Глава 198

Глава 198
— Куда собираешься? Ты не будешь смотреть церемонию награждения? — поинтересовалась домработница у У Хи, когда та надела туфли и уже собиралась выйти из дома

— У меня встреча с подругой.

— Очень жаль. Тебе по возможности стоило уйти после награждения брата.

У Хи неловко улыбнулась, избегая встречаться глазами с женщиной. Похоже, она не сомневалась, что «Красный враг» получит награду.

— Ну… пока нет подтверждения, получит ли он награду или нет.

— Что?! Все говорят, что «Красный враг» получит награду, разве нет?

Их работница была не единственной, кто предполагал, что «Красный враг» получит награду — многие люди вели себя так, словно это было само собой разумеющимся, что фильм получит награду. У Хи находила их отношение к церемонии награждения забавным, но в то же время тревожным.

Церемония вручения премии «Оскар» всегда привлекала внимание общественности, и в этом году это было особенно актуально. В отличие от предыдущих церемоний, в этот раз даже те, кто обычно не интересуется этим событием, смотрели его в прямом эфире. Возможно, это было связано с тем, что номинирован был корейский фильм.

Сама по себе номинация вызвала интерес публики, который в свою очередь перерос в предвкушение. И постепенно предвкушение переросло в убежденность. В настоящее время публика смотрела на церемонию награждения с гордостью — точно так же, как она чувствовала себя, когда корейская сборная выигрывала международные соревнования.

Это было результатом сочетания различных факторов: гордости за фильм «Красный враг», который пользовался небывалым успехом в Корее, а также веры в актера Чхэ У Джина. Все это было наложено на уже существовавшее ожидание публики. Кроме того, благодаря тому, что СМИ слепо пели дифирамбы фильму, люди восприняли как данность, что «Красный враг» получит награду. У Хи понимал их чувства, но никто не мог точно предсказать исход церемонии награждения.

— Аджумма[1], пожалуйста, не надейтесь. Будет здорово, если «Красный враг» получит награду, но я слышала, что другие фильмы, номинированные в этом году, не менее выдающиеся, так что конкуренция очень жесткая.

— Тем не менее, я слышала, что он стал хитом в Америке.

— Премия не вручается фильмам только потому, что они стали кассовым хитом.

Один из номинированных фильмов был срежиссирован двукратным обладателем премии «Оскар». Это было доказательством того, что его стиль соответствует тому, что ищет киноакадемия, поэтому никто не мог точно сказать, кто в итоге станет победителем.

— Да и я не могу его посмотреть, потому что буду постоянно нервничать, пока не объявят победителя в их категории.

Как бы то ни было, У Хи тоже ждала с предвкушением, поэтому она не могла следить за церемониями награждения так же спокойно, как раньше. Хотя ее брат не был номинирован на отдельную награду, если фильм с У Джином в главной роли получит награду на известном кинофестивале, не только для него это станет знаменательным событием.

Хотя он получил несколько наград на отечественном и международном уровне, он впервые получает награду на всемирно известном кинофестивале, поэтому это волновало даже тех, кто наблюдал за ним. Других причин для того, чтобы У Хи намеренно договаривалась с подругой о встрече в это время дня, не было. Возможно, домработница поняла чувства У Хи, так как мягко улыбнулась ей и сказала, чтобы она хорошо провела время со своей подругой.

Хонк-хонк!

У Хи отошла на небольшое расстояние от своего дома, когда услышала звук клаксона из припаркованной на обочине дороги машины, заставивший ее на мгновение остановиться. Однако белый седан класса люкс и его номерной знак показались ей незнакомыми. Как только она отвернулась и начала идти, водитель автомобиля срочно посигналил ей.

Услышав необычно громкий звук на тихой жилой улице, У Хи в конце концов замерла. Машина, мимо которой она только что прошла, проехала вперед и остановилась рядом с ней. У Хи насторожилась, увидев незнакомую машину, и сделала несколько шагов назад. Когда она это сделала, заднее стекло опустилось.

— Ты ведь знаешь, кто я? — спросила девушка, выглядывая из машины. На ней были солнцезащитные очки, такие огромные, что закрывали треть лица.

По какой-то причине она выглядела знакомой, но У Хи не могла понять, кто именно эта девушка, поэтому она стала еще более осторожной.

— Кто ты?

— Ты не знаешь, кто я?

Было ясно, что У Хи спросила, кто эта девушка, потому что не узнала ее, но девушка сняла солнцезащитные очки и уставилась на У Хи, как будто ошарашенная этим вопросом.

Увидев маленькое и симпатичное лицо девушки, У Хи наконец-то узнала ее.

— А, Чхэ У Ра? — У Хи видела Чхэ У Ра только по телевизору, поэтому вживую она выглядела несколько непривычно. Однако без солнцезащитных очков ее можно было узнать.

У Хи равнодушно кивнула, отчего Чхэ У Ра нахмурилась и насупилась. Их встреча была совсем не такой, как она себе представляла; она была настолько скучной, что Чхэ У Ра почувствовала разочарование.

— Не слишком ли мало эмоций?

— А какую реакцию ты ожидала от меня?

— Я ожидала, что ты будешь выглядеть шокированной или схватишь меня за волосы. Что-то в этом роде.

— Ты слишком много смотришь макджанга.

— Люди всегда говорят о макджанг, когда им нечего сказать.

Выслушав холодный ответ Чхэ У Ра, У Хи просто согласилась и кивнула. Если задуматься, инциденты, более дикие, чем в макджанг-сериалах, довольно часто происходят в реальной жизни. Сейчас этот момент между двумя девушками действительно мог бы создать волнующую сцену в сериале. Если человек начинает говорить о драматических сценах, находясь в ужасной ситуации, это не что иное, как несуразный способ избежать ситуации.

— Кстати, ты хочешь сказать, что пришла сюда, чтобы тянуть друг друга за волосы?

— Не говори со мной в таком тоне. Ты такая грубая.

У Хи потеряла дар речи, увидев, как Чхэ У Ра прикрыла рот рукой. Она покачала головой и задумалась, кто же первым заговорил с другим человеком. Более того, У Хи не понравилось, что она стояла снаружи машины и разговаривала, в то время как другая сторона сидела внутри. Казалось, будто они попали в исторический фильм, где Чхэ У Ра — дама в паланкине, а она сама — слуга, следующий рядом с ней.

— Конечно. У «грубой» меня есть дела, так что я пойду. Теперь иди давай своей дорогой.

— Подожди! Давай поговорим.