Ее пробуждение
Мир вокруг беспощадно и бесконтрольно вращался. Постоянное волнение. Нескончаемое. И тьма, чистая темнота, которая не пропускала звуки. И когда Астрид, наконец, проснулась с громким ахом, она почувствовала, свои слегка обмякшие конечности, легкое покалывание в теле и странно давление в груди.
А ее голова… Хель, как же сильно она болела и, видимо, не собиралась останавливаться.
Ей было так плохо, будто ее протащили по полю боя и оставили лежать здесь, но не для того, чтобы умереть, а чтобы она так и лежала тут в ужасной бессознательности, что казалось ей кошмаром. Она воскресла, и все прошлые грехи вернулись. Болезненные и суровые, как и окружающая ее реальность, которая начала обретать смысл.
Первое, что заметила юная валькирия, ее отсутствующая обувь, что было довольно странно, как и иной момент ее пленения, который она вскоре также обнаружит. Но мягкий воздух вокруг ее пальцев ног и такое же мягкое одеяло вокруг них слишком раздражали, так все это она сразу заметила. Одеяло было следующей тревожной вещью, ведь когда ее взгляд упал на красочную ткань, то она сразу же узнала свой подарок, который сшила для нее мама и подарила ей на десятилетие. Это собрало воедино все ее последние воспоминания, поэтому она сбросила с себя тяжелую ткань и села на кровати, чтобы осмотреться.
…она находилась… в своей старой спальне, вот справа книжный шкаф, а вот слева тумбочка. Стойка для оружия на стене напротив, хотя и пустая. Даже двух щитов, которые обычно висели по бокам, не было.
Что произошло, и почему она оказалась в этой комнате?! Последнее воспоминание было о том, как мама напала на нее прямо перед входом в спальню ее родителей. Как Льйода влила ей что-то, что парализовало и ослабило ее. Погрузила ее на какое-то время в беспамятство.
С дрожащим дыханием она посмотрела в окно справа и с удивлением обнаружила, что солнце уже заходило, окрашивая ее комнату и мир снаружи в оранжевый и красный цвета.
Уже поздно! И вспоминая ее последний разговор с Иккингом до того, как она ушла к родителям, она вспомнила, что ей нужно было встретиться с ним и друзьями на поляне с их драконами!
Хотя, может… они все еще там!
Она вскочила с кровати и поняла, что вокруг нет никого, кто мог бы остановить ее, и, к ее удивлению, окно было широко распахнуто, а значит сбежать отсюда было невероятно легко.
Вот только какая-то сила откинула ее назад, и девушка упала на пол. Ее свобода оказалась вне досягаемости, а боль от правого запястья расползлась вверх по руке к плечу и усилила болезненную пульсацию в голове.
И когда она взглянула на свою руку, то поняла что именно ее удерживало на месте.
Тяжелые железные кандалы обвили ее правую руку, впиваясь в кожу и плоть. Замок удерживал их, а железная цепь была прибита к стене над изголовьем кровати. Она была достаточно длинной, чтобы дать возможность обойти полностью кровать и добраться до шкафа, но при этом достаточно короткой, чтобы дойти до окна или двери.
Значит… кто-то хотел, чтобы она сидела здесь, не трудно предположить кто, после всего-то произошедшего.
— Ооох… ты уже проснулась… — услышав знакомый голос, она сразу же встала и встретилась лицом с вошедшей в комнату матерью. Она любяще улыбалась, держа в руках поднос с какой-то едой и питьем. — Ты спала некоторое время. Ты, должно быть, устала…
— Устала…?! Ты меня отравила! — прошипела Астрид, внимательно наблюдая за своей матерью, которая поставила поднос на тумбочку у кровати. — И, видимо, ты подготовила еще яда! Зачем ты держишь меня здесь, если хочешь избавиться?
Улыбка на лице Льйоды спала, она неверяще посмотрела на девушку, быстро покачала головой и обошла кровать, чтобы дотянуться до своей дочери. Но Астрид, ну насколько ей позволяли держащие ее цепи, отступила.
