Том 1 Глава 264

Неторопливое Время

Клод не знал, какую цепную реакцию вызвал представленный майором Ледерфанком доклад, который был расценен как мошенничество. Он постоянно был утомлен и занят, и единственной передышкой для него были полдня, которые он проводил с Шейлой каждые несколько дней. Это был единственный раз, когда он получил немного тишины и покоя.

Он был измотан не физически, а морально. Кроме Гамса, который только и думал о том, чтобы наполнить свой желудок, все остальные солдаты вели себя немного странно, выказывая некоторые признаки умственного напряжения. Мазик, например, много дней не мог заснуть, сказав, что в ту ночь он слышал мучительные крики из деревни белок каждый раз, когда закрывал глаза.

Если такой ветеран, как мазик, проявлял такие симптомы, другие солдаты определенно не были исключением. Мориад и Дивид были похожи. Они с глазу на глаз сказали Клоду, что смерть товарищей или врагов на поле боя-это нормально, и им не о чем печалиться. Но сжигание столь многих на не столь пресловутом костре, друзей или врагов, заставило их пожалеть бедняг. Они погибли не на поле боя, а скорее, по темному плану. Их крики о помощи глубоко взволновали людей.

К счастью, приказ потушить костры рядом с лагерем заставил солдат быть достаточно занятыми, чтобы избавить их от самого худшего. Однако после того, как осела пыль, они уже не были прежними. Многие просыпались среди ночи, промокшие от пота кровати или койки дрожали при виде себя или своих товарищей, горящих в том же самом костре.

Мазик, Мориад и Дювид постоянно страдали бессонницей, и им было далеко не худо.

Не помогало и то, что многие верили, что души сгоревших не смогут попасть в царство бога войны и будут вечно преследовать их на земле смерти. А почерневшие от сажи развалины деревень еще больше облегчали видение призраков ночью или туманным утром.

Клод ни на секунду не поверил своим ушам, но для его людей это ничего не значило. Если кого-то и должны были преследовать мертвецы, так это его самого. В конце концов, он же все это затеял. Его люди просто страдали от посттравматического стресса. Армия делала все возможное, чтобы дегуманизировать врага, чтобы облегчить его убийство, но она могла сделать только это, и этого было недостаточно, чтобы преодолеть сильное отвращение при криках крайнего ужаса и агонии, которые могли издавать тысячи горящих насмерть людей. В конце концов, человеческий разум запрограммирован на то, чтобы его тревожили звуки чужой агонии.

Чувство вины за то, что они сделали это с ними, было еще хуже, поскольку человеческий разум был вдвойне запрограммирован ненавидеть саму мысль о том, чтобы причинять такие страдания себе подобным, а тем более убивать.

К счастью, вера в духов, хотя и является частичной причиной проблемы, может также быть частичным решением этой проблемы. Это не могло исправить их травму, но, по крайней мере, могло помочь ему заставить их поверить, что они сделали что-то, чтобы облегчить страдания мертвых. Он послал Мориада найти священника и нанять его, чтобы тот очистил деревню и отправил мертвых восвояси. Однако он не мог позволить этому еще больше очеловечить их. Люди должны были помнить об этом как о победе над врагом, а не как о насмешке над другими людьми.

На это у него ушло десять дней, но он избавился от «духов мертвых» и вновь внушил своим людям мысль об их бесчеловечности. Это не решило проблему полностью, но, по крайней мере, позволило бы им снова взяться за оружие без постоянных панических атак. Он также платил из своего кармана, чтобы они были завалены выпивкой и девками в течение нескольких дней.

Шейла недоумевала, почему он не проявляет никаких симптомов болезни, свойственных мужчинам.