Глава 508 – Видит душу

— Планета призвала меня сюда, Алалия? — спросил я после секундного колебания и открыл глаза. Дриада, казалось, не удивилась моему вопросу и отрицательно покачала головой.

— Нет, это невозможно. Террария… не слаба, но истощена, восстанавливается. Она практически в полудрёме. Если бы мир призвал что-то или кого-то, я бы знала, — объяснила она мягким тоном, прежде чем добавить: — Ты ведь пришёл сюда не по своей воле… верно?

В третий раз за этот разговор ответ начался с того же слова:

— Нет. Я проснулся в лесу возле королевства, на поляне. В один момент я спокойно дремал после обеда, в следующий — под телом оказалась трава, а потолок превратился в небо, — я на мгновение потерялся в воспоминаниях, в коротком сне наяву, прежде чем моргнуть и вернуться к реальности. — Нет… я не приходил в Террарию по своей воле.

И до сих пор я не знал, как к этому относиться.

Она молча кивнула. Её яркие зелёные волосы потемнели до коричневого оттенка, слегка завились, а улыбка стала горькой, превратившись в едва заметный изгиб уголка губ. Кроме этого, никаких других изменений не произошло, по неизвестным мне причинам.

— Теперь я чувствую себя жестокой, — она посмотрела на деревянный стол.

— Почему?

— Я не думаю, что должна говорить.

— Тогда не говори, — я не стал настаивать, и Алалия, казалось, почувствовала облегчение.

«Я мог догадаться, почему она, по её словам, «чувствовала себя жестокой». Она чего-то хотела от меня, достаточно сильно, чтобы назвать меня «героем» в том письме, которое прислала вместе с фруктами.»

«Я не приходил в Террарию по своей воле, но она всё равно была рада моему присутствию здесь. В каком-то смысле это действительно было жестоко. Не то чтобы я так думал или вообще заботился об этом, но я предпочёл промолчать.»

— Когда я была моложе, я всегда любила ночь, — снова заговорила она через несколько секунд, глядя на тёмный горизонт, скрытый и ночью, и бурей. — Я и сейчас люблю: безмятежность, покой, тишину, уединение и всю красоту, которую она приносит… но меньше, чем раньше.

Она не обернулась, когда спросила: — Хочешь угадать почему?

Я проследил за её взглядом. Лес, окружающий королевство, вдали от бури, был прекрасен. Даже в ночной темноте вся картина имела магическую ауру. Я даже мог видеть маленькие огоньки: некоторые от костров, другие от светлячков, а может быть, даже от светящихся в темноте растений.

«Я не любил темноту, никогда не любил, но мог по-своему ценить ночной покой, даже если не принимал его полностью. Тишина под лунным светом оставляла место для всевозможных существ, ползающих во тьме — не только физических… Но не теперь. Никогда больше…»

— Из-за луны, — я указал вверх, не глядя. Алалия фыркнула, где-то между весельем и удивлением.