Глава 186. Эксперимент

– Ладно, магический эксперимент… «Использовать прибор согласно указаниям Николя Фламеля», – пробормотал Генри, разжимая клюв петуха-призрака и засовывая камень внутрь.

Освободившись, петух тряхнул крыльями, сердито клюнул его в руку и принялся старательно приводить в порядок перья.

Генри терпеливо ждал. Согласно плану эксперимента, сейчас им полагалось «наблюдать за реакцией испытуемого на алхимический продукт и фиксировать её».

Если бы петух вдруг закудахтал, Генри должен был немедленно применить к нему магию некроманта. А вот если бы он улёгся неподвижно, Дамблдор должен был капнуть слезы феникса ему на гребешок. После этого, теоретически, петух должен был выплюнуть камень, а они — зарисовать появившийся на камне узор, записать его цвет и время появления, а также проанализировать полученный рисунок с помощью древних рун, алхимии и астрономии.

Но петух лишь чистил перья, какое-то время тупо смотрел на воробья, сидящего на ветке за окном, а потом принялся расхаживать по каменному столу, склонив голову набок и изучая бороду пожилого волшебника.

– И что дальше, сэр? – не выдержал Генри.

– Думаю, это и есть результат, – сказал Дамблдор, наблюдая, как петух спрыгнул к Генри на колени и, скучая, начал клевать пуговицы на его рубашке.

– Что? Эмоциональное состояние призрачного петуха стабильное, аппетит повышенный? – спросил Генри, водя пальцем по кругу и дразня питомца. Тот схватил его за палец и легонько прикусил.

Альбус Дамблдор усмехнулся:

– Нет, Генри. Камень исчез.

– Хм… Ну да, а что тут такого? – недоуменно спросил Генри. – Он его съел.

– Генри, этот петух – призрак, – напомнил ему Дамблдор. – Я помню, как ты рассказывал мне, что с вещами, съеденными призраками, бывает только два варианта: они либо исчезают, то есть растворяются в призраке, либо выпадают, как это обычно происходит с привидениями.

Генри некоторое время смотрел на прозрачное тело своего призрачного петуха и вынужден был признать правоту старика. Он так привык к своим призракам, что иногда невольно обращался с ними как с обычными питомцами.

– Значит, он действительно его проглотил, но никакой реакции не последовало. А это значит… – Генри постепенно улавливал ход своей мысли, – что алхимический продукт господина Фламеля и петух-призрак не конфликтуют друг с другом, верно? Догадка господина Фламеля была верной?

– И Николя, и мы с тобой оказались правы, только для него это был теоретический эксперимент. Он, конечно же, не рассчитывал, что всё пройдет так гладко, – заметил Дамблдор. – И это доказывает, что время действительно не имеет значения. Мне не терпится сообщить об этом Николя.

– Господин Фламель не в курсе, что мы пытаемся развить его идею? – спросил Генри.

– Строго говоря, нет, – многозначительно ответил Альбус. – С тех пор как он создал философский камень, он заявил, что занимается исключительно теоретическими исследованиями и не принимает никакого участия ни в каких конкретных делах или алхимических экспериментах. Конечно, изготовление эликсира жизни для себя и Перенеллы не в счет, поскольку зельевары всегда считали эликсир жизни своим делом, а не алхимическим экспериментом.

Дорогостоящее алхимическое оборудование по-прежнему стояло на каменном столе. Золотые весы слегка покачивались. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь щель в верхней части штор, падали на то место, где петух-призрак перегрыз тонкую палочку, и отражались от неё, создавая какой-то невероятно красивый, до головокружения, блеск.

– Николя всего лишь прислал мне модель алхимического оборудования для научной дискуссии и любезно приложил подробнейшее описание всех этапов проектирования и эксплуатации, а также дополнил его некоторыми весьма конкретными – что странно – результатами эксперимента, которые можно было бы получить, работая с воображаемым подопытным – петухом-призраком.

– Он такой отзывчивый, – заметил Генри.

– Да, Генри, – лукаво отозвался Дамблдор. – Это он может.

Чтобы отпраздновать первый успешный эксперимент, Генри купил по пути домой большую бутылку колы, успев до закрытия супермаркета. Петух сунул голову в стакан, пытаясь изучить его содержимое, но Генри отодвинул его, и тот, рассердившись, улетел в спальню ловить крысу.

Генри показалось, что крыс чем-то недоволен. Он с любопытством заглянул в комнату и увидел, что петух стоит перед яблоками, словно раздумывая, сможет ли он их высидеть.

Антони пожал плечами и отвернулся. Дамблдор с увлечением наблюдал за тем, как крошечные пузырьки газа медленно поднимаются в коричневом напитке.

– Кстати, сэр, вы когда-нибудь слышали, чтобы у кого-нибудь был домовой эльф по имени Добби?