Том 1 Глава 175

Веронике, наверное, будет шоком увидеть меня. Вот почему я сниму свою маску. Пусть она прочувствует всю униженность, когда её будет топтать та самая замена, которую она считала ничтожной.

Она объявила о том, что снимет маску в последний день торжественного банкета по случаю открытия базилики. Это было необходимо не только для того, чтобы успокоить общественность после пожара в Салоне, но и для того, чтобы вновь привлечь внимание к делу Ноблесс-стрит.

«Больше нет причин прятаться.»

Теперь Елене больше не нужно было скрывать свою личность. Репутация хозяйки Салона вознеслась так высоко, что даже Великий герцог не мог обращаться с ней, как ему вздумается. Она получила официальное признание в качестве дворянки, её титул, дарованный Сианом, закрепил этот статус.

Она больше не та девушка, которая могла погибнуть по прихоти Великого герцога.

Л. — хозяйка Салона. Возможно, сам Великий герцог никогда этого не признает, но для всего общества она именно такой и является. Это не просто образ или слухи — это её настоящее положение.

Теперь у неё есть лицо, имя, статус и влияние.

Когда-то для Великого герцога она была лишь куклой, чей хрупкий хребет он мог сломать в любую минуту. Но времена изменились. Теперь он не может так просто от неё избавиться. Да, власть герцога остаётся непререкаемой, но дворянский мир живёт по своим законам.

Нельзя открыто причинить вред женщине, признанной обществом. Убийство дворянина — тяжкое преступление, запрещённое имперскими законами. Даже Великий герцог не избежит общественного осуждения, а знатные семьи, почувствовав угрозу, наверняка начнут действовать.

— Я слишком долго отсутствовала. Нужно зайти к Рену, — сказала Елена.

— Он скоро очнётся. Не переживайте так сильно, — мягко ответил Эмилио.

— Я и не переживаю. Я никогда не сомневалась, что он встанет на ноги, — с лёгкой улыбкой возразила она.

Оставив кабинет, Елена направилась в комнату Рена. Он по-прежнему лежал без движения, его лицо было спокойным, почти детским.

Она опустилась на стул рядом с кроватью и, нежно обхватив его ладонь, прошептала:

— Ты не видишь? Все говорят, что это лишь половина пути. А ведь этот день — тот самый, которого я так ждала. День, когда я встану перед Вероникой.

Тепло его руки было явным доказательством того, что он жив, но так хотелось, чтобы он ответил ей.

— Хватит спать. Тебе ведь тоже не терпится увидеть перекошенное от злости лицо Вероники, — чуть улыбнувшись, пробормотала она.

Елена сидела так, надеясь, что он откроет глаза прямо сейчас.

И вдруг…

Казалось ли ей это? Или его пальцы действительно слегка дёрнулись в её руке?

— Рен! Ты слышишь меня?!

Она резко подалась вперёд, с надеждой вглядываясь в его лицо. Сердце бешено колотилось, но, вопреки её ожиданиям, Рен оставался без движения.

На миг ей показалось, что он вот-вот моргнёт, но чуда не случилось.

Она сдержала разочарование и кротко улыбнулась.

— Опять… Ну ничего, я приму это как знак того, что ты борешься. Победи и Очнись.

Врач Невилл, который приходил накануне, говорил, что бессознательное состояние — это борьба за возвращение к жизни. И что рядом всегда должен быть кто-то, кто будет звать и ждать.

— Это я, Л., — раздался вдруг голос за её спиной.

Елена мгновенно повернулась.

Перед ней стоял Мел, глава разведывательной организацииМажести. Как всегда, он появился неожиданно, словно призрак, мастерски скрывая своё присутствие.

— Ты здесь?

— А ты всё ещё сидишь с ним.

В голосе Мела звучала тревога. Он, как и она, верил, что Рен очнётся, но с каждым днём становилось всё сложнее подавлять беспокойство.

— У меня есть важные новости для Л.

Елена кивнула, давая понять, что готова выслушать.