Глава 599 — Свобода

Мы все сидим вокруг моего фирменного термокуба, который, благодаря кинетической энергии, направленной через внутренние пространства, издаёт потрескивающий звук. Тепло тоже колеблется, создавая волны, похожие на настоящий потрескивающий огонь, вместо стабильного источника жара.

Тесс отрывает взгляд от карт, которые держит в руках:

— Они правда сделали коллекционные карты для высокоуровневых участников?

— Ага! — восторженно кивает Деннис. — У нас с Аароном, наверное, лучшая коллекция из всего обучения Земли. У нас даже есть блестящий Безымянный!

Я отрываю взгляд от сферы, с которой тренируюсь. Блестящий что?

Деннис показывает Тесс карту с нарисованным эскизом моего лица, которое почему-то выглядит крайне раздражающим. Художник явно мастер карикатур, потому что я почти уверен, что моё лицо так не выглядит. Правда ведь? Помимо этого, под лицом — плотный текст, такой же, как на моей карте раньше, но с новыми дополнениями.

Даже псевдоним «Безымянный» зачёркнут и переписан на Натаниэль Гвин. Сама карта гораздо качественнее предыдущей версии. Она сделана из какого-то очень лёгкого металла с краями и обратной стороной, сияющими золотистым металлическим блеском.

Мне это ненавистно.

Деннис продолжает тараторить:

— Создатель, похоже, успел сделать только пять блестящих карт Безымянного, так что это суперредкость! Кроме того, у меня есть блестящие Тацита и Дерик. А ещё все обычные карты для всех королей.

— Деннис, — вздыхает Тесс.

— Что?

— Пожалуйста, никогда не меняйся. В любом случае, я уже слышала кое-что от девчонок, но я просмотрю карты, там, похоже, есть полезная информация. Но… Папочка Маны — это уже слишком, — хихикает она, — и что за «примечание»: «может быть ленивым до чёртиков, любит отсиживаться сзади, заряжать атаки, а потом красть убийства»?

— Это очень точно! — подключается Аарон. — Я слышал, создатель обсуждал это с двумя экспертами из сложности «Ад».

Я отворачиваюсь от группы и смотрю, как Мирра уходит дальше. Она уже попрощалась со всеми, кроме одного человека, и теперь просто ждёт Лиссандру и окончания этого этажа.

Небо тёмное, но высоко вверху бледно-голубой цвет колеблется, словно полярное сияние. Время от времени землетрясения сотрясают, кажется, саму планету. Похоже, нас защищает какое-то поле, ведь всего в нескольких милях отсюда целые горы рушатся, а растительность исчезает под воздействием чего-то, похожего на излучение маны.

Держа Бисквита на руках, я встаю и иду к Мирре.

Пока я иду, корги в моих руках вдруг дёргается и открывает глаза. Удивлённый незнакомой обстановкой, он пугается и начинает вырываться из моей хватки. Затем он принюхивается к руке, которой я его держу. Почти мгновенно он замирает, и я буквально вижу, как он обрабатывает запах. Через мгновение он снова закрывает глаза и затихает.

Его дыхание теперь другое, ясно показывая, что он проснулся и просто притворяется спящим.

Чёрт возьми, Бисквит.

Я ничего не говорю вслух и вместо этого прижимаю его ближе к груди, продолжая держать, пока иду к Мирре.

— Это мой прощальный подарок? — спрашивает она, глядя на Бисквита.

— Разве пакета с вяленой олениной недостаточно? — спрашиваю я, и мы оба внимательно смотрим на корги в моих руках.

Он дёргается раз, другой, даже веки шевелятся, будто он вот-вот откроет глаза, и я чувствую слабую попытку телепатической связи, вероятно, чтобы назвать меня придурком или что похуже. Но в итоге он продолжает притворяться спящим.

Наблюдая за её любопытно покачивающимся хвостом, я спрашиваю:

— Слушай, Мирра, среди линтари, что значит потянуть за хвост, если сравнить с человеческими обычаями?

Я не говорю ей, но каждый раз, видя его, мне кажется, что я должен потянуть. Думаю, это нормально, совершенно нормально. Не могу представить, чтобы у кого-то был питомец, и он ни разу не попробовал потянуть за хвост. Я прерываю свои мысли. Конечно, я не считаю Мирру своим питомцем.

Высокая линтари наклоняет голову и улыбается:

— Думаю, для человека это был бы жест, похожий на этот.

Она делает шаг вокруг меня и шлёпает меня по заднице. Это идеальный шлепок, звук которого разносится по округе. На кратчайшую секунду она оставляет руку и даже сжимает, прежде чем отпустить и встать передо мной.

В её золотых глазах нет ни капли стыда.

— Ты только что сексуально домогалась меня, Мирра?

— Разве? Ну, не думай, что я не заметила, как ты смотришь на мой хвост. Но раз мы не увидимся несколько лет, можешь потянуть. На этот раз я разрешу.

— Я передумал.

— Это бесплатно.

— Меня это больше не интересует.

— Давай, дикарь.