Том 7. Глава 5. Девушка – великий детектив

На следующий день в кабинете КрИКа собрались все семь его членов.

Тайти и Кирияма, утверждающие, что ради правого дела «силу» применять нужно. Инаба и Аоки, заявляющие, что «силу» применять нельзя, что бы ни происходило. Поскольку противостоящие стороны учились в разных классах, со вчерашней большой перемены не общались лицом к лицу.

Из-за разногласий КрИКовцы вчера приостановили кружковую деятельность, но сегодня благодаря посредничеству Нагасэ эта деятельность нормально продолжилась, они смогли общаться.

КрИК разделился, двое против двоих. Нагасэ молчала о том, чью сторону считает верной, – скорее всего, специально, пытаясь сохранять баланс.

– …Какая-то неважная атмосфера, а?

– …И вчера тоже ни с того ни с сего объявили, что «сегодня кружка не будет».

Тихиро Ува и Сино Эндзёдзи, незнакомые с обстоятельствами, озадаченно переглядывались.

– А, да. Мы же первоклассникам ничего не рассказали.

Пока Нагасэ разговаривала с ними, остальные четверо второклассников смущенно занимались своими делами.

Когда Нагасэ закончила сжатое объяснение, заговорила Инаба:

– Сино и Тихиро, а вы как считаете, кто прав?

Это вмешательство напугало Тайти. Инаба смотрела на Тихиро и Эндзёдзи, но чувствовалось, что настороженное внимание ее обращено на Тайти и Кирияму.

– К-кто прав… спрашиваешь…

Глаза Эндзёдзи нервно забегали.

– Ты имеешь в виду, к какой группировке мы присоединимся? – хладнокровно переспросил Тихиро.

– Нет. Вам мы только сообщаем обстоятельства, а прямого отношения к феномену вы не имеете, так что вовлекать вас мы не собираемся. Хотим просто услышать ваше мнение.

Кирияма делала вид, что ей все равно, однако заметно было, что она нервничает.

Тихиро выдержал короткую паузу, типа «вот как?», а потом сказал:

– В таком случае я считаю, что надо ничего не делать. Если ничего не делать, ничего и не случится. Думаю, лучше не будить спящую собаку. …А главное, у меня есть личный болезненный опыт.

Глядя на страдальческое лицо Тихиро, Инаба улыбнулась.

– Это звучит убедительно.

– Но, но как же, Тихиро-кун… Так ведь можно всем помогать… – слабо пролепетала Кирияма.

– Замолчи, Юи. У Тихиро такая точка зрения, – тут же оборвала ее Инаба.

– Нон-нон, Инабан, давить нельзя, – тут же вмешалась Нагасэ, смягчая удар. Ее тон, не тяжелый и не легкий, подправил атмосферу в кружке.

– …Ну ты даешь, – высказалась Инаба полуневеряще, полувосхищенно.

– У-хи-хи. Я тоже могу такой быть, если как следует стараюсь.

– Ладно, а ты, Сино?

Инаба, похоже, успокаиваться не собиралась.

– А… я! Я… я…

Почувствовав на себе взгляды всех остальных, ожидающих, когда она выскажет свое мнение, Эндзёдзи съежилась.

– Ну, если не можешь, то и не надо, – проговорил Аоки, но именно в этот момент…

Эндзёдзи решительно подняла голову.

– Я, я… считаю… если что-то можно сделать, то… надо сделать! Точнее… мне кажется, так правильно… То-точнее… нет, как-то так.

Начала она горячо, но под сердитым взглядом Инабы закончила неуверенно.

– Эндзёдзи, то есть ты считаешь, что ради доброго дела «силой» можно пользоваться, да? – протянул руку помощи Тайти.

– Д-да! Я просто не смогла как следует выразить! Не протянуть руку тонущему – это неправильно. Хоть эта сила и странная, но раз она есть, то людям помогать надо, я считаю!

– В этих «снах» желания людей, это совсем не то же самое, что человек тонет, – возразила Инаба. На это Тайти ответил:

– Но принцип тот же самый.

Однако Инаба не в Тайти видела сейчас противника.

– Подумай, Сино. Что за «желания», которые кто-то должен выполнять? Их, видимо, вполне можно выполнить и самостоятельно.

