глава 4-83

Интерлюдия

「За кулисами третьесортной комедии」

Вернемся к моменту встречи Сигмы с группой Сэйбера.

Когда Сигма сказал, что тоже является Мастером, участвующим в Войне за Святой Грааль, женщина азиатской внешности, назвавшаяся Аякой, насторожилась. Однако Сэйбер не проявил особого беспокойства.

— Полагаю, ты не особо горишь желанием ответить взаимностью и представить нам своего Слугу? – спросил он отчетливым, звучным голосом.

— …Я не могу позволить себе раскрыть свои карты, — покачал головой Сигма.

— Он крикнул «Чаплин», — вклинилась Ассасин, наблюдавшая за ним со стороны.

Сигма замолк. Глаза Аяки расширились от удивления.

— О, я определенно слышала это имя…

— Одну из работ этого актера я видел вчера в клубе!

Глаза Сэйбера вновь заметно засияли.

— …

Эмоции Сигмы были слишком слабыми для того, чтобы его прошиб холодный пот. Но он почувствовал, что все стало гораздо сложнее.

Что произойдет, если он объяснит, что заключил контракт — или стал одержим — со Слугой, назвавшимся «Уотчером»? Если они поверят, то ему, возможно, удастся выжить. Если, конечно, он правильно разыграет свои карты.

Судя по советам, которые ему давали «тени» во время недавнего бегства от Ассасин, его способность извлекать информацию можно счесть впечатляющей, несомненно. Если он сможет показать себя ценным ресурсом, тогда любой наверняка посчитает, что его лучше использовать, а не убивать.

Подобные сомнения посещали его голову, но их было недостаточно, чтобы изменить ситуацию. Он уже решил сражаться, но не как Солдат А, а как Сигма. Это решение не было принято им самостоятельно с целью изменить свою жизнь — к этому его подтолкнули «тени». Это была неопределенная цель, но у него, по крайней мере, не было причин оставаться «Солдатом А» из чувства долга перед своей нанимательницей, Франческой. Сигма гадал, было ли просто нежелание умирать достаточно хорошей причиной для того, чтобы продолжать жить. Тем не менее, его жизнь окажется под угрозой, если он начнет настраивать нагрянувших к нему Слуг против себя. Сигма решил поддерживать дружелюбную беседу, при этом пока сохраняя способности своего Слуги в тайне.

— Может, теперь представишь его нам? Мы знаем его имя, к тому же я хочу отдать дань уважения актеру.

— …Он говорит, что актеры живут своими ролями. Он не появится перед людьми, будучи самим собой.

Сигма нашел подходящее оправдание, чтобы отклонить запрос Сэйбера. И все же он подумал, что получилось не очень убедительно.

— Вот как, — многозначительно кивнул Сэйбер, не обращая на него внимания. – Это я могу понять.

— Ты…

Аяка укоризненно посмотрела на Сэйбера, но не стала докапываться до сути.

Достигнув некого подобия перемирия, Сигма вернулся в свою комнату и тяжело вздохнул от облегчения.

Они решили придерживаться предельной взаимной секретности. Он не будет лезть в дела Аяки, а они не станут сомневаться в его позиции и преданности.

Он предложил это и, что удивительно, с легкостью получил добро от Сэйбера.

Возможно ли было такое, что Сэйбер всегда ставил свои инстинкты и чувства превыше всего и, как правило, ни о чем не думал? Сигма обмозговал эту внезапную мысль, и вслед за ней пришла еще одна, более пугающая. Тот факт, что Сэйбер хоть и руководствовался в первую очередь эмоциями, но все же оставил свой героический след в истории этого мира, означал, что он таил в себе достаточно силы, чтобы этому соответствовать.

В этот момент «тень» в форме рыцаря, которую Сигма не заметил подле себя, произнесла:

— У тебя хорошие инстинкты. Он действительно такой король — страстный человек, который принимает решения на основе сиюминутных эмоций. Его настоящее имя – Ричард. Львиное Сердце… Хотя сомневаюсь, что это имя тебе о чем-нибудь говорит. Тебе известна хотя бы история о короле Артуре и его поисках Святого Грааля?

— Даже я это знаю. Это комедия «Монти Пайтон».

— …

Рыцарь почему-то замолк и исчез. Вместо него продолжил Капитан:

— Что ж, в любом случае, этот Ричард властвует на эмоциональном поле боя, словно это его личный сад. Он лев в человеческом обличье, но люди все равно любили его. Может быть, у него есть некий секретный трюк, помогающий ему управлять людскими сердцами. Приглядывай за ним.

Иначе говоря, «не теряй бдительности».

Безусловно, существовала вероятность, что столь легкое доверие к людям было обманом. Сигма подумал, что ему стоит позаботится о том, чтобы не получить нож в спину. С другой стороны, он также хотел посмотреть, как долго ему удастся поддерживать перемирие.

Пережить ночь – это, конечно, хорошо, но как мне справляться дальше?

Его первой целью было выжить. Он осознал это еще сильнее после столкновения с Ассасин.

По сравнению с любой другой обычной миссией, тень смерти нависла над ним гораздо сильнее. Он был в городской Америке, но это очень походило на его детство, проведенное в «той» стране. Сигма уже начал чувствовать ностальгию, когда его посетила внезапная мысль.

Был бы обычный человек более напуган или встревожен на его месте? Он полагал, что люди, с которыми он сталкивался во время миссий, по крайней мере, действовали бы более отчаянно при схожих обстоятельствах.