Глава 185

Со Джи Хёк, видимо, был в ярости, потому что его голос опустился на тон ниже.

— Если объект, которого мы по контракту обязаны защищать, оказывается террористом или имеет прямую или косвенную связь с террористической группировкой, то нам плевать, жив он или нет. Руководитель группы, как там в этом внутреннем законе о терроризме?

— Закон о предотвращении терроризма. Даже если они вернутся в Корею, те, кто поддерживал террористические организации, получат до 10 лет тюрьмы или штраф до 1 миллиарда вон.

Услышав это, Со Джи Хёк горько усмехнулся.

— Этот парень, кажется, реально думает, что я и руководитель уже мертвы. А ещё Э Ён.

Он глубоко вдохнул, его грудь заметно поднялась и опустилась. Ким Га Ён, прижавшись к электрическому одеялу, слегка дрожа, спросила:

— Такое тоже в контракте прописано?

Со Джи Хёк нахмурился и проворчал:

— Конечно. Такие вещи очень тщательно продумываются. Если объект защиты совершает тяжкое преступление — всё, он больше не наш клиент. Почему? Потому что такие ублюдки после всего стараются втянуть нас в преступление как соучастников. И в таких ситуациях нам ещё и приходится объясняться с заказчиком: «А что вы делали, пока этот человек совершал преступление?» Они пытаются свалить ответственность на нас.

Он насмешливо посмотрел в потолок, где транслировалась передача.

— Как вообще можно остановить такую безумную хрень? И вообще, мы заключили контракт не с какими-то левыми типами, не с наркокартелями, которым платят наличкой за услуги. Мы работаем по контракту с государственным ведомством Южной Кореи.

Ну да, логично. Шин Хэ Рян не показывал никаких эмоций, но Со Джи Хёк явно был вне себя от ярости. Даже когда ему прострелили колено, он не вёл себя так. Или вёл? Может, тогда было хуже? Я помню только бесконечную череду проклятий.

— Чон Сан Хён. Этот ублюдок. Его надо было упечь в тюрьму ещё раньше!

— Бесполезно думать о том, что уже случилось. Не стой тут с мрачным лицом, а иди и следи за обстановкой.

Со Джи Хёк свирепо посмотрел на Шин Хэ Рян, но молча вышел из стоматологического кабинета. Я ожидал, что он громко хлопнет дверью, но он закрыл её бесшумно.

Шин Хэ Рян спокойно посмотрел на лежащую в кресле Пэк Э Ён, затем обратился к нам:

— У нас есть два варианта действий.

— Первый! Остаёмся здесь!

Ким Га Ён встревоженно воскликнула, но Шин Хэ Рян невозмутимо спросил:

— Почему? В любом случае нам придётся двигаться. Через три минуты мы покинем это место, так что готовьтесь.

Ким Га Ён недовольно посмотрела на него, прижимаясь к электрическому одеялу, будто это её вторая кожа. Если бы кто-то попробовал отнять его, она, кажется, вцепилась бы зубами. Шин Хэ Рян, понимая это, быстро объяснил:

— Они скоро придут проверять стоматологическую клинику.

Ким Га Ён несколько секунд выглядела так, будто всерьёз раздумывала: жить или умереть. Вероятно, она думала, что вместо того, чтобы пытаться убегать на промёрзших ногах от вооружённых фанатиков, проще остаться здесь, греться и просто умереть, если найдут. Но в итоге она с тоской отключила одеяло и одним глотком допила воду из стакана.

— Так что за два варианта?

Туманако подошла и села на стул, где до этого сидел Шин Хэ Рян.

— Сейчас только у меня и Джи Хёка есть оружие. Нам нужно защитить шесть человек, включая двух раненых, и выбраться из подводной базы на глубине 3000 метров.

Так, значит, раненые — это Пэк Э Ён и Ким Га Ён. Если Ким Га Ён сейчас в таком состоянии, то и Шин Хэ Рян, скорее всего, тоже не в лучшей форме.

— Это практически невозможно.

Да, если бы я был на месте Шин Хэ Рян, я бы уже сдался. В голове вертелось только одно: «Каждый сам за себя».