глава 3-62

Банкет звезд (часть 1)」

Ночь перед войной. Где-то в Сноуфилде.

На окраинах города Сноуфилда был небольшой промышленный район, где тянулись ряды заводов. В глубинах этого района, практически отгороженный от внешнего мира стенами огромных фабрик вокруг него, располагался скромный мясоперерабатывающий завод. Он работал лишь по сезону, когда нужно, возможно, в силу того, что местная животноводческая промышленность не очень-то процветала, и лишь немногие жители города знали о его существовании.

Однако в подвальных помещениях завода скрывалась его иная личина, не отображенная в бизнес-реестре. Это была мастерская мага, возведенная в подземном пространстве и окруженная многослойным барьером.

Даже окружающие фабрики, которые, на первый взгляд, не имели друг к другу никакого отношения, были, если достаточно внимательно проследить права на владение, связаны с одной организацией: семьей Складио.

Это была мафия, возглавляемая Гальвароссо Складио, который обрел известность среди подпольных организаций, благодаря своему коварству. Хоть ее и называли мафией, ее структура отличалась от истинной организацией, зародившейся в Сицилии. Род Гальвароссо Складио был отдаленно связан с сицилийской мафией, но он расширил свою организацию, объединяясь с другими группировками или же поглощая их, и создал безликую шайку бандитов, не связанных национальностью, родословной или идеологией.

Необычное имя Гальвароссо было псевдонимом. Согласно одной из теорий, он получил его, объединив «Барбаросса», прозвище императора Священной Римской империи Фридриха I, со своим настоящим именем.

Он глубоко пустил свои корни в американское криминальное подполье.

Те, кто изучает историю криминального мира, ФБР и даже комментаторы на телевидение предприняли попытку рационально объяснить, как человеку, хвалившемуся тем, что он воссоздаст в Америке Священную Римскую империю, удалось обрести достаточно политического и экономического влияния, чтобы по праву называться императором, но настоящую причину знали немногие.

Он покровительствовал огромному количеству магов как в стране, так и за ее пределами. Маги, проигравшие в разборках с другими семьями; маги, которые обанкротились, потратив все свое состояние на погоню за новыми высотами магии; маги, которых заклеймили еретиками и выдворили из родных земель; маги, которых с шумом изгнали из публичного общества как преступников и которых в магическом обществе считали досадной помехой и ненужным бременем; даже маги, которые добровольно постучались в его двери — он стал покровителем для всех магов, оказавшихся на обочине по тем или иным обстоятельствам, и поддерживал их деятельность не только прямыми денежными пожертвованиями, но и тем, что снабдил их землей, с которой выгнал владевших ею магов, используя свое влияние.

Немного политического давления или насилия было сущей мелочью для могущественного мага. Однако, когда дело касалось головорезов, знакомых с внушением и гипнозом, а также снайперской стрельбой и судебной системой, количество тех, кто способен полностью защитить себя, было, естественно, ограничено. Даже знаменитый преподаватель Часовой башни или широко известный в своей области маг не в силах защититься от внезапной пули без специализированного Тайного знака, если только у них не достаточно мастерства, чтобы совладать с ситуацией с помощью одной лишь своей Магической метки. В противном случае, даже маг мог довольно быстро умереть в случайной стычке с бесчинствующими хулиганами или стать жертвой уличного нападения. Обычно Часовая башня и церковь расценили бы подобное как проблему и тотчас же вмешались. Однако к тому времени, как вопрос семьи Складио начали обсуждать, они уже обрели определенное влияние в магическом обществе.

Но неужели сборище магов начнет работать вместе, чтобы встать на защиту преступной организации? Многие сомневались в этом, но маги под защитой семьи Складио свободно использовали свою силу, дабы защитить своего покровителя.

Пожалуй, главная причина заключалась в том, что Гальвароссо не питал интереса к плодам их магических исследований. Он не только не забирал их себе, но и даже не совал нос в природу их исследований, если маги не желали их раскрывать. Они просто озвучивали ему свои нужды, и семья Складио без всяких колебаний снабжала их всем необходимым.

Многие из магов, привыкших к таким односторонним отношениям, чувствовали, что их путь к Истоку — их конечной цели — будет закрыт, если они этих отношений лишатся. Лишь немногим из магов казалось, что они действительно обязаны семье Складио; большая их часть добровольно вступила в организацию, рационально учитывая собственные интересы.

В результате, семья Складио показывала беспрецедентный и быстрый рост в подпольном мире. Были и другие организации, знавшие о существовании магов и решившие этим воспользоваться. Многие, однако, пытались контролировать магов силой и в итоге сами стали марионетками или даже были уничтожены с помощью элементарного внушения и прочих подобных вещей.

