Глава 414. Атака военнопленных
Крестоносцы остановились примерно в километре от стены и приступили к построению боевого порядка. Дорога к Дайдалосу была обрывистой, узкой и опасной. Однако вблизи Форта Галлахад ровное пространство раскинулось в ширину почти на километр, так что крестоносцы могли без труда развернуть здесь огромное войско.
На передний край выступили военнопленные в белых одеждах. Они не были профессиональными солдатами, поэтому получилось так, что их просто вытолкнули вперёд.
В отличие от идеально скоординированной армии Спады, военнопленные были дезорганизованы и больше напоминали толпу. И совсем скоро их всех перебьют, как цыплят.
Марш смерти начнётся и я ничего не смогу поделать с этим.
Военнопленные шагали по снегу под раздражающе громкий гул горна. Вперемешку с ними шли Дортосы, которые в основном и расчищали путь к крепостной стене. Не было ни свирепого рёва, ни боевого клича… Это было пугающе тихое наступление.
Впрочем, безмолвие продлится недолго.
Как только они окажутся в зоне поражения армии Спады, в них полетят тучи стрел.
— Огонь!
Словно ревущий лев, король Леонхарт отдал приказ и армия Спады перешла в атаку. Беззащитный народ Дайдалоса столкнулся с жёстким отпором.
Лучники до предела натянули тетивы своих луков, а затем выстрелили все разом. Голубое небо Галлахада потемнело от роя стрел.
Миг спустя смертоносный стальной ливень обрушился на противника. Наступающие, корчась от боли, повалились на снег. Казалось, будто посреди белой земли вдруг буйным цветом расцвёл красный цветок. Цветок свежей крови.
— Проклятье…
В одно мгновение погибла почти тысяча вражеских солдат. Прекрасный повод для радости. Однако из моей груди вырвался только тяжёлый вздох.
Военнопленные были одеты в белые одежды — лёгкие накидки и штаны. На них не было никаких тёплых вещей, чтобы защититься от холода, не говоря уже о кольчугах.
Хотите сказать, что они преодолели высокие горы в разгар зимы только для того, чтобы сложить свои головы безо всякой пользы?
Я стоял и наблюдал, как стрелы лучников косили беззащитных военнопленных одного за другим. И меня переполняла жалость. Что это? Подтверждение моей нерешительности? Или доказательство того, что я всё ещё нахожусь в здравом уме?
— У меня нет другого выбора… сражение… уже началось…
Я не нуждаюсь ни в благоразумии, ни в этике, ни в морали. Всё, что мне сейчас нужно — это сила.
Как и говорил фантом Ширасаки, сотворённый Розой Вожделения, я уже убил кучу людей. И в данный момент я не имею права беспокоиться об этом.
— Лили, Фиона. Сделаем это.
Даже без моего приказа они должны были открыть огонь вместе с армией Спады. Мне тоже следовало уже давным-давно активировать своё Мастерство Пули.
Однако обе молча ждали меня. Не атаковали, не осуждали… просто ждали, когда я начну действовать. Уверен, если бы я сказал, что не хочу здесь сражаться, они бы без колебаний отступили вместе со мной.
— Да, погнали! — произнесла Лили с улыбкой, стоя в банзай-позе, на её ладонях начали расти два ослепительно ярких световых шара.
— Поняла, — сказала Фиона.
Ведьма взмахнула своим жезлом Огнедышащий и в воздухе возник рой огненных сфер. Эффектно.
Видимо, благодаря жезлу она стала лучше контролировать магическую энергию.
— Погнали, Хицуги! Режим «Жадность». Пулемёт Гатлинга.
Черноволосая служанка извлекла из тени мою чёрную как смоль пушку, которую я сразу же нацелил на белую армию за стеной.
Их так много, что у меня просто не получится промахнуться. Чем больше выстрелов я произведу, тем больше врагов погибнет. Я не испытываю злобы к народу Дайдалоса, однако они должны будут умереть.
— Мне жаль… Я пришёл сюда воевать! Залп!
Несмотря на царящие в моей голове мрачные мысли, спусковой крючок нажался на удивление легко.
— Ах, я здесь, живой. Я зашёл так далеко…
Гоблин брёл по снегу тяжёлой походкой.
На нём были надеты тонкая белая рубаха из дешёвой ткани и такие же тонкие штаны из того же материала. Он и сам задавался вопросом, почему он ещё не умер от холода.
— Ух ты, какая огромная. Так вот как выглядит стена Галлахада! Она гораздо больше той, что в Дайдалосе.
Роковая стена, которую Король-Дракон Гавинар не смог преодолеть даже после четырёх попыток. Гордые рыцари Дайдалоса могли взирать на неё с негодованием, но для него, бедного фермера, это было захватывающим зрелищем.
Эх, вот если бы это была просто экскурсия. А сейчас с этой неприступной стены на них обрушился смертоносный град стрел, а также магические огонь и молнии.
Гоблин посмотрел направо и увидел лежащего на снегу котолака, из груди которого торчала стрела. К несчастью, стрела пробила ему лёгкое, а не сердце. Он кашлял кровью и страдал от сильной боли.
Ему не выжить. Но даже если и выживет, кто протянет ему руку помощи… кроме Бога Смерти?
Гоблин посмотрел налево и увидел старого орка, заживо зажаренного огненным шаром со стены. Это был тот самый орк, который всю дорогу бурчал и жаловался на холод. Вряд ли он желал встретить смерть в огне.
— Ха… похоже, я следующий в очереди.
Как ни крути, а это поле боя. Это место, куда их насильно притащили в качестве военнопленных, было в буквальном смысле местом казни.
Дайдалос был покорён людьми в белых одеждах, которые сами себя называли крестоносцами. Их имущество отняли, а дома сожгли. Крестоносцы совершили все эти бесчеловечные акты, словно их это нисколько не трогало. Словно для них это было привычным делом.
Молодой гоблин, дрожащий от холода и страха смерти, не успел опомниться как оказался здесь.
Понять он ничего толком не успел. По имени его никто не звал, так как теперь он был «Номером 1733». Когда он впервые увидел этот номер на своей новой одежде, то осознал, что стал рабом.
Деревенька, в которой он жил, была мирной.
Король-Дракон время от времени устраивал войны, но при этом никогда не собирал налоги насильно. В Дайдалосе практически всегда были обильные урожаи и голод случался крайне редко. Даже он, уже взрослый гоблин, столкнулся с недоеданием всего один раз в далёком детстве.