Глава 494 — Туннель из плоти

С каждым метром спуска зловоние усиливалось в геометрической прогрессии. Вскоре оно достигло такой концентрации, что стало почти физически невыносимым. Большинство из тех немногих, кто владел техникой Одновременного Существования, уже давно бы потеряли сознание или обратились в паническое бегство. Даже закаленные ветераны подземелий не смогли бы долго выдерживать эту вонь — смесь разложения, экскрементов и какой-то совершенно чуждой, инсектоидной гнили.

Человек же демонстрировал поразительное самообладание. Единственной его реакцией на усиливающееся зловоние была едва заметная морщинка у переносицы — не более того. За долгие годы странствий он научился контролировать свое тело до мельчайших деталей, отключая ненужные чувства подобно тому, как гасят лишние лампы в доме.

Песок и песчаник, из которых были сложены стены туннеля, начали меняться буквально на глазах. Сначала появился легкий бурый оттенок — цвет запекшейся крови на раскаленном песке. С каждым шагом вглубь бурый становился насыщеннее, темнее, пока стены не приобрели больной, влажный багровый цвет. Это уже была не просто окраска — кровь сочилась из трещин в камне, словно стены потели кровавым потом. С потолка срывались тяжелые, маслянистые капли, падая с глухим чавканьем в липкие лужи на полу.

Его шаги замерли.

Впереди туннель резко сужался, превращаясь в узкий проход едва выше человеческого роста и лишь вдвое шире плеч взрослого мужчины. Но дело было не только в размерах.

Стены, потолок и пол претерпели кошмарную метаморфозу. То, что еще несколько шагов назад было обычным песчаником, теперь выглядело как… плоть. Живая, пульсирующая плоть неизвестного происхождения. Из стен туннеля, подобно кривым зубам в пасти какого-то доисторического чудовища, торчали пожелтевшие от времени кости. Некоторые были обглоданы почти до основания, другие сохранили узнаваемые очертания — ребра, позвонки, длинные кости конечностей.

— Это не Багрянец… — пробормотал он вслух, и в его голосе впервые проскользнула нотка искреннего удивления.

Багрянец — та самая чужеродная зараза, что он встречал в других мирах — был порождением космического зла, инопланетной порчей, искажающей саму реальность. Но это… это было другим. В этом чувствовалась рука разумного существа, извращенный замысел того, кто сознательно создал этот кошмар. Это было до тошноты, до дрожи в костях… рукотворным.

Его взгляд медленно скользил по стенам из плоти, изучая каждую деталь этого органического кошмара. Наконец, он протянул руку и осторожно приложил ладонь к ближайшей стене. Прикосновение подтвердило визуальные наблюдения — плоть была склизкой, мягкой, поддающейся давлению. Именно такой и должна быть гниющая мертвечина. Но в отличие от обычного трупного мяса, эта плоть излучала тепло — нездоровое, лихорадочное тепло умирающего от заражения крови организма.