В конце концов, семья Складио проникла в правительство и обрела достаточно власти, чтобы стать частью плана Сноуфилда. Достаточно власти, чтобы назначить одного из своих магов на роль Мастера в фальшивой Войне за Святой Грааль.

И этим вечером двери мясоперерабатывающего завода открылись, и несколько человек ступили в его холодные помещения. Группа мужчин с такими же суровыми лицами, которая уже была здесь, кивком поприветствовала вновь прибывших.

— Рады, что вы добрались.

— Что насчет мистера Корделиона?

— Он уже покинул исправительный центр, но еще не объявился, — ответил мужчина — судя по всему, мелкая сошка. В его брови застряли капельки холодного пота.

Вновь прибывшие нахмурились.

— Разве вы не отправились туда, чтобы его встретить?

— Фалдеус сказал, что будет нежелательно, если кто-нибудь из семьи Складио заявится в исправительный центр… Мы знаем лишь, что его отпустили после доклада…

— Тц… Да кем эта правительственная шавка себя возомнила?

— Прошу прощения. Молодняк сейчас как раз ищет мистера Корделиона—

Его прервал резкий грохот.

— ?!

Мужчины, как один, посмотрели в сторону источника шума — на крышу завода.

Сверху, сверкая в воздухе, посыпались осколки выбитого окна. Мужчина, что падал вместе с ними, казалось, был окутан их сиянием, сжимая что-то непонятное в каждой руке.

— Что—

В руках падающего мужчины были две человеческие головы. Не отрубленные, однако — тела все еще были при них. Два тела выпали через окно, увлекаемые вниз мужчиной, и через несколько секунд их смяло о бетонный пол. Кровь хлынула из их ртов; по всей видимости, они еще были живы.

Мужчина, вытащивший их вместе с собой через окно, медленно поднялся на ноги, не обращая внимания на то, что несколько капель крови запятнало его лицо. Несмотря на тот факт, что он тоже упал с довольно внушительной высоты, лицо мужчины было бесстрастным, словно ничего не произошло.

Суровые мужчины содрогнулись, увидев лицо этого человека, освещенное лунным светом, струившимся через развитое окно. Их подавляли его глаза, два омута непроглядной тьмы в полумраке завода.

Мужчина носил черные перчатки; его окружала аура жестокости. Но в его глазах напрочь отсутствовала всякая «человечность». В них был блеск, который можно было заметить в глазах хищной птицы или плотоядного зверя. Однако они, вместо того, чтобы нацеливаться на жертву, скорее, промораживали сердце до основания одним своим взглядом.

«Это не глаза холодной, лишенной всяких эмоций машины для убийств, которые порой можно увидеть у киллеров. Если бы у машины была только одна эмоция — желание убивать — то у нее были бы именно такие глаза», — сказал как-то Гальвароссо, босс семьи Складио. Настолько пронизывающим был отличительный блеск в глазах этого мужчины.

На вид ему было лет тридцать-сорок. Сами по себе он был хорошо ухоженным, с приятными чертами, но этот чудовищный, пронизывающий блеск в глазах завладевал душой любого, кто стоял перед ним. Суровые мужчины, однако, не боялись этого блеска. Они знали. Знали, что внутри этот мужчина был еще страшнее.

— М-мистер Корделион!

— …

Мужчина, к которому обратились по имени, даже не посмотрел на них. Он просто сунул руку в карман. Увидев, что он извлек из него, те двое, что лежали на полу, выпучили глаза.

— Подо—, — попытался сказать один из них, но слов больше не последовало. Пули, выпущенные одна за другой из пистолета с глушителем в сопровождении глухих хлопков, изрешетили распростертые тела.

Мужчина не расслабился даже после того, как убедился, что два куска мяса перестали шевелиться. Он продолжал смотреть вниз, крепко сжимая пистолет.

— Э-э-э… Мистер Корделион? Кто они такие? – обливаясь холодным потом, спросил один из тех, кто был на заводе с самого начала.

— …Мухи, — плюнул мужчина по имени Корделион таким глубоким голосом, словно он прозвучал из глубин ада. Его взгляд все так же был прикован к двум трупам.

— Мухи, сэр?

— Возможно, кто-то унюхал кусок мяса. Должно быть, они слетелись на запах.

Манера его речи заставила мужчин удивленно переглянуться.

— Вы хотите сказать, мистер Корделион, что это шпионы другого мага? Пришли за Вашими командными заклинаниями?