– Выполнить… самостоятельно… ага.

– Но выполнять с помощью других – это тоже нормально.

– Когда человек собственной волей стремится осуществить свое «желание» и при этом хочет помощи других, то, естественно, так. Самовольно навязывать помощь и подавать «желание» на блюдечке – это совсем другое.

– Ээ… да, но… желание… может, и так, но… эммм…

Спасая смешавшуюся Эндзёдзи, вмешалась Кирияма:

– Что, Инаба? Пытаешься силой перетянуть Сино-тян на свою сторону?

– Пытаюсь выжечь землю вокруг вас. Возражения?

Хоть и непрямая, но отвратительная атака.

– Вы не сможете сражаться, если вас никто не поддерживает.

– Я… буду сражаться. Потому что убеждена, что права.

– И я тоже, – добавил Тайти. – …Я тоже.

Самостоятельно приняв решение, он будет его придерживаться. Вот почему.

– А твои слова, Инаба… я могу полностью вернуть тебе же.

– …Ах ты!..

Значки Инабы задрожали. Тайти поразился, что это он заставил их задрожать.

– Прекратите лаяться. Если есть конструктивные аргументы, то говорите. Сколько мне еще выступать вашим арбитром, а? Пора уже менять имя на «Рефери Нагасэ»!

Из уважения к трудностям Нагасэ Тайти замолчал.

И тут же осознал, что испытывает какое-то дискомфортное ощущение. В подобных ситуациях, когда атмосфера неважная, обычно Аоки берет дело в свои руки – шутит или еще что, – однако сейчас он ничего не делал.

Кружок изучения культуры уже утратил подходящую форму.

□■□■□

После того как Кирияма и Тайти объявили остальным, что применяют «силу», они стали еще активнее помогать окружающим с помощью «рентгеновских снов».

Прикладывали руку к решению проблем, помогали делать то, что человеку хотелось. Разумеется, не в таком масштабе, чтобы со стороны это выглядело странным. Но, то ли просто с началом подобных действий, то ли потому, что они хотели видеть «сны» как можно больше, – так или иначе, частота «рентгеновских снов» постепенно росла; сперва их показывалось в день по несколько, теперь уже – больше десятка. У Кириямы, похоже, было то же самое. Пока они спали, этого не происходило, а в остальное время получалось где-то раз в час (они спросили у Нагасэ, та ответила – где-то семь-восемь раз в день).

Однако благодаря этому у них стало больше возможностей. Крупные «сны», естественно, исполнять было нереально, но с мелкими «желаниями» получалось разбираться без проблем. В последнее время большинство «снов» были такими, что человек и сам старался добиться своей цели – ему требовалось лишь чуточку помочь. Легонько подтолкнуть в спину, сделать какую-нибудь малость – и на этом обязанности Тайти с Кириямой заканчивались.

Среди всего этого выделялась одна категория. Любовные советы.

Тайти с Кириямой видели самые разнообразные «сны», от грандиозных, вроде «хочу выступить на Олимпиаде», до мелких, вроде «хоть бы урок математики поскорей закончился», но «рентгеновские сны», связанные с любовными делами, встречались особенно часто.

Подростки в период полового созревания – нет никого, кого бы не заботила эта тема. Стоит прийти в школу, как один-два раза увидишь кого-то, кто тебе нравится. И это неизбежно осознается.

Осознается практически всеми, кто есть в школе, хоть раз в день. Это превращается в «сон» и демонстрируется Тайти и Кирияме. А раз они видят «сон», значит, что-то могут сделать.

Все, что делали Тайти и Кирияма, – чуть-чуть подталкивали в спину, если обнаруживали, что любовь взаимная (когда известны чувства одного из пары, уловить чувства другого становится легче, видимо, от самого осознания).

Они всего лишь давали зеленый свет взаимной любви, но со стороны это выглядело как…

– Те, кто посоветовались с Яэгаси-куном и Юи-тян, почти все стали парами?! Парами?! Это же круто, скажешь нет?! Повелители любви! (Марико Накаяма)

Вот так, похоже, их оценивают.

Благодаря всему этому через неделю после того, как Тайти с Кириямой начали действовать открыто, начали расползаться слухи, и люди стали подходить за советом. Это означало, что Тайти обрел известность.

