Эпизод 121: Опять ты.
Оставалось всего четыре блока, и, если Октай не пропустил свой матч, ему ещё предстояло участвовать в соревнованиях.
Альберт, преисполненный решимости убедиться в том, что воочию увидит его бахвальство, отправился на место ранним утром, переполненный возбуждением.
На трибунах снова царило оживление. Среди сидячих мест были разбросаны люди с перевязками(бинтами), вероятно, вчерашние участники. Когда Альберт проходил сквозь трибуны, его время от времени приветствовали радостными возгласами. Чаще всего к нему подходили участники вчерашних матчей, что наводило Харуку на мысль о том, что такие люди могут стать друзьями всего после одной схватки.
Когда появились участники пятого блока, Октай был среди них. По словам ведущего, Октай был учеником авантюриста, который выиграл фестиваль боевых искусств, что объясняло его уверенность в себе. Несмотря на то, что Октай привлёк к себе внимание других участников, на его лице была агрессивная улыбка, и он не выказывал никаких признаков страха(испуга).
Другой интересной фигурой был старик на противоположной стороне от Октая. Пошатываясь, он пил из горлянки* и выглядел как обычный пьяница, который вряд ли смог бы выжить среди таких бойцов. Однако Харука распознала в нём мастера, уверенная в том, что он будет боксировать в пьяном виде. Харука с нетерпением наблюдала за ним.
В тот момент, когда начался поединок, соперник, который быстро отступил назад, получил подножку от старика и упал с площадки, увлекая старика за собой. Харука притворилась, что ничего не заметила, и перевела взгляд на Октая. Это было неловко, но пока никто не замечал, всё было в порядке.
Октай, хотя и любил драки и грубость, дрался по-другому. По мере того, как его стиль боя становился всё более утончённым, в нём проявлялась определённая красота. Он маневрировал телом, парировал мечом и постоянно перемещался, атакуя врагов с одного направления. По сравнению с движениями Альберта, движения Октая казались более продуманными.
Какое-то время Октай сохранял свои элегантные движения, но на полпути один из соперников, выброшенный из схватки, столкнулся с ним спиной. Раздосадованный, Октай сбил его с ног рукоятью деревянного меча и повернулся к своему первоначальному противнику, чей меч уже приближался к нему. Он едва успел заблокировать удар, а затем нанёс удар спереди, чтобы увеличить дистанцию. Поскольку всё шло не так, как ему хотелось, движения Октая стали грубыми.
Он начал драться больше как уличный хулиган, пинаясь и нанося удары своим деревянным мечом, что теперь больше походило на стиль драки.
— Вот почему он не получил должной подготовки, — тихо пробормотал Монтана.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Альберт.
— Он всегда был таким. Его наставник, старый учитель, отказывается обучать правильному владению мечом тех, у кого горячая голова. Казалось, его всегда беспокоило, что Октай таскается за ним по пятам.
— С возрастом характер людей не сильно меняется, — пробормотала Харука, наблюдая за всё более яростной борьбой Октая.
В пятом блоке достойные внимания участники, включая Октая, продвинулись вперёд, как и ожидалось. Октай получил множество незначительных травм, но ни одна из них не была настолько серьёзной, чтобы помешать ему. Несмотря на своё неистовство, он отделался незначительными ранениями, что подтвердило его силу.
Харука продолжала смотреть матчи до конца, но больше ни на кого не обратила внимания. После неловкого инцидента со стариком она сосредоточилась в основном на участниках, которых выделял ведущий.
Альберт наблюдал за матчами с удивительной напряжённостью, совсем не похожей на его обычную шумливость. Харука и остальные, под влиянием его серьёзности, стали меньше разговаривать.
Даже на обратном пути в гостиницу Альберт казался погружённым в свои мысли, говорил мало и время от времени чуть не натыкался на людей, что побудило Монтану тянуть его за одежду.