— Не смей трогать меня! — рявкнула она, и ее мать остановилась всего в метре от нее.
— Только посмотри на себя, дитя мое… что он сделал с тобой? Исказил твой разум… ты уже готова драться со своей собственной матерью… именно с тем человеком, которая принесла тебя в этот мир…
— О чем ты говоришь?!
— Этот другой вождь. Этот Иккинг. Что он сделал с тобой, моя бедная девочка? Ты больше на себя не похожа… Ты бы никогда так со мной не говорила. Никогда бы не отдалилась от меня. Просто… дай мне обнять тебя… теперь ты в безопасности! Никто больше не навредит тебе. Я покончу с этим и подарю тебе счастливый конец, которого ты заслуживаешь… — чуть ли не мурчала Льйода, с каждым словом приближаясь все ближе и ближе, пока не коснулась руками щек Астрид, нежно их поглаживая. Этот жест вызвал отвращение и злость у юной девушки, но она просто не могла отстраниться.
— Ты выжила из ума… — прошептала Астрид, затаив дыхание. Она приложила еще сил, дабы выпутаться из своих пут, но едва ли они позволили ей сдвинуться с места. — Ты совершенно выжила из ума…
— Астрид… Астрид… Астрид… — сказала ее мать, слегка хихикая. — Я не просто так дала тебе это имя, ведь так звали мою бабушку. Единственного человека, который дарил мне свет в темные времена испытаний моего взросления. Ведь… когда я держала тебя в руках… видела, что родила девочку, я хотела, чтобы весь мир преклонялся перед твоей божественной красотой. Я хотела, чтобы мир боялся твоей силы и ярости. Я хотела, чтобы мир был твоим… Потому что я знаю, что быть женщиной в этом мире нелегко. Тогда у меня были большие надежды на тебя. И даже сейчас столько сильных мужчин ждут, когда ты выберешь, кто из них будет твоим мужем.
— Иккинг мой муж, — прошипела Астрид, пройдя мимо Льйоды к другой стороне кровати, надеясь, что женщине потребуется немного времени, чтобы снова оказаться рядом.
— Иккинг всего лишь небольшой камень преткновения на пути твоего будущего. Мы скоро от него избавимся, не волнуйся…
Не волнуйся… Такое простое словосочетание, но видя, как ее мать уже была готова исполнить свой адский план, его было недостаточно. Все же, она уже один раз промыла ей мозги, отравила всего несколько часов назад и схватила…
— Что ты задумала?! Ты же заперла меня не для того, чтобы я не добралась до своих друзей, да? Тут что-то большее!
— Много… Намного большее! И раз Хакон больше не встанет на пути, мы, наконец, возьмем контроль острова в свои руки!
— Кон… троль?
Сердце Астрид яростно колотилось, а держаться на ногах стало тяжело.
— Да. Контроль! Хакон слег, а значит я, наконец, стала лидером, которого это бедное племя заслуживает! И моим первым указом будет разорвать связь с этим нелепым островом Олух, а затем завоевать его, прямо как он всегда желал!
Льйода развернулась и направилась к окну. Она закрыла его, но руки так и остались лежать на ставнях. Заметив ее тяжелое дыхание, Астрид на секунду подумала, что та плачет.
Но затем она вновь повернулась, а лице развернулась широченная улыбка, которую девушка могла видеть в последние месяцы.
— Ох… он бы с удовольствием узрел эту победу! Увидел, как этот калека-вождь умрет! Он бы с радостью держал его голову в своих руках и дал людям выбор либо умереть, либо встать на его сторону. Но раз его больше нет, значит честь избавить Мидгард от этого никчемного недовождя и его небольшой драконьей проблемы выпала мне…
У Астрид на языке вертелось столько слов, которые она так отчаянно хотела высказать. Столько вопросов. Но сейчас, она задала лишь самый интересующий: