спускается забрать розу и на мгновение касается её рук. Но не сейчас. Пока ещё нет.
Его печальный взгляд переместился на двух людей, появившихся на посыпанной гравием дорожке, ведущей в сад нарциссов. Он был выше её, и его ладонь полностью скрывала руку девушки, с тревогой сжимая её. Люциус знал, что, дойдя до сада, девушка остановится и улыбнётся юноше, придавая ему смелости. Он немного помедлит, а затем они вместе подойдут к Нарциссе.
На этом месте Люциус обычно отходил от окна и удалялся, погружённый в свои мысли. Если бы он остался, то увидел бы, как Гермиона садится на каменную скамью рядом с его женой и молча ждёт. Драко останавливается рядом с Гермионой и смотрит на мать, в его взгляде смешиваются затаённая надежда и безмолвное отчаяние. Но Нарцисса никогда не смотрит на него.
Она остаётся погружённой в себя, разглядывая плетёную корзину, наполненную цветами. Время от времени отрывает лепестки от розы и держит их на ладони, пока ветер не уносит их прочь. Тогда Кикимер, смеясь по-детски, бросается следом и пытается поймать их своими маленькими ручками, чтобы сложить в стеклянную баночку — ведь они пахнут, как его госпожа.