45. Разделение

К тому времени, как Том вернулся в их квартиру, Гермиона уже легла в постель. Том предположил, что она, возможно, даже не двигалась с тех пор, как он ушёл. Игнорируя чувства, вызванные их ссорой, он занялся своими обычными делами, лишь немного изменившимися из-за нового расположения его кровати. Лёжа без сна, он снова попытался открыть их связь. Разум Гермионы по-прежнему был закрыт стеной пустоты, которая не давала ему никакой информации о её эмоциональном состоянии. Том медленно выдохнул. Если это был её план, то ему не имело смысла продолжать блокировать связь. Если она ослабит её хотя бы на мгновение, он сможет почувствовать её.

Его мысли перескочили на разговор с Сетиусом Малфоем. Это был рискованный шаг. Если Малфоев слишком прижать, Том не сомневался, что они используют всё своё влияние против него. Пока они ничего не предпримут, но Сетиус будет ждать любой слабости или ошибки, которая позволит ему выскользнуть из их противостояния. Если Сетиус сможет доказать, что у Тома есть хотя бы один из Даров Смерти, Том был уверен, что в тот же день окажется за пределами Министерства, а возможно, и в Азкабане.

Тем временем Том собирался действовать осторожно и продолжать поиски информации о третьем портале. Несмотря на то, что у него уже был запасной план, перспектива найти выход из беспорядка, который всё сильнее разрушал его планы, была слишком соблазнительной, чтобы её игнорировать.

На следующий день Том проснулся в пустой квартире. Он аппарировал в Министерство, никак не выдавая бурю последних двадцати четырёх часов, и направился в Отдел Тайн. Как только он вошёл, его встретил здоровенный аврор.

— У нас есть несколько вопросов к вам о вашей вчерашней деятельности, — прорычал мужчина. — Следуйте за мной в Отдел магического правопорядка.

Том был потрясён, но быстро надел на лицо маску безразличия. Он шёл через Министерство, ожидая, что его приведут к Томсону. Однако аврор провёл его мимо кабинета главы авроров к двери без опознавательных знаков, кроме небольшой латунной таблички с надписью «Аврор Отто Макос».

Сопровождающий жестом предложил ему войти. Том открыл дверь и шагнул внутрь. За столом в центре комнаты сидел единственный аврор.

— Невыразимец Риддл, — приветствовал его смуглый мужчина дружелюбным тоном, который, однако, не соответствовал холодному блеску в его глазах.

— Вы — аврор Макос?

— Именно так.

— Что вы хотели у меня узнать?

На этот вопрос глаза аврора стали жёсткими.

— У нас возникли сложности с допросом волшебника, ответственного за похищение аврора Грейнджер. Он не реагирует, а медики в Святом Мунго не могут понять, что с ним. Мы надеялись, что вы сможете объяснить, в чём проблема.

— Что именно обнаружили медики? — спросил Том. Легилименция была настолько редким навыком, что он сомневался, что они даже подумали о ней.

— Ничего. Однако, по моему мнению, его симптомы весьма напоминают те, что вызываются более жестокими формами легилименции.

Только самоконтроль, выработанный годами в приюте, удержал Тома от того, чтобы выдать свою реакцию.

— Я использовал заклятие разрыва магии, чтобы обезвредить его и наложить связывающее заклинание, но это не должно было вызвать никаких серьёзных повреждений. Хотя, возможно, это усилило какую-то другую проблему, — Том пожал плечами с небрежной лёгкостью.

— Вы не выглядите обеспокоенным, — резко заметил Макос. — Этот человек похитил и напал на вашу жену.

— Похоже, он получил то, что заслужил, — спокойно ответил Том.

— Это не главное. Использование легилименции в качестве оружия незаконно. Если я выясню, что вы ответственны за состояние заключённого, вас привлекут к ответственности. Даже если вы Невыразимец, вы не выше закона. Но если вы признаетесь, вероятно, вы отделаетесь небольшим штрафом.

— Мне нечего признавать.

Макос мрачно посмотрел на Тома через стол.

— Хорошо. Вы можете идти.

Том вернулся в Отдел Тайн, обдумывая произошедшее. Легилименция была крайне редким навыком, поэтому то, что аврор практически сразу заподозрил её использование, стало неожиданностью. Лишь немногие знали о его способности, и никто из них не осмелился бы рассказать аврорам.

Мысль пришла ему в голову, заставив его тихо выругаться:

Тебе действительно стоит научить своего младшего сына окклюменции.

Что он вообще думал, говоря такое Сетиусу?

Единственный вывод, который мог сделать Сетиус из их разговора, заключался в том, что Том был искусен в легилименции. Сетиус бы не колеблясь направил подозрения на Тома после их недавнего разговора.

В дурном настроении Том вошёл в вестибюль, ожидая потратить весь день на бесплодные попытки открыть запечатанную дверь. В редком приступе раздражения он наложил на дверь Разрушительное заклятие. Дверь с грохотом распахнулась, ударившись о внутреннюю стену комнаты.

На мгновение Том не мог поверить в то, что произошло. Ещё вчера дверь была абсолютно непроходимой, как и с момента смерти Сенссика. Он заглянул в открытую комнату. Она была совершенно тёмной. Том наложил заклинание и осторожно вошёл внутрь.