19. Выбор

Когда девушки спустились в гостиную, то два с половиной рта широко разинулись. Том никогда бы не позволил себе такой вольности и не хотел выглядеть как рыба, поэтому успел скрыть свое удивление за улыбкой, которая быстро превратилась в ухмылку, когда он обратил свой взгляд на парней рядом.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал Джейсон Луизе, выходя из ступора. Луиза, что неудивительно, была одета в светло-розовое шелковое, шифоновое платье, которое плыло облаком вокруг нее, будто было живым существом. Ее волосы были распущены и слегка завиты. Джейсон тогда подумал, что еще никогда не видел ее такой красивой.

— Спасибо, Джейсон, — сказала она, быстро чмокнув его. — Пойдем, мы ведь не хотим опоздать, — она вытянула за руку его из комнаты, помахав остальным.

Следующим заговорил Филипп.

— Ты похожа на ангела, Минерва.

Она застенчиво улыбнулась.

— Хотя, наверное, больше на падшего ангела.

Ее малиново-черное платье выгодно подчеркивало фигуру, а темные волосы были собраны сзади в блестящий пучок. Темно-красная помада ничуть не противоречила описанию Филиппа.

— Ну, поскольку ты больше похож на демона, я бы сказала, что мы прекрасно подходим друг другу.

— Наконец-то ты признаешь, что мы — брак, заключенный на… небесах, — очаровательно сказал он ей в спину, когда она выходила за дверь. Гермионе все еще было неловко от такого поведения в адрес ее будущего профессора.

Том не обращал никакого внимания на остальных в комнате. Он смотрел только на Гермиону. Ее волосы были уложены ниспадающими локонами, завитки обрамляли лицо. Золото в ее платье подчеркивало естественные блики ее волос и искорки в карих глазах. Платье было золотым с медными узорами, вплетенными в ткань в форме цветов. Лиф без бретелек с вырезом в виде сердечка, юбка изящно расширялась от бедер. На ней были золотые босоножки на ремешках и висячие серьги. Том сразу заметил, что она надела его кольцо, хотя оно и не сочеталось с остальным ее нарядом. Похоже, и он признавал, что еще не видел ее такой прекрасной. Она всегда так влияла на него. Но сейчас в особенности сильно.

— Тебе нравится? — спросила Гермиона, нарушив их молчание. Он все еще ничего не сказал, просто смотрел на нее.

— Ты выглядишь идеально, за исключением одной вещи, — сказал Том, подходя к ней ближе. Он достал палочку и быстро пробормотал заклинание. Ее кольцо теперь было золотым, а не серебряным. — Теперь ты совершенна, — сказал он, улыбаясь ей глазами. Он протянул руку, и они вместе спустились в Большой зал.

Зал, как и всегда, был красиво и помпезно украшен. Где-то в стороне играл оркестр, а пары уже танцевали вальс в центре зала. Как только через двери прошли Том с Гермионой, послышался шепот. Все студенты давно признали, что они выглядят прекрасно вместе. Только Дамблдор взглянул с подозрением на них во время своего разговора с одним из профессоров и понимающе улыбнулся Гермионе.

Том сразу увлек Гермиону на танцпол. Они держались друг за друга несколько песен подряд, прежде чем Гермиона захотела что-то выпить. Том едва успел отойти, как вокруг Гермионы уже выстроились интересующиеся студенты других факультетов.

— Вот ты где, Гермиона, ты обещала мне танец, помнишь? — произнес чей-то голос. Гермиона обернулась и увидела, что Малфой ей тепло улыбается. Она перевела взгляд с него на толпу вокруг себя и решила выбрать из двух зол меньшее.

— О, мне так жаль, я совсем забыла, Аул, — ответила она с яркой улыбкой, радуясь, что сбежала от остальных. Гермиона огляделась в поисках Тома и увидела, что он разговаривает с профессором Слизнортом.

Малфой был прекрасным танцором, хотя и не таким грациозным и аккуратным, как Том. Все шло хорошо ровно до того момента, пока он с ней не заговорил.

— Итак, теперь ты официально подружка Тома, — заявил он.

— Вроде того, — ответила она.

— Что ж, я был крайне удивлен, когда это услышал. Я и не мог себе представить, что Том будет встречаться с кем-то за пределами Слизерина. Некоторые даже прозвали его предателем крови.

— Это смешно, — усмехнулась Гермиона. — В Слизерине не было бы столько студентов, если бы они никогда не выбирали себе в жены кого-то из других факультетов. Так думают лишь глупцы и идиоты.

— Я рад, что ты так положительно оцениваешь мой интеллект и внешность, Гермиона, — натянуто продолжал он.

— Я знаю, что ты не идиот, но я бы предположила, что ты избежал этой участи только потому, что другие семьи Слизерина иногда женятся на девушках из Когтеврана, — прокомментировала Гермиона, оглядываясь в поисках Тома. Он все еще разговаривал со Слизнортом.

— Однако слизеринские девушки не выходят замуж вне своего дома. Ты и не можешь себе представить, как расстроились некоторые из них, когда узнали, что Том встречается с тобой. Я бы был осторожнее. Слизеринцы не терпят неудачу. А вот с тобой может случиться какое-то внезапное… несчастье, — сказал он.

— Ты мне угрожаешь?

— Ты меня неправильно поняла, Гермиона. Я просто предупреждаю тебя об общем отношении на Слизерине. Мне бы очень не хотелось, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — невинно добавил Малфой. Хотя где находится невинность, и где Малфой.

— Я тронута, — парировала Гермиона. Малфой холодно улыбнулся. Кто-то похлопал его по плечу. Гермиона вздохнула с облегчением, увидев Тома.

— Привет, Том. Давно тебя не видел. Ты, должно быть, очень занят… другими делами, — сказал Малфой. Том нахмурился на долю секунды, прежде чем изобразить вежливую улыбку.

— Ну, я только недавно завершил очень сложный проект по Древним рунам и был очень занят делами старосты. Надеюсь, до экзаменов все будет поспокойнее, — ответил Том. — А теперь, ты нас не извинишь? — парень взял Гермиону за руку и вернул в центр зала. Малфой усмехнулся им в спину, прежде чем обсудить с Эйвери их дальнейший план.

— Что тебе сказал Малфой? — спросил Том, по-видимому, ни о чем не беспокоясь.

— Только то, что некоторые слизеринцы недовольны твоим выбором девушки. Ничего из того, чего я раньше не слышала.