Глава 168

Глава 168
— Ты не можешь сравнивать мое несчастье с теми людьми… За кого ты меня принимаешь? Знаешь ли ты, сколько фанатов выходили днями и ночами на улицу, только чтобы увидеть меня? Как сильно они меня любили?… — жаловался Ли Ён.

У Ли Ёна было много собственных фанатов, хотя и не так много, как у Мин Си Ху и Ли Мин Су. Его популярность была примерно на среднем уровне среди членов Blue Fit.

Но теперь, когда за год так много изменилось, ему было трудно смириться с переменами.

— То, что раньше ты был счастливее других, не делает тебя более несчастным, чем они сейчас, — прямо сказал У Джин.

Вес счастья различается от человека к человеку, и то же самое можно сказать о весе несчастья. Однако это не означает, что эти веса прямо пропорциональны друг другу.

Более того, их нельзя сравнивать. Несчастья других людей могут казаться похожими, но человек всегда чувствует, что его собственное несчастье немного тяжелее, чем у других.

— Я знаю и знал людей, которым было гораздо хуже, чем тебе. Но это не имеет никакого значения для тебя. Твое собственное несчастье не теряет своей значимости от того, что я рассказываю об их несчастье.

Говорить депрессивному человеку, что есть много других людей, более несчастных, чем он, — это самый бессмысленный и ужасный способ утешить его.

— Если тебе нужно мое сочувствие, то ты пришел не по адресу. Как несчастья других не могут утешить тебя, так и мое сочувствие не может сделать тебя счастливым, — заявил У Джин.

Он хотел сказать Ли Ёну, чтобы он нашел кого-то, кто действительно заботится о нем, и попросил утешить его, но сейчас это казалось бессмысленным.

Если бы у Ли Ёна был такой человек в жизни, он бы не появился сегодня перед У Джином в таком виде.

Айдолу, которого когда-то любили бесчисленные люди, негде было искать утешения. Поэтому он пришел, чтобы найти объект своего гнева. Он пришел с ножом во внутреннем кармане, чтобы убить У Джина. Но Ли Ёну не хватило смелости выполнить свой первоначальный план и он просто упал на землю.

И У Джин не был настолько добр, чтобы оказать такому человеку хоть какое-то сочувствие.

Все, что он мог сделать в этой ситуации, кроме как вздохнуть, это пойти домой и ждать следующего дня. Даже если это был последний раз, когда он видел Ли Ёна, У Джин не должен был чувствовать себя ответственным или виноватым за это.

Но что мешало У Джину уйти с места происшествия, так это печаль, которую он не мог не испытывать. Ли Ён когда-то был для него сонбэ[1], которого он уважал и за которым следовал. Они мечтали об одном и том же, когда-то были коллегами и искренне радовались успехам друг друга.

У Джин опустился на одно колено и заглянул в глаза Ли Ёна.

Все признаки разума и здравомыслия исчезли из этих пьяных, затуманенных глаз, оставив лишь инстинкты и ненависть. Невозможно было найти рациональное объяснение, чтобы убедить или успокоить Ли Ёна.

Ли Ён отказался от жизни, но у него не хватало смелости сделать последний шаг. У него было лишь желание умереть; он был лишь пустой оболочкой.

— Если хочешь умереть, то умри. Если жить тяжело и каждое утро просыпаться с болью, то как можно спокойно спать по ночам? Но…

В прошлых жизнях У Джин несколько раз кончал жизнь самоубийством. И даже принц Мён Хван — прошлая жизнь У Джина, показанная в фильме, — добровольно шел к своей смерти, что тоже можно считать самоубийством.

Возможно, в прошлых жизнях ему не хватало человечности, ведь он никогда не колебался, когда принимал решение умереть. Вот насколько тяжела и невыносима была для него жизнь.

Таким образом, У Джин мог в какой-то степени понять желание Ли Ёна умереть.

Конечно, нынешний У Джин сожалел о своих глупых поступках, которые привели к смерти, но было кое-что, чему он был рад.

— Надеюсь, что ты не пожалеешь об этом, когда испустишь свой последний вздох и покинешь этот мир в одиночестве, хён…

За все жизни, в которых У Джин отказывался от жизни, он ни разу не пожалел о своем решении в последнюю секунду. По крайней мере, у него была надежда, что смерть будет лучше жизни.

Но что если кто-то пожалеет о своем решении в последнюю секунду, перед самым завершением жизни?

Хотя с У Джином такого никогда не случалось, он испытывал ужас, просто представляя себе это.

У Джин подумал, насколько страшной и мучительной будет смерть в конце, если он пожалеет о своем решении в последнюю секунду, когда уже не будет возможности повернуть назад.

— Я…

Ли Ёну было трудно вникнуть в слова У Джина, так как он не был уравновешен. Однако его веки дрогнули при слове «одиночество».

Ли Ён считал, что смерть — это единственный выход, поскольку у него нет будущего, но он также боялся умереть в одиночестве. Именно поэтому он пришел сюда, чтобы умереть вместе с объектом своего гнева — Чхэ У Джином.

Однако у Ли Ёна не было ни сил, ни способностей, ни даже смелости, чтобы убить У Джина.