Глава 1526. Исключительный талант

Чу Фэн не чувствовал радости. Пусть в глазах посторонних этот результат и казался блестящим — он в одиночку справился с могущественным экспертом клана Падших Королей Бессмертных, чей уровень граничил со сферой Вечного Короля, и это заслуживало того, чтобы войти в историю, — сам он хранил молчание.

В его сердце поселилась тоска. Ему было не по себе, он сокрушался о судьбе того мужчины, что из ада взирал на небеса. Это было поистине трагично: всю жизнь не видеть света, лишь задыхаться в бездне, тщетно пытаясь отыскать взглядом недосягаемое сияние.

В конце концов тот человек сам выбрал смерть, оставив после себя лишь свои лучшие чаяния и мечты, позволив своему воплощению надежд жить в мире живых. Но остался ли это он сам? Это был лишь призрачный образ.

Потому, пока все вокруг оживлённо спорили и восхищались, Чу Фэн вёл себя крайне сдержанно. Он не издал ни звука и уж тем более не собирался праздновать победу с остальными. Он замер в молчании, не проронив ни слова.

Впрочем, в этот миг никто не заметил его подавленности. Бесчисленное множество людей обсуждали его силу, признавая в нём поистине исключительный талант. Статус Великого Небесного Владыки сам по себе давал повод для гордости, позволяя свысока смотреть на прочих гениев и считаться непобедимым в своей сфере.

Но тот, кто приблизился к уровню Вечного Короля, был ещё страшнее. Чу Фэн одолел такое существо, решительно и властно пробившись сквозь бездну. Как это могло не потрясти всех вокруг?

— Какое невероятное дарование! Сколько ему лет? Он смог уничтожить величайшего из Великих Небесных Владык! В будущем он непременно ступит на путь Вечного Короля! — вздыхали одни, уверенные, что впереди Чу Фэна ждёт титул непревзойдённого Вечного Короля, при котором во всём мире на его уровне совершенствования ему не найдётся равных.

Вечный Король — это не просто слова. Сколько их появилось с древних времён до наших дней? В древних летописях Мира Живых они наверняка упоминались — в столь обширном и богатом мире обязаны были рождаться подобные гении, — но их точно можно было пересчитать по пальцам одной руки. К тому же дела минувших дней давно стали прошлым, и их след уже не отыскать.

Внутри стана клана Полубогов глаза одного из старейшин вспыхнули божественным светом. Он вёл беседу с сёстрами Ин Чжэсянь и Ин Сяосяо.

— Этот юноша весьма непрост. Раньше я замечал в нём лишь легкомыслие и дерзость, но не ожидал, что он настолько выдающийся. Вы должны больше с ним общаться. Отношения между людьми, дружбу и привязанность нужно поддерживать, иначе со временем они угаснут, и вы станете чужими друг другу.

Ин Сяосяо, чьи серебряные волосы спадали до самой талии, а прекрасное лицо казалось высеченным из белой яшмы, недовольно надула алые губки:

— Третий дедушка-старейшина, ты слишком меркантилен! Нельзя подходить к человеческим отношениям с такой выгодой. К тому же мы с Чу Фэном и так… близкие друзья, прошедшие через многие беды!

Услышав это, Третий старейшина расхохотался, и в его глазах блеснул весёлый огонёк:

— Тем лучше! Сяосяо, я в тебя верю. Пройди с ним через как можно больше бед!

Ин Сяосяо лишилась дара речи. Она невольно покосилась на свою сестру, но Ин Чжэсянь оставалась спокойной и безмолвной, подобно отрешённому от мира небожителю.

— Эх, а ведь моя сестра когда-то едва не стала его женой! — вздохнула Ин Сяосяо.

— Что? Было и такое? — старейшина клана Полубогов был поражён. Его положение в клане было слишком высоким, и он никогда не интересовался деталями того, через что прошли сородичи, прибывшие из малого Мира Мертвых. Теперь же, услышав это, он прищурился и на его губах заиграла улыбка.

Однако очередной вздох Ин Сяосяо заставил его проглотить готовые сорваться слова.

— Моей сестре тогда пришлось слишком тяжело… Эх! — она снова тяжело вздохнула.

За пределами межмировой мембраны собрались элиты разных кланов под присмотром своих «старых монстров». Все они смотрели на Чу Фэна особенным взглядом. С их высоты было легко понять, насколько невероятен этот юноша. Даже Императору Юю потребовалось немало времени, чтобы одолеть Истинного Бессмертного того же уровня.

Но этот Чу Фэн, столкнувшись с равным противником из клана Падших Королей Бессмертных, освободился из бездны в мгновение ока.

Сражение ещё не было окончено, оно должно было продолжиться, но теперь Чу Фэн колебался. Стоило ли ему снова наносить удар? Его сердце сжималось от жалости.

— Благодарю тебя за спасение! — произнесло воплощение надежд погибшего мужчины, обращаясь к Чу Фэну со словами признательности.

Знал ли он, что является лишь воплощением заветной мечты? Знал ли он, что его истинное тело уже никогда не вернётся и осталось навеки в бездне? Чу Фэн хранил гробовое молчание. Он лишь ответил на поклон мужчины, ничего не сказав.

Затем вперёд вышла холодная и прекрасная женщина из клана Падших Королей Бессмертных. Её серебряные волосы развевались на ветру, а уровень силы почти достиг сферы Вечного Короля. Она подала знак Чу Фэну, призывая его к действию.

Выбора не было. Чу Фэн рванулся вперёд, сближаясь с этой стройной и грациозной женщиной, квази-Вечным Королём, и вскоре они оба исчезли в глубинах бездны.

Битва в мире тьмы вспыхнула мгновенно. Женщина проиграла. На краткий миг к ней вернулось самообладание, она осознала всё, и её охватила глубокая печаль.

— Я — это истинная я, а та, что осталась снаружи — лишь самое прекрасное видение из глубин моего сердца, моё воплощение надежд.

Она говорила тихо. Она была ослепительно красива — редкая жемчужина среди падшего клана Бессмертных, в которой мощь сочеталась с изяществом, — но сейчас она выглядела бесконечно несчастной. Она не стала тратить слова на пустые разговоры. Подобно мужчине, что был перед ней, она лишь с тихой грустью посмотрела на Чу Фэна и попросила его нанести последний удар.

Чу Фэн медлил всё сильнее. Правильно ли это? Неужели людей из клана Падших Королей Бессмертных действительно невозможно спасти, и надежды больше нет? Если бы была хоть малейшая возможность, он бы не хотел обрывать жизнь этого выдающегося квази-Вечного Короля, которая в иные времена наверняка была героем своего поколения.

Просто она пребывала в мороке бесчисленные эпохи. Время заморозило её тело, но не смогло сдержать тьму внутри. Кровь, хаос, жестокость и холод пропитали её до самых костей.

— Делай то, что должен! — прошептала она.