глава 4-76

Разное утро, разное прошлое I」

Проснувшись, Садзё Аяка обнаружила себя посреди далекого пейзажа. Смотреть особо было не на что; она мчалась по плоской равнине. Вдалеке виднелся лес.

Похоже, он была верхом на лошади. Она видела руку в латной перчатке, сжимавшую поводья.

Сон?

Она осознала, что рука на поводьях была не ее. Затем она поняла, что не может пошевелиться. Перед глазами, тем не менее, все стремительно менялось. Ей пришло в голову, что она смотрела на происходящее чужими глазами. Наверное, бывают и такие сны.

Сон, однако, казался крайне реальным, несмотря на все попытки Аяки убедить себя в обратном.

— Ричард! – раздался чей-то голос. – Эй, Ричард!

Обзор Аяки сместился, обратившись назад. Там она увидела еще порядка дюжины людей в доспехах верхом на лошадях, один из которых как раз подводил своего скакуна ближе к ней. Как только лошадь поравнялась с ней, молодой, закованный в доспехи всадник произнес:

— Мы явились по твоему зову, Ричард, но ты серьезно намерен отправиться на его поиски? Этого наследия короля Артура?

— Разумеется, — ответила она — Ричард — на его вопрос. – У меня наконец-то появилась зацепка.

Аяки испытала странное чувство: слова слетали с ее губ, но она при этом ничего не говорила.

— Ты имеешь в виду байку того пьяного менестреля?

— Именно. Истина хитро скрывается глубоко внутри сказок, которые распевают менестрели, будучи трезвыми. Я, однако, так и не наловчился их расшифровывать. То, что они рассказывают, притупив выпивкой свои чувства, понять гораздо легче.

Это был бредовый аргумент. Аяка изумилась тому, что подобная чушь сорвалась с ее языка. Манера речи, однако, поведала ей все, что она хотела знать.

О, наверное, это…

Они называют меня Ричардом… Я что, Сэйбер?

Аяка, наконец, сообразила. Сон был таким необычным, таким чудным, что ей захотелось раздраженно вздохнуть. Но беседа продолжалась как ни в чем не бывало, не считаясь с ее чувствами.

— Он сказал лишь, что это как-то связано с королем Артуром; мы точно не знаем, что это такое. У нас есть свободное время, поэтому нам все равно, но ты ведь из знати. Что именно ты так сильно хочешь найти?

— Да что угодно.

— Прости?

— Экскалибур было бы просто здорово, но Калибурн или Ронгоминиад тоже неплохо, или даже щит, который он, по слухам, использовал в бою с кошкой Палуга. Если мне посчастливится обнаружить проход в Авалон и хотя бы мельком увидеть воочию великого короля или его волшебника, жизнь моя будет прожита не зря.

В голосе человека, который, судя по всему, был Ричардом, звучала сама невинность. Молодой человек подле него криво усмехнулся.

— Если верить легендам, разве Экскалибур не должен быть на дне озера в руках Вивианы?

— Тогда я разыщу Владычицу Озера и завоюю ее дружбу! Ты ведь знаешь, что сир Пеллеас, по слухам, стал ее любовником и выжил в битве при Камлане?

— Разве он не был блудным рыцарем, которого они даже не причисляли к Круглому столу? Он просто увидел свой шанс и сбежал с поля боя. В любом случае, поиски реликвий героя, который, может, и не существовал в действительности, явно не из тех дел, которыми, член королевской семьи должен заниматься лично.

— Что знать, что простолюдины — в восхищении великой легендой все равны, разве нет?

Почему-то Сэйбер кажется еще более несерьезным, чем обычно. Интересно, почему.

Люди, что его окружали, называли его членом королевской семьи, но вели себя при этом скорее как хорошие друзья, нежели вассалы, и Ричарда, похоже, это нисколько не смущало.

— Если нам удастся обнаружить сокровища короля Артура, это будет означать, что все легенды – не выдумка. Мы можем доказать, что ослепительные подвиги из chansons de geste (Chanson de geste – фр. букв. «песнь о героических деяниях», жанр французской средневековой литературы эпического содержания.) действительно имели место быть здесь, на земле, что под нашими ногами! Мы унаследовали просторы, по которым скакали верхом Король рыцарей и его люди! Для меня этого будет достаточно, чтобы смириться со своим предназначением!

— А если нет, то ты никогда не сможешь смириться? Право, ты никогда не говоришь ничего разумного, — его друг раздраженно пожал плечами, восседая верхом на лошади. – Что дальше? Поведешь нас на поиски Грааля?

— Вероятно, это бесплодная затея.

— Почему? Чем Грааль отличается от Экскалибура или Ронгоминиада?

— Кретьен мне о всем поведал. Грааль нельзя обрести в поисках; он сам выбирает своего обладателя. Рыцарям Круглого стола, что искали его, удалось найти его лишь потому, что поток судьбы, прозванный Святым Граалем, сам призвал их к себе. Поэтому мы не можем пуститься на его поиски, руководствуясь лишь собственным выбором. Я уверен, что, если я продолжу следовать за рыцарской славой, подходящая причина рано или поздно явит себя сама.

Ричард крепко держался за сказки, излучая предельную серьезность. Прозвучавшее имя вызвало ответную реакцию со стороны его друга.

— Кретьен? Слухи причисляют его к выродившимся остаткам друидов, что заглядывали в прошлое…

— О да, некоторые поэты, вроде него или Васа, действительно воспевают Артура и его рыцарей Круглого стола весьма красочно, чуть ли не с ностальгией, словно видели те события воочию. Я бы не удивился, скажи ты мне, что они были феями, живущими тысячу лет.

— Ну, это не имело бы значения. Не Кретьен дал тебе подсказку к наследию Артура; то был пьяный поэт, чьего имени ты даже не знаешь, из городской таверны. Понять не могу, почему ты веришь в его небылицы.

— Мне любая подсказка в радость. Я еще не король. Лучше идти по следу Короля рыцарей, пока я еще свободен, тебе так не кажется?

Аяка не могла этого видеть, но глаза Ричарда, вероятно, так и сияли. Рисуя перед своим внутренним взором детское выражение его лица, она обратила внимание на равнину, что простиралась перед Ричардом. И затем она заметила нечто странное.

— Пока ты еще свободен? Да ты уже практически герцог Аквитании… В чем дело, Ричард?

— …Что-то приближается.

Вдалеке виднелась точка. Однако облако дыма, поднимавшееся за нею, говорило о том, что она с большой скорость приближалась к ним. Поначалу Аяка приняла ее за несущуюся галопом лошадь, но размер явно был не тот. Вскоре до них донесся громоподобный звук, исходивший от точки, и рыцари начали паниковать.

— Что это, гигантский вепрь?

— Повозка…? Нет, где же тогда лошади… Никогда ничего подобного не видел. У этой штуки вообще есть ноги? Как она движется? Если это зверь, то он издает совсем не знакомый мне звук!

— Глядите, оно мчится к нам!

— Какая скорость! Спасайся, Ричард!

Ричард, однако, пропустил слова товарищей, которые уже начали натягивать поводья, мимо ушей.

— Очаровательно… — раздался его спокойный голос. – Может, это потомок Турха Труйта.