Том 22. Глава 1. Объятие.

Долина Тайо.

У храма Шаньхэ стояла тишина. Из всех учеников Тайо сюда было позволено входить только Ли Синю, остальные либо занимались делами долины, либо тренировались у себя в комнатах. Очень редко кто-то приходил сюда. Здесь было прохладнее, чем в остальной долине, даже днем.

И сейчас у ворот храма стояли только два силуэта, глядящих вдаль.

Вдалеке, в направлении таинственных гор Шиван, в небо ударил столб огня, обжигающий облака и рассыпающий красные искры. Он ударил в небо, а затем рассыпался во все стороны ярким светом.

И хотя он был очень далеко, казалось, даже здесь можно было услышать гневный рев пламени, а земля под ногами слегка задрожала. Если такое происходит за тысячи миль, то что творится там, в горах Шиван, где все это случилось?

Никто не знал ответа, и даже эти двое у храма Шаньхе, не знали.

Юнь Илань долго молчал. Очень долго. Он смотрел вдаль, на столб огня, который не собирался исчезать. На его лице залегли глубокие тени.

Прошло много времени.

В молчании, на них спустилась тьма. Небо потемнело, несколько учеников проходили мимо, но ощущали, что атмосфера не очень приветливая, и быстро удалялись. В конце концов, когда в небе сверкнул последний сумеречный луч, та картина вдалеке стала неразличимой.

Где-то на другом конце Тайо раздался стрекот цикады. Но у храма Шаньхэ царила все такая же тишина.

Тень Юнь Иланя дрогнула, затем он повернулся.

Шан Гуань молча посмотрел в его сторону, их взгляды на миг соприкоснулись, но потом Юнь Илань резко развернулся и пошел внутрь храма. Шан Гуань тяжело вздохнул, еще раз посмотрел в сторону юга и направился за ним.

Тихие шаги, раздаваясь эхом внутри храма, делались неприятно громкими.

Словно они ступали прямо в сердце.

Юнь Илань дошел до главного места в храме и сел. Снаружи стемнело, но здесь не горели огни. Не потому, что ученики ленились, просто этот вечер чем-то отличался от остальных, и они не пришли заранее.

В темноте лицо Юнь Иланя казалось размытым, подумав немного, он вдруг сказал: Не ожидал, что на свете все же найдется кто-то способный разрушить пещеру Чжен Мо и убить этого демона.

Шан Гуань сел ниже Юнь Иланя. Он был младше его, но выглядел намного старее. Только голос его прозвучал сейчас более спокойно. В той битве Шен Доул тяжело ранил Зверя, так что нет ничего удивительного в том, что кто-то смог найти его и убить.

Юнь Илань долго молчал, затем горько усмехнулся и покачал головой. Все-таки небо умнее людей. Столетний труд пошел прахом.

Шан Гуань вздохнул, словно хотел что-то возразить, но потом пробормотал: Может быть, в свитках Инферно есть какой-то другой способ…

Юнь Илань фыркнул, и старик тут же замолчал. Атмосфера стала неловкой, но Юнь Илань был не в том настроении, чтобы обращать на это внимание. Он молчал и не двигался.

Морщины на лице Шан Гуаня стали глубже, в глазах мелькнул странный огонек, но не было ясно, о чем он думает.

Через какое-то время Юнь Илань позвал его: Брат Шан Гуань.

Тот вздрогнул. Да?

Юнь Илань просто сказал: Другие ничего не знают, только мы с тобой вдвоем храним этот секрет Тайо. Ты наверняка знаешь, почему тогда первый мастер Тайо решил основать школу магии именно здесь.

Шан Гуань вздохнул, его голос стал чуть тише. Из-за того, что он обнаружил здесь Пагоду Инферно, оставшуюся от предков южных колдунов, а также заклинания их древней магии.

Юнь Илань кивнул. Верно. Поэтому Тайо расцвела в этих южных пустошах. И благодаря магии южных колдунов, а также заклинаниям, которые оставили предки Тайо, наша школа начала процветать.

Тут вдруг голос Юнь Иланя стал чуть прохладным. Но за последние годы, несмотря на старания предков, самое сильное заклятие, оставшееся от южных колдунов, Небесный Огонь, растеряло почти всю свою силу.

Он почему-то начал сердиться, и холодно сказал: Когда я стал главой Тайо, я поклялся перед предками, что узнаю секрет этого заклинания, и тогда мощь Тайо взлетит до небес! Но я не думал, что я не только не смогу узнать ни единого ключа к заклятию Небесного Огня, но и к тому же потеряю заклинание Восьми Демонов. Не говоря уже о Зеркале Инферно…

Шан Гуань вдруг вздрогнул в темноте.

Раздался хлопок, это Юнь Илань в гневе с силой ударил по ручке кресла.

В храме Шаньхэ воцарилась тишина.

Немного подумав, Юнь Илань вздохнул и медленно поднялся. Его голос был чуть хриплым. Нам приходилось нелегко тогда, но мы узнали из трактатов южных колдунов, что кроме Пагоды Инферно, это заклинание есть еще в пещере Чжен Мо, только поэтому мы решились играть с огнем, жаль только… Эх.

Он еще раз вздохнул, и в этом вздохе слышалось невыразимое сожаление.

Снаружи храма раздавался тихий стрекот цикад, не было больше никаких звуков. Все ученики уже спали. Кто мог знать, что в этот час в храме Шаньхе посреди темноты молча сидят два старика?

Казалось, сегодня Юнь Илань был чем-то взволнован, он вспоминал прошлое, в мыслях его царил хаос. Он несколько раз прошелся туда-сюда, вздохнул, покачал головой, но так ничего и не сказал, а молча пошел во внутренние покои храма.

Шан Гуань сидел на месте, не шевелясь. Он смотрел, как силуэт Юнь Иланя исчезает в темноте, потом его глаза вдруг сверкнули, словно он колебался, но потом все же принял решение. Он поднялся.

Брат!

Юнь Илань остановился и развернулся к нему. Что такое?