29

Всё шло нормально. Я немного нервничала, но была готова. Оружие всё ещё покоилось у меня в руках, но ноги уже благополучно привели меня ко входу в этот проклятый лес.

Он должен быть где-то поблизости, я уверена.

Шагнув вперёд, в моей голове вновь всплыли болезненные воспоминания: крики, тела и кровь… Такое не забывается.

Я плотнее сжала пистолет в руке и стала осматриваться, готовая кинуться на что угодно. Однако ничего подозрительно не обнаружилось и мне пришлось глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться и продолжить свой путь.

Слух обострился как никогда прежде. Я пыталась расслышать подозрительные шаги или тихие разговоры — что угодно. Однако следующие три минуты я слышала только завывание ветра и шорох листьев под ногами.

Вдалеке зияла только пустота, что значительно затрудняло попытки разглядеть знакомую фигуру.

Пройдя дальше мимо деревьев и кустов, мне всё же удалось расслышать что-то отдалённо похожее на бормотание.

Сердце дрогнуло, руки рефлекторно прижали пистолет к груди.

Впереди послышался шаркающий звук, будто по земле ещё и волочили что-то тяжёлое.

Я благополучно добралась до источника звука и спряталась за широким стволом дерева.

Одной рукой он прикрывал кровоточащую рану, а при помощи другой тащил за собой обезглавленное тело Эммы. Без каких-либо душевных мук!

Я вздрогнула, глядя на кровавый след, который оставлял её труп. Слёзы наполнили мои глаза.

Просто навести прицел и выстрелить.

Я возвела оружие перед собой, целясь в голову этого ублюдка. Пока он волочил тело, я медленно передвигалась следом, продолжая держать его на прицеле.

Палец подрагивал в нервном предвкушении на спусковом крючке и стоило мне оказаться достаточно близко, как я выстрелила.

Пуля вылетела с такой отдачей, что пистолет едва не выпал из моих рук. Я рефлекторно закрыла глаза, ожидая услышать глухой звук падения о землю.

Шарканье продолжилось и мне пришлось открыть глаза. Дыхание перехватило, когда до меня дошло, что он всё ещё цел и невредим, а пуля попала в соседний ствол. Я промазала. Не могу поверить. Даже царапины ему не оставила.

Его взгляд внезапно встретился с моим, приковав меня к земле. Мышцы заметно напряглись, когда последняя искорка уверенности погасла также быстро, как и появилась. Я с трясущимися руками щёлкнула затвором, чтобы перезарядить пистолет и попытаться ещё раз.

Но стоило мне навести оружие, как мне в голову уже полетел топор. Я с криком отскочила в сторону.

— Значит, малышка здесь одна? Какой с-сюприз!

Слёзы снова застелили мне глаза и я беспомощно поддалась порыву паники и страха.

Не знаю, осмелюсь ли я выстрелить ещё раз.

— Скажи, ты хочешь узнать, что я собираюсь сделать с её телом? — выпалил он ни с того ни с сего. Я лишь наступила брови. — Я собираюсь отдать его моему хорошему приятелю.

Казалось, в его голосе проскользнула нотка озорства.

— И знаешь, что он сделает? — он показательно затих, словно ожидая моих догадок, но очевидно что я была без понятия. — Он оттрахает это бездыханное тело до беспамятства.

Послышался смех.

Как можно быть таким отвратительным? Моё тело трясло то ли от холода, то ли от гнева.

— Мой друг просто любит неживых сучек, они же не сопротивляются и не кричат. — он ворчливо пнул тело.