Глава 18

Люди Икс вывели меня за пределы склада на открытый пустой участок пустыни.

— Мы собираемся телепортироваться или…

На моих глазах материализовался гигантский стелс самолет.

— Ебать мой рот, — прошептал я.

— Что? Не видел раньше стелс самолетов? — спросил Скотт.

— Вообще-то, нет, не видел, — ответил я безразлично. — Где же я мог с ним столкнуться?

Скотт недоуменно моргнул, понимая, что я прав, но всё равно продолжил.

— Как скажешь. Давайте просто навестим профессора.

Основание самолета открылось, опустив трап. На самом верху стояла синекожая лохматый кот в круглых очках и таком же жёлто-чёрном трико, который, как я надеялся, мне не придётся когда-нибудь надевать.

— Это Вуки? — спросил я, опустив глаза. С тем представлением, которое я показывал, я был удивлён, что до сих пор не получил оскар.

— Что за вуки? — спросила Джин рядом со мной.

— Это из «Звездных войн». Ты не поймёшь, — пробормотал я, всё ещё глядя на человека-кота. — Так это ты профессор?

— А что, если я? — спросил Зверь, и я прищурился.

— Ты не он, — заявил я, заслужив взгляды всех присутствующих.

— Никакого британского акцента. — Я уточнил: — Не как у голоса раньше в моей голове.

Зверь хмыкнул, покачав головой.

— Из всех способов… Он посмеется, когда проснётся.

— Ты, как я понимаю, технарь, — сказал я. —Должен признаться, я представлял тебя не таким… полным.

— Меня зовут Хэнк, — сказал он, жестом указывая мне на борт, — и мы, мутанты, бываем разных форм и размеров.

— Данте, — ответил я, прекрасно понимая, что означает раскрытие моего настоящего имени. Они смогут отследить меня до Лос-Анджелеса и, возможно, связать с убийствами, если они ещё не сделали этого. По крайней мере, если я буду честен, это принесёт мне очки и сохранит мою новую личность в тайне. Я ещё не знал, как мне выпутаться из этой ситуации, но держал в руках столько карт, сколько мог. — Значит, твоя мутантная способность — это сверхбыстрое мышление?

— Не совсем, — пояснил Хэнк. — Мутации, которые проявляются в физических изменениях, часто не так просты. Когда моя мутация проявилась, я обрёл другую физиологию. Это никак не связано с моим интеллектом.

— Двойная проблема, — проворчал я, входя в самолет. Он оказался менее просторным, чем я представлял себе для печально известного самолета. Дюжина или около того кресел находились в отсеке, ведущем к кабине пилота. В углу сидел лысый мужчина в инвалидном кресле, низко свесившись и держась за ремни.

Люди Икс, казалось, стекались к нему мимо меня.

— Профессор, — мягко позвала Джин, бросаясь к нему, и Скотт рядом с ней. Росомаха и Ороро сдержались, но их беспокойство было очевидным, как и резкие взгляды, которыми они меня одарили.

Заметив мой дискомфорт, Зверь произнёс.

— С ним всё будет в порядке. Он просто без сознания. Это случалось так редко, что молодые люди уверены в непобедимости профессора, и тогда возникает вопрос, кто же ты такой?

Взгляд Зверя обратился ко мне, как и ко всех остальных.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты не совсем человек. В этом я уверен и по твоему признанию, и по признанию профессора. Он назвал тебя «аномалией».

Мой взгляд метался по комнате в поисках объяснения. Я знала, что о лжи не может быть и речи. Телепатия Джин, чувства Зверя и Росомахи, скорее всего, разберут меня на части.

— Ну, я всегда был немного другим, с самого детства, — сказал я, опираясь на воспоминания Данте. — Я был сильнее и быстрее всех своих сверстников. Но неделю назад всё круто изменилось. Со мной связалось… нечто, и эта встреча ещё больше пробудила мои способности. Я теперь могу исцеляться, и какая-то странная энергия, кажется, бурлит внутри меня. — Я пожал плечами. — Что касается того, почему я понял, что я не мутант, так это потому, что я был таким с самого детства. Большинство мутантов, которых я знаю, получают мутацию в подростковом возрасте. Кроме того, я узнал, что люди приходят за тобой, когда ты пробуждаешь свои мутантские способности. Такого никогда не было, до недавнего времени.

Хэнк сдвинул очки, похоже, удовлетворившись моим объяснением.

— Мы скоро прибудем в школу. Там и поговорим.

Я кивнул, нашёл место и пристегнулся, ожидая взлета. Все мысли были заняты чем-то другим, кроме Скотта и Джин, которые, казалось, смотрели на меня. Первый — с презрением, а вторая — с любопытством.

Я знал, что любопытство не будет удовлетворено, если она просто посмотрит на моё лицо.

Она была телепатом. Вероятно, она ничего не могла с собой поделать.

Мои мысли, вероятно, были единственным источником развлечений во время изнуряющего многочасового полета в пансион.

Как только старик придёт в себя, он наверняка снова попытается проникнуть в мой разум.

Я не был уверен, что смогу повторить взрыв демонической энергии всякий раз, когда пересекаюсь с телепатом.

Мне нужна была «Аве Мария», причем немедленно, поэтому я обратился к единственному существу, которое могло её предоставить.