Глава 389

Глава 389 — Глупо с твоей стороны

— Снова, — просто говорит Лиссандра.

Как и прежде, я собираю ману и сосредотачиваюсь, посылая очередной импульс через руку. Это наносит мне ещё больше вреда, разрывая конечность. На этот раз я чувствую, как мой разум начинает колебаться. Сосредоточиться и выплеснуть столько маны одновременно — задача не из лёгких.

Обычно, когда я занимаюсь подобным, я укрепляю своё тело, в последнее время даже с помощью чёрной маны. Мои глаза тоже помогают. Часто мне даже не приходится думать о последствиях — мои пассивные способности сами справляются с любыми травмами.

Но с ослабленным телом, да ещё и с этими надписями, которые всё усложняют, это уже совсем другой уровень.

— Маленький щенок, хочешь, я скажу, что ты сделал не так? — спрашивает Лиссандра.

Я уже собираю ману для нового импульса и киваю.

— Ты был и остаёшься слишком нетерпеливым. Одно из худших, что с тобой случилось, — это доступ к твоей чёрной мане. Проблема не в том, что ты не умеешь её использовать, проблема в том, что ты схитрил. Ты воспользовался аурой исцеления того места и раскрыл все её возможности.

Ещё один импульс маны, который я посылаю, ещё сильнее повреждает мою руку, но я наблюдаю, как раны затягиваются под действием моей пассивной способности.

[Манипуляция маной — ур. 47 > Манипуляция маной — ур. 48]

— Это было глупо с твоей стороны, очень глупо. Вместо того чтобы оттачивать основы, ты ринулся воплощать свой дурацкий план по использованию чёрной маны. Ты даже пошёл на жертвы ради этого, и я вижу, сколько труда ты вложил, сколько изменений в своём развитии сделал, чтобы облегчить её использование.

Четвёртый импульс забирает немного маны из моего Резервуара маны. Роща деревьев, что стояла передо мной, теперь исчезла, превратившись в пустую поляну без единого намёка на зелень, а огромные куски земли обратились в пыль.

— Если ты продолжишь идти по этому пути, ты достигнешь ранга Чемпиона, маленький щенок. Только за счёт мощи этой маны ты этого добьёшься. Ты даже обретёшь определённое мастерство над ней, и не найдётся ни одного пользователя маны, который бы тебя не боялся.

Я делаю паузу, чтобы дать телу шанс исцелиться, особенно моей гудящей голове, в которую, кажется, кто-то решил вонзить раскалённый металлический прут.

— Но? — спрашиваю я.

— Но это всё, кем ты когда-либо будешь, маленький щенок. По сравнению с другими Чемпионами ты никогда не поднимешься выше середины. Крайне опасный для одних, но слабый против других. Возможно, некоторые из слабейших Абсолютов, те, что едва заслуживают этого титула, те, что зависят от маны, даже подумают избегать боя с тобой, но это сделает тебя лёгкой мишенью для остальных. Почему ты остановился? Снова.

С ворчанием я тянусь за новой порцией маны, извлекая её из Резервуара. На этот раз я даже повреждаю другие части тела, не только руку, пока направляю ману. Я вкладываю в это весь свой разум, я хватаю эту ману, формирую её, контролирую. Сейчас я направляю больше маны, чем доступно большинству на уровне сложности «Ад».

Она ревёт через мою руку, разрывая мои контуры маны, прежде чем взрывается в импульсе осциллирующей маны, ещё больше разрушая окружающую местность.

Я чувствую усталость. Это напоминает тренировку в спортзале, как будто я несколько раз подряд выложился на максимум, травмируя себя в процессе.

— Ты сказал, что твоя цель — стать Абсолютом, и даже замахнуться на нечто большее. Я не буду снова говорить о вероятности этого. Но чтобы у тебя вообще был шанс, ты должен стать могущественным Чемпионом. Таким, чтобы даже Абсолюты дважды подумали, прежде чем связываться с тобой. Вызов тебе должен быть настолько дорогостоящим, чтобы лучший сценарий для них просто не стоил того.

Она не приказывает, но я снова собираю ману. Это так сложно; я не помню, когда в последний раз мне было так трудно управлять ею. Надписи, которые она сделала, — чистое зло, требуют безумного уровня контроля и Фокуса, чтобы обойти их.

Но это весело.

— Честно говоря, смотреть, как ты возишься, раздражает, так что я сделаю всё, чтобы выбить из тебя эти дурные привычки, — говорит она.

— Прелестно, — я тянусь за новой порцией маны.

— Стой, — приказывает она.