К примеру, однажды девушка из параллельного класса его спросила: «Яэгаси-кун, мне нравится Имярек из твоего класса, но… что мне делать?» Тайти ответил: «Подожди немного», – и стал крутить в уголке сознания мысль, что хорошо бы увидеть «сон», кого любит Имярек. И два дня спустя…

[Имярек, идет по улице. Похоже, возвращается из школы. Рядом с ним – попросившая совета девушка. Они жмутся друг к другу, как очень близкие люди. И держатся за руки…]

Наткнувшись на этот «рентгеновский сон», Тайти сообщил девушке: «Думаю, надежда есть».

Еще два дня спустя…

– Яэгаси-кун, спасибище огромное! Я ему призналась, и все получилось! Он… Имярек, кажется, тоже обо мне думал.

– Здорово, правда? Поздравляю!

– Слушай, но откуда ты узнал, что у меня есть надежда?

– А, ну… от одного знакомого услышал…

– Хм, ты прям как сыщик. Ладно, в любом случае спасибо! Если б ты не сказал мне «давай!», думаю, я бы побоялась порвать со своим предыдущим парнем!

Он открыто помог состояться новой паре.

Наступил октябрь.

Сегодня после уроков к Тайти вновь подошел один из одноклассников за советом.

– Правда… правда так будет нормально?

– Ага, жми уверенно.

Тайти подтолкнул его в спину.

– …Понял. Сэнкью, Яэгаси! После твоих слов я понял, что реально могу! Настоящий проповедник любви!

– Удачи! – напутствовал его Тайти.

Согласно выработанной схеме, они проконсультировались у другой стороны (информация была получена через «рентгеновский сон» Кириямы), и, убедившись в добрых чувствах девушки, Тайти уверенно подбодрил парня.

Тайти тоже встал, чтобы выйти из класса.

– В последнее время ты, похоже, в отличной форме, Яэгаси-кун.

От этого холодного, чистого голоса температура вокруг изменилась. Такая была иллюзия.

Еще трое вышли из класса, после чего там остался лишь Тайти и – Майко Фудзисима.

Двое смотрели друг на друга. От Фудзисимы исходила такая энергетика, что все окружающее, казалось, бледнело.

Что это за неприятное предчувствие?

– К тебе все ходят за любовными советами, ты сейчас стал действительно крут.

– …Что, ты была рядом?

– …Пожалуй, я предпочла бы сказать, что остаюсь в тени.

– Ну, в последнее время ты реже делаешь заявления перед всем классом.

– Гх… Я, я… я…

Фудзисима, сняв очки, вытерла выступившие на глазах слезы.

– Эй, не плачь. Шутка это, шутка. Таких сильных, как ты, просто не существует.

Он думал сказать, что она вечно говорит что пожелает, и удалиться, однако реакция оказалась неожиданной…

[Фудзисима. Громко хохочет, уперев руки в боки. Перед ней человек. Он стоит на коленях и кланяется до пола. Это… Тайти Яэгаси. Тайти говорит: «Признаю свое поражение, Фудзисима-сама… Титул проповедника любви по праву ваш, Фудзисима-сама…» Фудзисима отвечает: «Вот именно, этот титул подходит только мне. Муа-ха-ха-ха-ха-ха!»]

Совершенно сумасшедший «сон». Главное, такой бодрый.

– И можешь не беспокоиться: титул «проповедник любви» в конце концов к тебе вернется.

– Чт-… Ты как будто подслушал, что меня больше всего волнует…

У Тайти только что было ощущение, что Фудзисима устрашающая, но, похоже, он ошибся. В последнее время Фудзисима, прежде «сильный персонаж», заметно притихла и превратилась просто в «странного персонажа».

– Не, ну, случайно так вышло…

– Неужели этот наивненок думает, что такой беззубой фразой сможет от меня отмахаться?

Ее тон переменился. Резко.

Острый, холодный взгляд из-под очков буравил Тайти. Невозможно было ни с места двинуться, ни звука издать.

И тут же, мгновенно…

– Скажи-ка, Яэгаси-кун. Уж не читаешь ли ты мысли других людей?

Фудзисима ни на чуть-чуть не отвела глаза. Шутить она умела, но непохоже, чтобы это был тот случай.

– Чего это ты… вдруг ни с того ни с сего…